Чтение онлайн

Я не перебивал говорившего солдата и внимательно слушал каждое его слово. Всё-таки такой откровенный диалог между командиром и подчиненными гораздо лучше и полезнее для налаживания взаимопонимания, чем посреднические услуги замполита.

Наконец Мирошник высказался полностью и замолчал… Я немного подождал, а вдруг он захочет что-то добавить.

–  Всё? А теперь слушайте меня все!
– Я набрал воздуха побольше и стал размеренно загибать пальцы.
– До моего приезда сюда вы все ходили в грязном обмундировании, без подворотничков абсолютно, в нечищеной обуви и были похожи на зачуханных чмырей! Это раз! До моего прибытия порядок в вашей палатке был ужасающий… Срач полнейший и вы в нём жили. Даже сейчас… Посмотрите, что у вас под нарами творится?! Начиная от носков старых, боеприпасов и заканчивая черствым хлебом… Это два. До меня у вас никакой дисциплины и не было! Ходили туда-сюда как сборище анархистов! Никто с вас не требовал, вот вы и расслабились.

–  У нас с Кириченко всё было нормально!
– внезапно сказал невысокий солдат с небольшими бакенбардами.
– Мы его уважали и он нас тоже.

Я с минуту молчал, чтобы успокоить свои нервы… А то бы мой голос попросту сорвался бы на резкий крик и откровенный мат.

–  "Уж кто бы это мне говорил!… Кириченко!… Олег всё жалел их - вот и погиб… Без прикрытия… Их прикрытия… Вот суч-чата… Уважали…"

–  Царствие ему небесное!
– сказал я с тяжелым вздохом и медленно подошел к открытому проёму в кубрик погибшего.

Там на прежнем месте стояла кровать Олега с красно-белой полосой наискосок. И всё тот же табурет у изголовья со стопкой наполовину и куском хлеба сверху.

–  А насчёт уважения… Посмотри какого цвета наволочка и сколько пыли на хлебе! Вот так вы его уважаете после смерти, что даже наволочку поменять не можете на свежую… А если бы вы его при жизни уважали и заботились о нём… То был бы… - Я немного запнулся, но потом продолжил жестким тоном.
– То был бы старший лейтенант Кириченко живой и невредимый.

Я так же медленно вернулся на свое место перед строем.

–  Так уж получилось… - сказал обладатель баков.
– Мы.

Но его прервал командир группы.

–  Так получилось!… Мы… - зло и раздраженно передразнил его я.
– Да видел я вас какие вы вояки! Летом я с вашей группой ходил на две ночные засады… Было такое, Шумаков?

Я пристально смотрел на свидетеля тех событий.

–  Было.
– коротко подтвердил стоящий правофланговым Шумаков.

Теперь мне пришлось вспоминать былое:

–  Пулеметчика чуть не завалили, потому что он без разрешения в кусты пошел. Полгруппы обожралось незрелых персиков и ночью всю местность обдристали… Какие боевики?! Да они вас по запаху почуяли и обошли за два километра. У вас гонора слишком много и притом на пустом месте. Вы слишком уверены в своей боевой подготовке. Была б моя воля, то я вместо таких самонадеянных павлинов взял на войну самых тупых тормозов! И был бы гораздо спокоен и уверен, что они не будут проявлять свою дурную инициативу.

Такое нелестное сравнение разумеется задело дембелей и один из них даже презрительно фыркнул:

–  Ну и что бы вы с ними сделали?

Моё видение данной ситуации оказалось очень простым:

–  Я бы каждому объяснил и показал на местности сектор наблюдения и зону огневого поражения… Рассказал, когда стрелять или бросать гранаты. И результат был бы гораздо лучше чем с вами, такими умными и самостоятельными… Потому что солдат прежде всего - это исполнитель приказа командира группы! Понятно? Тупой или умный, это уже мелочи. Главное - это послушный и толковый исполнитель! Потому что за вас обязан думать командир группы, а вы должны беспрекословно выполнять порученную вам задачу. А думать вы будете уже потом… Дома… Если приедете.

