Чтение онлайн

— Пешком, — резко бросил мастер Оронтус. — Нужно поговорить без лишних ушей.

— А что? — удивился Иван, наконец-то заметив, что его напарник если не злится, то очень близок этому.

— А то! Ты чего такой наглый, южанин? Ладно, вонючий рыбник — еще тот мутант… хотя думаю, у нас будут проблемы с ребятами из порта. «Соленая крупа» — дерьмо, от нее человеки становятся безумцами, а гномы начинают бросаться на всех подряд. И если мы сможем найти поставщиков, то нам будет честь и хвала. Но сам по себе рыбник не может крутиться, его обязательно прикрывает кто-то из порта. Им наши поиски не понравятся, постараются сделать гадость. Но лорд Вателли! Ты вообще соображаешь, с кем говорил?

— Ээээ, — невразумительно пробормотал Иван.

— Что — «э»? Это же командор армии быстрого реагирования! Лорд-командор Яриус Вателли Легендарный! Да ему достаточно написать записку лорду-полицмейстеру — и тебя выкинут из столицы в Проклятые земли пересчитывать уродов! От тебя будут шарахаться, как от живого мертвеца! Ты будешь гнить заживо!

Иван пожал плечами:

— Ну, я не сообразил сразу, что это тот самый Вателли. К тому же он мужик вроде ничего. Жена, конечно, еще та ледь, а он, по-моему, вполне понимающий…

— А ты, южанин, — идиот! Помесь гоблина с обезьяной! Хотя и те умнее! Ты хамил ему в лицо! Ты в лицо ему сказал, что его можно подозревать в убийстве племянницы из-за этого сраного дома!

Ивану надоело выслушивать ругань, и он резко обернулся к напарнику:

— Сам ты дхорком оплеванный! Хватит вонять! Все он прекрасно понял. И мне кажется, он даже рад, что я начал копать всерьез.

— Всерьез? А зачем тебе это надо? Завтра академики заберут у нас дело — и плевать они хотели на то, что ты накопал!

— Не заберут. Уверен.

— Это еще почему?

— Если сразу не забрали, то не заберут. В деле есть копия письма к некому лорду Свиясси…

— Да, это начальник Управления высшего контроля…

— Так вот, старший следователь через несколько часов после убийства, как только провели первичный осмотр, написал ему официальное письмо с изложением обстоятельств дела. Копия в папке — чуть ли ни первая бумажка. И что? Где этот твой высший контроль?

Мастер Оронтус замолчал и некоторое время шел, глядя под ноги. Иван, наоборот, с интересом глазел по сторонам. Они уже дошли до конца Города Мастеров и углубились в кварталы мрачных многоэтажных домов возле какого-то завода.

О том, что за глухой стеной — промзона, Иван догадался по лязгу металла и густому дыму, валившему из высокой трубы, торчащей над плоской крышей бесконечного здания из красного кирпича, ставшего из-за копоти почти черным.

Дома на другой стороне проулка были высотой в три-четыре этажа — такие же закопченные, но из редких открытых окон доносилась то музыка, то смех, то ругань. Вдоль проулка сновали какие-то пьяноватые мужики, семенили тетки без возраста, вроде тех, что работали в коптильне, носились мальчишки — все мелкие, худые, так что не различишь, где человечий детеныш, где гноменок, где еще какой полукровка. К удивлению Ивана, возле ворот, ведущих во двор одного из домов, росло могучее дерево — единственное на улице. Золотые листья усыпали брусчатку перед воротами, а на скамеечке возле них сидели три старушки абсолютно российского вида — в платочках, теплых душегрейках на плечах и то ли калошах, то ли мужских ботинках, лишившихся от старости шнурков и вообще всякого подобия формы, зато разношенных до состояния, когда в них можно сунуть ногу в толстом шерстяном носке.

«Что за чушь в голову лезет, — подумал Иван. — Неужели опять мозги решили сами с собой спорить? Вроде сейчас спорить не о чем…»

— Мастер Оронтус! — вдруг окликнула вопрошающего одна из бабулек. — Подь сюда, мастер, чего скажу!

