Чтение онлайн

— Что значит «он убил тебя», Сид?

— Я помню, — говорю я, хотя мозг с каждой секундой становится все более туманным. — Мы ссорились на лодке, и я чуть не ударилась головой о стол. Именно тогда я вспомнила все. Вспомнила, как умерла.

Майкл прочищает горло.

— И ты думаешь, что Уэс сделал это намеренно?

— Он толкнул меня, — говорю я.

— Ты помнишь, как он тебя толкнул? — спрашивает Эверли.

Я киваю. Хотя теперь, когда пытаюсь сосредоточиться и вытащить воспоминание, оно немного меняется. Становится размытым.

— Что ж, это для нас новая информация, — говорит Эверли. — Знаешь, мы всегда подозревали, что его гнев возьмет верх. Он был так одержим тобой, Сид, помнишь?

Я нахмуриваюсь и прикрываю лицо руками.

— Я больше не понимаю, что помню. Я видела фотографии, которые он хранил, и помню эти сцены, но все остальное… я не помню, чем занималась в Мадроне. Я не помню, когда мы с Уэсом начали встречаться и почему расстались. Ты говоришь, он был одержим…

— Очень, — говорит Эверли. — Мы боялись, что он может что-то сделать.

— Эверли, — предупреждающе говорит Майкл.

— Что? — отвечает она, отбрасывая волосы через плечо. — Это правда. Он не мог тебя отпустить. Он хотел, чтобы ты принадлежала только ему, а если нет, то он бы не позволил, чтобы ты досталась другому.

Я проглатываю комок в горле. Нет. Все это не сходится. Уэс мог толкнуть меня, мог быть в тот момент жестоким и агрессивным, но это не значит, что он умышленно убил меня.

— Нет. Нет, это была случайность, — говорю я, воспоминания снова закручиваются в клубок. Я так стараюсь выловить момент, но не могу. Раньше все было ясно, как день, а теперь это просто туман. Возможно, удар головой и настоящая смерть сделали свое.

Возможно, я вообще ничего не помню.

Возможно, мой мозг заполняет пробелы, заставляя меня думать, что я помню, опираясь на события, которые произошли раньше.

— Знаешь что, Сид, — говорит Эверли. — Когда этот шторм закончится, мы подключим полицию и подадим заявление. Скажем, что он пытался тебя убить.

— Эверли, — снова предупреждает Майкл. — Давайте обсудим это, прежде чем делать что-то необдуманное. Здесь много такого, что будет сложно понять кому угодно, не говоря уже о полиции, — он смотрит на меня. — Ты сказала, что оставила его на лодке. Ты точно знаешь, что он жив?

Я киваю, когда Дэвид появляется с горячей кружкой чая.

— У него был пульс. Автопилот настроен на Винтер-Харбор. Но что если он умрет по пути? Что если я его убила?

— Хмм, — говорит Майкл, но не кажется ни капли обеспокоенным. Он достает рацию и нажимает кнопку. — Кит? Родерик с тобой? Высылай «Зодиак» для перехвата «Митрандира». Он должен быть в заливе. Навигационные огни включены. И да, я знаю про шторм.

— Вы его останавливаете? — спрашиваю я.

— Полиция может и не справиться, но мы да, — говорит он с улыбкой, которая заставляет мои зубы скрипеть.

— Я так рада снова видеть тебя, Сид, — говорит Эверли, сжимая мое колено. — Ты снова с нами. Ты перестала пытаться изменить Поселение. Видишь, что происходит, когда Поселение меняет тебя?

«Менять во что?» — думаю я, делая глоток чая. Горький, кислый, но тепло согревает. Кто я теперь?

— Но как я была одной из вас? — спрашиваю я. — Почему я осталась в Мадроне?

Я пытаюсь сосредоточиться, но голова начинает раскалываться. Мне кажется, что мицелий в моем мозгу работает сверхурочно. Мысль об этом, о том, что на самом деле происходит там, кружит мне голову. У меня столько вопросов, и я даже не знаю, с чего начать.

— Тебе было некуда идти без стипендии, — говорит Майкл.

Стипендия? Ах да. Это было реально. Это случилось.

— Ты осталась, потому что была амбициозна, — гордо говорит Эверли. — Потому что хотела успеха превыше всего. Потому что знала, что создана для великих дел. Потому что доказала свою ценность. Именно твой блестящий ум раскрыл секрет всего.

Я смотрю на нее, ощущая легкое головокружение, не понимая.

— Именно ты, в конце концов, нашла рецепторы, необходимые для того, чтобы грибы росли и создавали новые синапсы, — говорит она мне. — Именно ты превратила это из революционного лекарства от заболеваний и травм мозга, от болезни Паркинсона и Альцгеймера, во что-то более грандиозное. Ты нашла способ обмануть смерть.

Я моргаю, комната слегка кружится перед глазами.

— Что ты имеешь в виду? — спрашиваю я, хотя слова звучат странно.

— Ты совершила прорыв, Сид! — восклицает она. — Это заняло время, но ты сделала это. Твое исследование и открытие смогли убить мышь и вернуть ее к жизни. А когда мы были готовы к испытаниям на людях… ну, именно ты нашла нам первого пациента. Мы не смогли бы сделать этот шаг без твоего взгляда на мораль.

Мир рушится у меня под ногами. Я замираю, но комната продолжает кружиться.

Нет.

— Что? — шепчу я, сердце будто налилось свинцом, а воспоминания угрожающе нависают надо мной.

— Самоубийство было счастливой случайностью, — говорит Эверли. — Бедная Фарида просто не вынесла. Но когда ты предложила вскрыть ей голову и использовать на ней мицелий… ну, мы не могли отказаться. Конечно, в первый раз не получилось. Ни во второй, ни в третий. Но ты была очень настойчива, и в конце концов тебе удалось. Жаль, что ты не видела этого прогресса. Потому что нам пришлось использовать его на тебе.

— Нет… — выдыхаю я, пытаясь защититься от воспоминаний, которые продолжают всплывать.

Нет… я бы никогда…

Я бы никогда…

Но я помню, помню.

Помню, кем была.

Старая Сидни.

Я помню…

Я была злодеем.

Ужас сжимает горло, словно лезвие.

Я — злодей.

Кружка выпадает из рук, чай проливается на меня.

— Это была не я… не я… я бы никогда…

— Ты удивишься, на что способны люди, когда определенные ограничения сняты, когда правила больше не действуют, — говорит Майкл. — В этом и заключается вся прелесть этой сферы.

Я пытаюсь пошевелиться, но падаю обратно на диван, конечности с каждой секундой становятся тяжелее, когда понимаю, что произошло.

Чай.

— Вы… вы меня отравили, — говорю я, ужас охватывает меня полностью.

— Ну, мы были вынуждены, Сид, — говорит Эверли с ехидной улыбкой. — Мы не хотим, чтобы ты сопротивлялась, как в прошлый раз, — она поднимает взгляд на Дэвида. — Позвони Карвальо и подготовь операционную.

— Я пойду сам, — говорит Дэвид. — Вы уверены, что справитесь с ней вдвоем?