Чтение онлайн

–  А… Мне похуй… - отмахнулся я.

Сейчас мои руки обтряхивали камуфляж и приводили внешний вид в нормальное состояние. Иваныч уже достал откуда-то листок бумаги, положил на столик и пододвинул его в мою сторону.

–  Садись и пиши объяснительную!
– почти приказал он мне.
– Чтобы всё было в твою пользу.

Я уселся на обшарпанное кресло… Притянул к себе журнальный столик и приготовил ручку. Тут-то меня и прорвало.

–  Да эти сукины дети сговорились! Сначала Королев в залупу полез! Потом Мирошник… Но он передумал… И третьим этот прапор оказался… И всё произошло за каких-то пять минут… Таких совпадений не бывает.

Иваныч слегка призадумался.

–  А что Королев?
– спросил ротный.
– Там всё нормально? Не убил его?

Может быть он всё ещё переживал за свой лом… Или за подчиненного… Но ведь бойцов-то много!… А лом… Не один, конечно… Однако.

–  Да ну… - рассмеялся я. Скажешь тоже… Трое суток ареста объявил от твоего имени… Сейчас готовится.

Иваныч выслушал мой доклад по первому инциденту и, не откладывая дела в долгий ящик, сел писать Записку об аресте. Он тоже был настроен серьезно, но срок наказания хотел увеличить.

–  Нельзя. Больше трех суток не имеешь права… - сказал я.

–  А ты откуда знаешь?
– каким-то ревниво-настороженнным взглядом посмотрел он на меня.

Но на должность командира роты я и не думал метить… Просто имел богатый опыт военной жизни.

–  А я сидел шесть суток. Сначала три дали, а потом ещё столько же добавили.

Хоть это и было семь лет назад, но в нашей армии мало что изменилось в системе наказаний.

–  Мы тоже так сделаем.
– решил Пуданов.
– Так-с.

Я быстро написал Объяснительную записку, подписался под ней и отдал её ротному. Он, не читая, сложил бумагу и положил в карман.

–  Ну, что будем дальше с ним делать?
– спросил он уже на выходе.

Я сразу же понял то, о ком же всё-таки идёт речь.

–  А мне такой заместитель не нужен!
– отрезал я без раздумий и тем более сожалений.
– Гнать его надо из армии. Пользы никакой, а гонора.

Говорил я категорично, поскольку более не желал даже видеть этого прапора в первой роте… Но нашим подразделением командовал майор Пуданов… И он имел свои виды.

–  Посмотрим.
– уклончиво произнес Александр Иванович.
– Пошли Короля сажать.

В полдень я отвел взбунтовавшегося солдата на гауптвахту и Королёв стал отбывать свое заслуженное наказание в размере трех суток. Я не стал огорчать его раньше времени известием о "добавке". Когда нужно будет, он и сам узнает всё от командира роты.

Когда я шел на обед, на меня стремительно налетел Черный Плащ и сразу же принялся клевать мои серые клеточки.

–  Зарипов! Ты почему избил прапорщика Мерхулова? У тебя руки длинные стали? Так я их тебе укорочу.

Я досадливо поморщился слегка, но отвечал серьезно и правдиво. С этим маленьким майором мне довелось в феврале выезжать на десять суток в Грозный и его мне не хотелось обманывать. Рассказал я ему всё… Очень подробно и до мельчайших деталей.

–  Ну, хорошо!
– произнес замполит и тут же принялся за другое.
– А Полуничева ты за что чуть не изувечил?

Пришлось мне выкладывать начистоту уже историю с бывшим кочегаром: как он демонстративно плевался в строю и чуть было не обхаркал мой ботинок.

–  Как-то само собой это получилось! Достал он меня тогда… - горячо доказывал я свою правоту.
– А что мне еще было делать? Он на меня плевать собрался, а мне что?… Сопли ему вытирать? Вот и получил.

Мы стояли неподалеку от роты минирования. Мимо проходили командиры и солдаты, но мы продолжали "беседовать"… Только отошли немного в сторону.

–  Нельзя так поступать с солдатами.
– начал свою лекцию майор.
– По другому надо было.

–  А как ещё по другому?
– кипятился я.
– Да я вот эти свои звездочки уважаю больше, чем себя! И плевать на них никому не позволю.

Для большей убедительности мои пальцы несколько раз постучали по старлейским звёздам. Демонстрируя своё истинное отношение к ним… Но после этого откровенного моего признания замполит резко переменился и ослабил свой натиск.

–  Запомни, Зарипов!
– быстро проговорил он.
– Надо больше всего именно себя уважать, а потом уже погоны… И тогда ты даже пальцем никого не тронешь.

Он быстро исчез после этих слов, а я еще несколько минут размышлял да обдумывал сказанное замполитом. Так и не пришел к окончательному выводу и полному осмыслению.

–  "И умеют же они языком работать! Без ста грамм после них не разберешь… Так! А где же этот стукачок-телеграфист?"

Но прапорщика Мерхулова не было нигде. Но через час я с передней линейки наших палаток заприметил начальника штаба батальона Майора Грибок, который шел по асфальтовой дороге к солдатской столовой. Шагал он размеренно и слушал при этом то, что ему втолковывал идущий рядом прапорщик Мерхулов. Ну, само собой разумеется… Что… Кроме моей скромной персоны им естественно больше не было о чем поговорить.

Я стоял на своем месте и продолжал руководить дневальными, наводившими порядок на передней линейке наших палаток. Но и не терял из виду идущих по дороге начальника штаба и пока ещё моего заместителя… Сейчас мне следовало проявить спокойствие, уверенность и выдержку… Чтобы более чем наглядно показать свою твёрдость в данном вопросе… И своеобразный поединок всё-таки состоялся… Проходя мимо, Грибок бросил на меня долгий взгляд, который я спокойно выдержал. Бояться мне ничего не следовало, так как правда была на моей стороне.

Майор Грибок первым отвёл свой взгляд и прошествовал дальше… Настырный прапор продолжал ему что-то талдычить… Естественно, что не о любовной лирике поэта Роберта Рождественского… А о жестокости Альберта Маратовича.

Мне следовало принимать меры по изгнанию этого недостойного элемента из рядов Российской Армии. При появлении Мерхулова в роте, предупрежденный мной дневальный сразу же направил его в канцелярию.

–  Прапорщик Мерхулов, где вы были в служебное время?
– официальным тоном спросил я.
– До обеда и после него?