Напарник Ивана очнулся от своих мыслей и тихонько пробормотал:

— Вот старые ведьмы! Забыл про них!

Но сделал над собой усилие и направился к скамейке:

— Чего надо-то, матушка Бокар?

— Кто это с тобой? — строго спросила старуха. — Ваш служивый? Не видала ни разу…

Иван подошел к местному «фейс-контролю» и, улыбаясь, представился:

— Мастер Ванус Турис, к вашим услугам, уважаемые! Старший дознаватель. Перевели из Лоторита, так что никого тут пока не знаю. А как ваши имена, уважаемые?

Старухи захихикали чему-то, понятному только им.

— Это матушка Бокар, матушка Вотар и матушка Сионторелла, — ответил за женщин мастер Оронтус. Действительные гражданки.

— Очень приятно! — снова улыбнулся Иван.

Ему действительно почему-то было приятно. Старухи казались немного смешными, но очень подходящими для этого рабочего квартала. Этакие местные матриархи…

А бабки, без всякого стеснения осматривавшие Ивана, переглянулись между собой, после чего матушка Бокар вынесла вердикт:

— Ну что ж, иди, служи! Мутноватый ты, конечно, мастер Турис, но вроде сгодишься для порта… нам такие нужны.

Сыщик не нашел, что ответить, а мастер Оронтус кивнул старухам:

— Дела у нас, уважаемые!

— Что это было? — с улыбкой спросил Иван, когда они отошли на расстояние, на котором невозможно услышать разговор. — Что за старухи?

— Ведьмы.

— Ээээ…

— Ты ведьм никогда не видел? Обычные портовые ведьмы. Хотя — не совсем обычные. Эти три подружки в свое время наказали самого мастера Порфара!

Оронтус хохотнул и продолжил:

— Порфар строил доходные дома, но в чем-то просчитался и решил не платить артельщиками. Дурак, не знал, что у троих жены — ведьмы. Они так прижали бедолагу, что он не только заплатил рабочим, но и переписал на их мужей по целой квартире в этом доме. Чуть ли ни по пол-этажа. Правда, артельщики из человеков долго не живут. А старухи, хоть и вдовы, не бедствуют. Детей повырастили, к местам пристроили, сдают комнаты внаем — за то и живут. Ну, и за порядком в этом доме следят. Ведьмы — они и есть ведьмы. Сколько служу — в доме с вязом ни одного смертоубийства не было, никто по пьяни вниз головой с крыши не сигал, даже девки, что комнаты снимают, по-честному замуж выходят или длинноухих рожают. Заметил, сколько эльфенышей во дворе бегает?

— Не смотрел, — смутился Иван. — Но бабки для нас полезные, это точно!

— Тоже скажешь, — надулся Оронтус. — Ведьмы — они и есть ведьмы. Если кого невзлюбят, то жизни не будет. Лучше сразу куда-нибудь переводиться. Хотя ты им, кажись, понравился!

— Хорошо бы, если так, — пробормотал Иван, думая о том, как мало он знает об этом мире.

Кто такие ведьмы? Вроде с виду — обычные старухи, никакой разницы с земными. «Человечки», как их тут зовут, в отличие от гномих, эльфиек или гоблинш. И по поводу колдовства… вроде люди-человеки считаются наименее одаренными в этом деле. Или все же есть какое-то особое женско-человеческое колдовство?

За разговором полицейские миновали заводской квартал и вышли в окрестности порта. На улицах тут было пьянее, шумнее и разгульнее, а вот сами дома — пониже и пожиже. Встречались даже откровенные халупы, как в какой-нибудь глухой деревне. Разве что в российской глубинке даже самые старые дома крыты пусть ржавым, но железом, или хотя бы досками, а тут попадался и камыш, и какое-то невообразимая смесь кусков фанеры, досок, плоских камней и обычной коры.

— Слушай, мастер Оронтус, я вот что хотел спросить, — решим сменить тему Иван. — Лорд Вателли сказал, что дом его племянницы помнит какую-то кровь. О чем это он?