Чтение онлайн

— Нет.

— Вы это отрицаете?

— Отрицаю.

— Вы давали сигнал Арлен Дюваль, не так ли?

— Нет.

— Вы кому-то давали сигнал?

Мейсон молчал.

— Вы это отрицаете? — спросил Бергер. — Вы смеете отрицать, что давали кому-то сигнал?

— Я отрицаю это.

Бергер колебался с минуту, потом заявил:

— Мистер Мейсон, я хочу предупредить вас, что у нас есть доказательства, показывающие, что ваши последние ответы являются лжесвидетельством. Чтобы не осталось никакого недопонимания, я собираюсь еще раз задать вам определенные вопросы и…

— У вас нет необходимости задавать мне еще какие-либо вопросы относительно дома Балларда, — сказал Мейсон. — Я ответил на них. Я не намерен сидеть здесь и позволять вам угрожать мне. Вы задали вопросы. Вы утверждаете, что мои ответы — лжесвидетельство. Я утверждаю, что ваше заявление является ошибочным предположением. Я был в доме Балларда всего несколько минут.

— Какой-то мужчина, который опустил и поднял жалюзи, находился в доме в момент смерти Балларда, — угрюмо заявил Бергер. — Мы можем это доказать.

Лицо Мейсона было твердым, как гранит.

— Ну тогда доказывайте.

— В настоящий момент я не заинтересован в том, чтобы предъявлять вам обвинение в лжесвидетельстве. Я хочу уточнить, правильно ли я вас понял. Вы заявили, что не давали сигнала вашей клиентке, поднимая и опуская жалюзи, вернее, опуская и поднимая?

— Да.

— Вы заявили, что никому не давали сигнала?

— Никому. Вы уже дважды задали эти вопросы, а я дважды на них ответил. У вас есть еще какие-нибудь вопросы?

— Мне больше ничего не требуется, — злобно ответил Гамильтон Бергер. — Я пытался вам помочь. Я пытался спасти вашу профессиональную карьеру, хотя не знаю, следовало ли мне это делать. Я попрошу вас оставаться на месте, когда мы приведем еще двух свидетелей.

Гамильтон Бергер повернулся к своему заместителю, стоявшему у двери, и заорал:

— Пригласите Хораса Мунди.

Мунди напоминал собаку, которая ожидает, что ее сейчас побьют. Он бросил быстрый взгляд на Мейсона и отвел глаза.

— Я бы хотел предупредить мистера Мейсона, — снова заговорил Гамильтон Бергер, — что на слушании такого рода он не имеет права проводить перекрестный допрос. Я признаю, что мистер Перри Мейсон является очень искусным и компетентным в проведении перекрестных допросов и если бы ему была предоставлена такая возможность, я уверен, он бы попытался запутать, как доказательства, так и свидетелей. Я хочу заверить членов Большого Жюри, что мои вопросы будут абсолютно честными и беспристрастными, что я не стану заставлять свидетелей производить опознание. Однако, я не позволю мистеру Перри Мейсону одурачивать свидетелей. Мистер Мунди, вы знакомы с мужчиной, сидящем здесь, мистером Перри Мейсоном?

— Да, сэр.

— Вы виделись с ним вчера вечером?

— Да, сэр.

— Где?

— Я виделся с ним несколько раз. Мистер Мейсон нашел меня после того, как я отчитался перед Полом Дрейком из «Детективного Агентства Дрейка».

— Вы работаете в «Детективном Агентстве Дрейка»?

— Да.

— И вас нанял мистер Мейсон для того, чтобы следить…

— Я не могу ответить на этот вопрос. В «Детективном Агентстве Дрейка» мне дали определенное задание. Из того, что было сказано по телефону, я сделал вывод, что клиентом является мистер Перри Мейсон.

— Хорошо. Вчера вечером вы следили за Арлен Дюваль?

— Да, сэр.

— Где она находилась?

— Когда мы приступили к выполнению задания, она находилась в трейлере. Она ехала на трейлере.

— Насколько я понимаю, она на самом деле ехала не в трейлере, а в машине, которая тянула трейлер.

— Да, сэр. Именно так. Простите.

— При обычных обстоятельствах я бы не стал уточнять подобную деталь, потому что все мы понимаем, что вы имели в виду, но теперь мистер Мейсон загнан в угол и попытается воспользоваться любой технической неточностью, хвататься за каждую соломинку. То есть вы видели, как Арлен Дюваль уехала на машине, тянущей трейлер, не так ли?

— Да, сэр.

— Куда она поехала?

— В укромный уголок необработанного участка, который, как я понимаю, принадлежит гольф-клубу «Ремуда». По крайней мере, он прилегает к площадке для игры в гольф того клуба.

— И что вы сделали?

— Мы с напарником заняли позицию, с которой могли наблюдать за происходящим. Если бы она собралась ехать обратно, мы бы ее увидели.

— И что произошло?

— Я решил, что пора звонить Полу Дрейку с отчетом. Казалось, что в этот вечер больше ничего не произойдет. Ближайший телефон-автомат находился…

— В какое время вы решили позвонить Полу Дрейку?

— Я думаю… где-то… между половиной десятого и десятью часами вечера. Пожалуйста, поймите, мистер Бергер, я ответственно подхожу к своим обязанностям и обычно отмечаю время, когда звоню с отчетом в контору, и сделал бы то же самое и в тот раз, если бы позвонил. Поэтому я не обращал особого внимания на часы, когда выходил из машины. Я планировал отметить время, когда подойду к автомату. Но с уверенностью могу утверждать, что это было между половиной десятого и десятью.

— Хорошо, продолжайте. Что случилось?

— Как я уже сказал, ближайший известный мне телефон-автомат находился на автозаправочной станции на бульваре у пересечения с дорогой, огибающий гольф-клуб, от которой, в свою очередь, отходит ветка, ведущая непосредственно к гольф-клубу.

— И что вы сделали?

— Я решил, что сокращу путь примерно… на четверть, а то и полмили, если пойду напрямик через площадку для гольфа.

— Вы именно так и поступили?

— Да, сэр.

— Было темно?

— Да, луна не выходила. Однако, на небе светились звезды. Другими словами, если и были облака, дымка или какие-то другие атмосферные явления, то они оказались не настолько плотными, чтобы полностью закрыть звезды, по крайней мере, самые яркие из них. Дорога хорошо просматривалась и можно было не опасаться, что на что-то наткнешься, конечно, после того, как глаза привыкнут к темноте.

— У вас был с собой фонарик?

— У меня всегда с собой маленький карманный фонарик, по размеру не больше авторучки.