Чтение онлайн

— Вы можете выступить с возражениями, когда будут заданы специфические вопросы, — в голосе судьи явно слышался упрек. — При перекрестном допросе разрешается задавать наводящие вопросы.

— У меня нет вопросов, Ваша Честь, — улыбнулся Мейсон судье.

— Я хотел бы пригласить Джеймса Вингейта Фразера для дачи свидетельских показаний, — объявил Гамильтон Бергер.

Фразер рассказал о своей встрече с Мунди, о том, как они следовали на машине Фразера за такси. Сам он не видел, как Арлен Дюваль влезала в окно, но видел, как она огибала дом. Он мельком заметил мужчину у окна, он не может его идентифицировать. Мужчина опустил и поднял жалюзи примерно в то время, как Арлен Дюваль проходила мимо окна.

Однако, Фразер хорошо разглядел мужчину, когда тот вышел из дома, сел в машину и уехал. Это, насколько он может судить, был Перри Мейсон.

— Вы можете проводить перекрестный допрос, — обратился Гамильтон Бергер к Перри Мейсону.

— Когда вы впервые осознали, что мужчина, вышедший из дома, это Перри Мейсон? — спросил адвокат.

— Как только увидел вас.

— Когда вы впервые осознали, что я — тот мужчина?

— Когда вы вышли из моего дома.

— Я заходил к вам домой в тот вечер?

— Да, сэр.

— И попросил вас описать того мужчину?

— Да, сэр.

— И вы его описали?

— Да, сэр.

— Я спросил вас, узнали бы вы его?

— Да, сэр.

— Вы заявили, что, как вы думаете, смогли бы его узнать, если бы снова увидели?

— Да, сэр.

— И тогда вы не сказали, что я был тот мужчина?

— Нет, сэр.

— Почему?

— Потому что я… Тогда мне не пришла в голову эта мысль.

— Когда она пришла вам в голову?

— Сразу же после того, как вы ушли.

— И как это случилось?

— Кто-то из моих гостей сказал: «Ты так описал того мужчину, что это как раз мог быть сам Перри Мейсон».

— Что вы ответили?

— Я тогда рассмеялся.

— Вы не думали, что это был я?

— Думал, но эта мысль еще не зафиксировалась у меня в голове.

— И когда же она у вас зафиксировалась?

— Сразу же после того, как мы поговорили с гостями, и позднее, когда меня допрашивала полиция.

— После того, как вас допросила полиция и сообщила вам, что я был в доме и мои отпечатки пальцев нашли на одном из стаканов, вы внезапно поняли, что это, несомненно, был я, не так ли?

— Вы выражаете это не совсем так.

— А как бы вы это выразили?

— После того, как я все обдумал, я пришел к выводу, что это были вы.

— Вы «обдумывали» в присутствии полиции?

— Ну да, если хотите.

— И обдумывали в присутствии свидетелей у себя дома, когда я спросил вас, сможете ли вы идентифицировать того мужчину?

— Да, наверное, но тогда моя голова была занята другими вещами.

— Вы обдумывали это, когда один из ваших гостей высказал предположение, что это мог быть я?

— Ну, я тогда тоже думал о других вещах.

— Вы не знали, что говорите?

— О, я знал, что говорю, но я особо не размышлял на эту тему.

— Вы стали размышлять на эту тему, когда полиция сообщила вам, что я был в том доме?

— Вы снова выражаетесь не совсем честно. Вы несправедливы по отношению ко мне.

— Ну тогда сами выразите все честно и справедливо.

— Я не был абсолютно уверен, пока не поговорил с полицией.

— Вам подсказали эту идею?

— Ну, да.

— Но вы не были абсолютно уверены, пока не поговорили с полицией?

— Нет… но я и раньше думал, что вы похожи на того мужчину. Я имею в виду, он походил на вас. Я говорил вам об этом.

— У меня все, — объявил Мейсон.

Гамильтон Бергер поднялся со своего места с видом иллюзиониста, подводящего к умозрительному завершению удивительный трюк. Окружной прокурор обратился к судье:

— Ваша Честь, по моему приказу повестка о явке в Суд была вручена доктору Холману Б. Кандлеру из Санта-Аны. Я хочу попросить бейлифа пригласить доктора Кандлера из комнаты, отведенной для свидетелей.

Мейсон повернулся к Арлен Дюваль.

— Какие показания он будет давать? — спросил адвокат.

Она пожала плечами.

— Наверное, они вручили ему повестку в последний момент. Он бы обязательно дал нам знать, если…

— Вы уверены?

— Конечно.

— Вы полностью доверяете ему?

— Поставлю на него свою жизнь.

— Возможно, вы как раз это и делаете, — заметил Мейсон.

В зале появились доктор Кандлер и бейлиф.

— Доктор Кандлер, — объявил бейлиф.

— Пожалуйста, пройдите вперед и примите присягу, доктор, — пригласил Бергер.

Доктор Кандлер бросил на Арлен ободряющий взгляд, затем подошел к месту дачи свидетельских показаний, поднял правую руку, принял присягу и ответил на предварительные вопросы.

Затем доктор Кандлер повернулся к окружному прокурору.

— Я думаю, будет честно с моей стороны сразу заявить вам, что абсолютно ничего не знаю о деле, — сказал он.

— Это вы так думаете, доктор, — возразил Гамильтон Бергер, — но я так не считаю. Вы были знакомы с Колтоном П. Дювалем, когда он работал в Коммерческом банке Лос-Анджелеса?

— Да.

— Вы были его личным врачом?

— Да, сэр.

— Также врачом банка?

— Да, сэр.

— Вы знакомы с Арлен Дюваль?

— Я знал ее еще маленькой девочкой.

— Сколько лет вы ее знаете?

— Двенадцать по меньшей мере.

— Сколько ей было лет, когда вы ее увидели в первый раз?

— Где-то двенадцать или тринадцать.

— Вы оставались в дружеских отношениях с Арлен Дюваль, на протяжении всего того времени, что ее отец находится в заключении?

— Да.

— Вы поддерживаете постоянную связь с ее отцом?

— Да, сэр.

— Вы были инициатором подачи прошения о том, чтобы Колтона П. Дюваля освободили условно-досрочно?

— Да, сэр.

— Вы сами собирали подписи?

— Частично сам, а частично моя старшая медсестра, миссис Травис.

— Кто?

— Миссис Травис, ее полное имя Роза Рукер Травис.

— Часть подписей собирала она?

— Да, сэр.

— Но она делала это, работая у вас, вы оплачивали ее время, она действовала по вашему заданию?