Выговаривая свою точку зрения, я начал ходить перед строем. Меня не перебивали и слушали, слушали, слушали.

–  И мне ваше уважение до одного места! Также как и я не собираюсь вас тут уважать или нет! Мне это по-фи-гу… Я как командир группы обязан командовать вами для выполнения поставленной боевой задачи. Ясно? А еще больше я обязан сохранить вас живыми и невредимыми! Чтобы вы вернулись к себе домой. И уже за праздничным столом вы будете рассказывать своим родственникам, что вот был у вас командиром старший лейтенант Зарипов и вы его уважали или не уважали… Болтайте, что хотите! Потому что мне это будет абсолютно по-ку-ю… Главное - что вы уволились из моей группы все! Понятно? А чтобы это произошло, я вас лично буду гонять и наказывать за ваши нарушения! И меня вы не напугаете ни выстрелами в спину, ни подброшенными гранатами! Потому что вы даже не сможете это сделать! Сечёте или нет? Потому что у вас кишка тон-ка… Уяснили?

Мои подчиненные угрюмо молчали и каждый думал о своём. Может быть я и перегибал палку, но ровно настолько, чтобы исправить всё то, что им тут наболтал Вовчара. А то еще решат, что меня можно взять на испуг какими-то россказнями да страшилками.

–  Я полгода отпахал в учебке спецназа в Чирчике, потом в Афгане служил в разведгруппе спецназа… - продолжал я.
– Сначала пулеметчиком с ПК, потом заместителем командира группы. Отслужил два года срочной службы. Окончил факультет спецназа в Рязанском десантном училище. В Чечне с января месяца… И вы будете меня пугать выстрелами в спину? Да вы еще не успеете автомат поднять, чтобы прицелиться, как я вас первым заепашу!… И гранату брошенную подниму и вам же её верну на звук щелчка запала! Не верите?! Выйдем на стрельбище - я вам продемонстрирую… Посмотрим, кто из нас владеет лучше оружием… Вы еще щенки сопливые против меня.

Ну, разумеется мои последние слова вызвали заметное оживление и негодование.

–  Мы не щенки… - проворчал кто-то недовольный из заднего ряда.

–  Да это понятно. То я как бы сравнивая сказал…- быстро поправился я и продолжил далее.
– Такие угрозы мне уже приходилось слышать и плевать я на них хотел. Так вот… А пока что мы никуда не готовимся и войны в ближайшее время для нас не намечается. И вы должны четко и беспрекословно выполнять все мои приказания.

–  А мы и так уже всё выполняем!
– с чувством озлобленности произнес рослый "дед".
– Мы так на своей "духанке" не летали, как сейчас… И это всё из-за вас началось.

–  Братцы мои!
– удивился я.
– А не мне ли довелось с вами разговаривать в первые же дни? Не я ли говорил вам, что совершенно не собираюсь тратить на вас свои нервы? А не от вас ли только и требовалось поддерживать нормальный порядок в палатке, соблюдать опрятный внешний вид и не нарушать воинскую дисциплину?! Говорил я вам такое или нет?

–  Ну и что, что говорили?
– внезапно и с вызовом высказался боец Полуничев.
– Вы нас за людей не считаете.

После известных событий на ночной дороге, бывший кочегар вел себя тише воды и ниже травы. Но в данную минуту решил видно вновь побунтовать.

–  Батюшки! Вот и у Полуна голосок прорезался!
– насмешливо и обрадовано возвестил я всему миру такую приятную новость.
– А я-то думал, что он у тебя совсем пропал. Молодец! Стараешься!.

Моё задиристое высказывание даже вызвало короткие смешки на дальнем фланге. Но они быстро затихли… Это свидетельствовало о том, что основная масса дембелей всё ещё настроена крайне недоброжелательно.

–  Для вас старослужащие, как будто самые главные враги!
– по-прежнему нагловато говорил Полуничев.
– А к нам нужно относиться по-другому.