Чтение онлайн

Впрочем, поход за правдой далеко увёл нас за рамки темы.

Эмансипация предоставила женщине возможность побыть мужчиной и там, где ей этого вовсе не хотелось. Стереотип «равенства» грубо влез в тонкий творческий процесс ухаживания, где эмансипированная женщина, заинтересованная в длительных отношениях, старается не спугнуть перспективного «партнёра» слишком явным пребыванием в своей нормальной женской роли.

Если в механизме выбора эмансипация оказалась бессильна что-то изменить, то в ухаживании её присутствие очень заметно. Обычная тактика ухаживания есть игра на повышение стоимости. Женщина анализирует кандидата, оттягивая время, разогревая его желание и периодически прощупывая его готовность. Если он слишком настойчив, его следует охладить, если холоден — разогреть, если нахален — обидеться. Впрочем, если безразличен, обидеться тоже. В переводе на язык ценности, это её повышение до теоретической бесконечности. То есть не будь кандидат настойчив или, наоборот, не заинтересован, женщина, вероятно, никогда ему не уступит.

Однако в наше время такая тактика работает редко. Нынешний мужчина просто не в состоянии платить столь высокую цену. Кроме того он в большей степени, чем раньше, ждёт от женщины сигналов, потому что знает, что имеет дело с самообеспеченной, самодостаточной женщиной, которая в нём не особо нуждается. Да и сама эмансипированная женщина должна держать марку и подчёркивать свою свободу.

Уже при предварительном знакомстве она не должна давать повод попадать в зависимость. Таким образом ей потом легче расстаться с «эмансипированным» мужчиной. Будь она нормальной, она бы не мучилась по этому поводу. Но для независимой и «равной» это как-то неудобно. Точно так же и далее ей приходится вносить «равный вклад» — оплачивать свою половину культурных и пищеварительных походов и продолжать изображать всяческую самодостаточность. При этом она искренне убеждена, что таким образом лишает мужчину права что-то там требовать от неё, позволяет себе не испытывать мучительного ощущения своей «обязанности» перед ним и т. п. ересь, фактически отказывая себе в праве быть женщиной и вертеть мужчиной так, как ей положено природой.

Эти дополнительные расчёты и размышления усложняют и без того запутанный процесс, который по своей сути не изменился и не мог измениться — женщина вовсе не собирается ухаживать за мужчиной и добиваться его благосклонности. Однако оплачивая свою долю и держа таким образом дистанцию, женщина теперь выступает не только в роли «раздумывающей», но и в роли «отказывающей», тратя впустую энергию и деньги. В результате становится непонятно — что это за отношения складываются? То ли дружба, то ли деловое знакомство, то ли ещё что. Поочерёдно приглашая друг друга на «свидания», обмениваясь «подарками», стороны играют теперь куда более двусмысленные роли. Поддерживая своими финансовыми «вкладами» в ухаживание никому не нужную дистанцию, женщине потом приходится уступать больше чем прежде, самой же преодолевая её, ещё сильнее при этом походя на квазимужчину, который, если он нормально мыслит, давно уже воспринимает такие «вклады» насторожённо и холодно, предоставляя женщине инициативу самой распутать свой клубок интересов. И если раньше женщина могла «размышлять» до последней черты, то теперь момент её решения становится очевидным до отвратительности. Если она начинает воспринимать оплату мужчиной её расходов как приемлемую для неё, вся интрига пропадает. Женщина, загнанная в угол своей независимостью и эмансипацией, в этот момент становится похожа на проститутку, принимающую оплату вперёд. И если она вдруг возвращается к роли «сомневающейся», вновь посылая неверные сигналы и запутывая мужчину, всё её предыдущее поведение начинает выглядеть нелепо и некрасиво.

У мужчин поведение эмансипированных женщин, стремящихся подчеркнуть свою независимость, лишь вызывает ответное стремление к отношениям «партнёрства», не налагающим никаких обязанностей. Пока женщины не окажут мужчинам доверия своей зависимостью от него, об ответственности можно не мечтать. Но и играть в квазинезависимость современная женщина уже не может. В нынешнем просвещённом эмансипацией мире это уже слишком явно походит на «купи-продай». И чем больше ей приходится изображать равенство, тем сильнее желание последующей расплаты и компенсации. Чем ближе дело подходит к телу, тем дальше посылаются все эти новомодные штучки, заменяясь традиционной оплатой «романтического» ужина, дорогого отеля или ещё чего-нибудь посущественней, отчего все предыдущие игры в «дистанцию» и «равные вклады», начинают выглядеть как этап холодного расчёта и оценки финансовой состоятельности мужчины, характерные для прожжённых хищниц. Как оно в принципе и оказывается при таком раскладе.

Поскольку игра в мужские роли остаётся категорически противопоказана, приходится предположить, что современная женщина всё же является пока женщиной, а не бесполым индивидом инди-общества. А потому можно считать, что главный конфликт, порождённый в нежной женской душе свободой и эмансипацией, — это как ей выбирать мужчину среди кучи этого нищего отребья, на основании чего строить свои предпочтения, что в нём важнее всего. Или есть ли в нём хоть что-то достойное внимания. Именно через эти почти гамлетовские мучения прошла женщина, пока ведомая пророками эмансипации, переместилась из-за мужской спины на широкую столбовую дорогу. Именно этот очистительный от любви процесс мы с интересом наблюдали несколько поколений.

И именно такого рода думы тяготят женщину весь длительный процесс ухаживания. Биологическая основа эволюции требует от женщины полной отдачи, эмоций, интуиции, чувств. Всего того, что выражено словом «любовь». Социальная составляющая требует анализа, расчёта, оценки. Отделить одно от другого невозможно. И то и другое одинаково важно для будущего потомства. И то и другое одинаково важно и для живой, реальной женщины сегодняшнего дня. Чему отдать предпочтение — чувствам или благам? Вулкану эмоций или стабильности быта? Душе или телу? Сердцу или желудку? Великая Дилемма почти неразрешима. Поэтому каждая женщина справляется с ней по-своему в зависимости от персональных обстоятельств и зрелости личности. Но о том, что этот душевный конфликт сейчас для неё важнейший, говорит хотя бы тот факт, что основная масса так называемой женской художественной литературы так или иначе вращается вокруг этой темы, дополняя прежний классический — вокруг разновидностей любовного треугольника.

Мучительное решение дилеммы приводит к переоценке всего поведения женщины, что немудрено, учитывая, какую роль в её жизни пока ещё играет мужчина. Однако рассматривать все захватывающие перипетии этого процесса нет никакой возможности, тем более что он подробно рассмотрен во всех своих многочисленных срезах как вербальной, так и визуальной женской паралитературой, к которой эта книжка ну никак не относится. Разочарованный читатель из-за этого и купил её? Что ж, попробуйте сдать обратно, скажите с автором согласовано.

Поскольку мы уже знаем ответ на вопрос о том, что выбрала женщина, интереснее дать исчерпывающий ответ на другой вопрос — почему? Но ответ неисчерпаем как и вопрос. Причём он лежит на поверхности. Эмансипированной женщине нужны деньги. Нужны не чтобы тратить, а чтобы жить. До эмансипации она худо-бедно полагалась на мужчину, но не в деньгах, а в полном содержании. Теперь деньги нужны сами по себе. Нужны ещё до того, как она встретит мужчину. Нужны всё время. Нужны про запас. Нужны на случай, если с мужчиной ничего не получится. И на случай, если получится и придётся его потом содержать. Эта причина объективна — эмансипация сделала из женщины социальное существо, а значит деньги стали её главным интересом.

Далее, деньги развратили женщину, как они развращают всех. И государство, вместе со всем обществом, успешно работало конкретно в этом направлении — чтобы женщина не чувствовала свою зависимость от мужчины. То есть женщине была оказана «услуга». Заражённые деньгами люди видят их источники даже там, где нормальные видят долгожданную возможность реализовать свои светлые идеалы бескорыстия. Или на худой конец видят только мужчину. А поскольку мужчина всегда был обеспечителем для женщины, он автоматически стал источником денег. И эта причина субъективна.

Выбор женщины может быть легко понят с точки зрения свободы. Природа не дала женщине свободы. Любовь — это не выбор человека, это выбор за человека. Свободу женщине дало общество. Но если человеку дать возможность выбора, ему останется выбрать деньги, потому что иначе о какой свободе можно говорить? Вот такая причина тоже. Освободительно-принудительная.

Но, разумеется, самая главная причина в том, что женщина — восприимчивый, зависимый, ведомый, коллективистский человек. Она всё делает так, как другие. Видя ежедневно перед своими глазами примеры преобладания, превалирования денег над любовью, она, как и всякий ответственный член коллектива, просто не может поступить иначе. А примеры эти ежесекундно порождаются самим эмансипированным обществом, изгнавшим любовь и заменившим её суррогатами. Извратившим мораль и идеалы. Уничтожившим нравственность, традиции, веру, каноны и устои. И свалившему результат на хрупкие женские плечи. То есть опять общество виновато.

Перечисленным далеко не исчерпываются все причины, многие из которых разбросаны в этой книжке то там, то сям. Но все они, оправдывая женщину, сводятся к сказанному выше — к эмансипации, обществу, экономике, политике, культуре, а оттуда — снова к эмансипации. И если суммировать их влияние на личный выбор, то можно смело дать наиболее ёмкое определение эмансипации в контексте нашей дилеммы. С личной точки зрения, эмансипация — это подмена любви деньгами. Это вынужденный выбор денег вместо любви. Рациональный, свободный выбор ныне невозможен, даже если бы женщина была на него способна. Любовь вообще не требует рационального выбора, только эмоционального. А в таких нечеловеческих условиях какие ещё могут быть эмоции?