Чтение онлайн

Да, Уррий уже вспомнил, как засыпал в Свою бытность Тха-Оро.

Он начал создавать давление в здоровой Силе, которое для этого требовалось, завязывая его на количество безумной Силы, и одновременно забросил в Свое эррэ семена защитного купола, который станет выжигать в Нем безумие.

И тут, когда купол уже был готов подняться над Ним, Он кое-что вспомнил.

— Когда Я искал следы Вечного, — сказал Уррий Не-злому, — на самом южном краю материка, где Пустыня встречается с морем, Я заметил следы магии, очень похожей на твою.

Не-злой заметно вздрогнул.

— Что Ты помнишь про эти следы? — спросил он торопливо. — Расскажи все, что помнишь!

Давление в Силе уже породило сонливость, но Уррий все же заставил Себя ответить:

— Эти следы вели вглубь Пустыни, но Я не смог за ними последовать. Пустыня придумала окружить себя барьером, который не пропустил Мой дух… — говорить дальше стало трудно, и Уррий замолчал. Сквозь туман сна пробился голос Не-злого, интонация его звучала вопросительно и тревожно, но самих слов Уррий уже не разобрал.

— И все, потом Мой дух оттуда вернулся, — договорил Уррий через силу и провалился в сон окончательно.

Едва Уррий договорил последнее слово, по его телу пробежала молния. Разветвилась. Часть молнии перекинулась на Ниссу, продолжая ветвится. Воздух над Уррием загустел в молочный туман и начал окутывать самого Уррия, Ниссу и все пространство рядом с ними. Потом туман добрался до того места, где стоял Арон, и толкнул его — ощущалось это как сильнейший порыв ветра.

Арон невольно отступил на шаг и одновременно с этим потянулся за перстнем с рубином. Последние слова Уррия сильно его встревожили.

Самым вероятным было то, что Уррий видел следы магии Альмара — магия кровных родственников всегда казалось похожей, и чем ближе родство, тем сильнее сходство. Тем более что Альмар действительно должен был находиться на крайнем юге — именно там, на южном побережье, располагался город работорговцев. Однако Уррий заметил следы не в городе, а в Пустыне.

Но нет, камень оказался ярко-алым, да и сам Арон не чувствовал опасности, грозящей Альмару.

Жив. Здоров. Осталось только его найти.

Туманный купол, между тем, рос, заставляя Арона отступать все дальше, и остановился, только заняв середину храма. Протянув руку, Арон коснулся поверхности купола. Под его пальцами она ощущалась как прохладное стекло, но его эррэ говорило, что на самом деле это была овеществленная Сила.

Туман внутри купола продолжал беспорядочно двигаться, где-то густо клубясь, где-то на долю мгновения рассеиваясь, и тогда взгляд мог уловить то край ложа, то силуэт безмятежно спящей девушки, то очертания обнимающего ее и тоже спящего мужчины. А еще Арон видел змея — призрачного, в отличии от вполне материальной пары. Огромного змея, чье тело свивалось кольцами на ложе и вокруг него.

«Странно», — сказал Прежний. — «Змей ведь истратил своего внутреннего змея… Ха! Забавная игра слов, скажи же?»

«Отдал свою змеиную форму ради спасения мира», — недовольно поправил его Арон. Похоже, Прежний не умел ценить ничьи жертвы, кроме своих собственных…

«Да брось, я ценю, очень ценю», — тут же отозвался тот. — «Но, правда, ценил бы куда больше, если бы мог в полной мере наслаждаться жизнью в мире, который Уррий спас».

Внутри купола туман вновь на мгновение открыл призрачного змея.

«Я думаю, в этом змее воплотилась мечта Уррия. Его желание вернуть свой истинный облик напиталось Силой и стало видимым», — добавил Арон. Прежний хмыкнул, то ли согласившись, то ли просто решив не спорить.

Арон призвал Силу и еще раз осмотрел купол уже с ее помощью. Тот, как оказалось, уходил и под землю, образуя вокруг Уррия и Ниссы непроницаемый шар. И Силы в этот купол было вложено немереное количество, причем вложено самым расточительным способом — что, в принципе, и требовалось.

Когда купол съест всю Силу, которую Уррий был готов ему скормить, тогда Змей и проснется. Но займет это немало времени.

Что ж, Арон был свободен — чтобы, наконец, отправиться на поиски сына. В первую очередь ему нужна была карта, чтобы провести ритуал поиска по родной крови. Впрочем, модель мира из дворца, с ее мельчайшими деталями, подходила для этого даже лучше.

Уррий упомянул о пустыне, впадающей в море, и Арон, оказавшись во дворце, особенно внимательно присмотрелся к той части карты, где располагался город Гаджи.

Где должен был располагаться город Гаджи.

Сейчас на модели мира его не было. Вместо схематичных очертаний городских стен Арон видел лишь застывшую рябь, выкрашенную в желтый цвет. Рябь, символизирующую пустыню. Теперь на протяжении многих сотен миль побережье принадлежало песку.

Значило ли это, что Гаджи больше не существовало? Пустыня Аннуш постоянно пыталась поглотить города-Колонны. Значит, не только их, но и другие человеческие города, и с Гаджи у нее получилось?

Арон, хмурясь, еще несколько мгновений смотрел на то место, где должен был находиться город работорговцев, потом встряхнул головой, достал хрустальный кулон, смочил в своей крови, сделал все необходимое для ритуала и поднял над моделью. Кулон дернулся в его руке, резко потянулся к пустыне — и начал широко вращаться, очерчивая ломаный, с обрывами, неправильный овал, точно совпадающий с видимой границей пустыни. Над самой пустыней кулон двигаться отказывался.

Уррий упоминал барьер, который не дал его духу последовать за следами магии. Похоже, этот барьер действовал даже здесь, на модели мира. И, судя по всему, Альмар действительно оказался внутри пустыни, внутри этого огромного пространства, по территории равного половине империи. И как Арон мог найти его там, если ритуал нахождения по крови не работал?

«Прежний…»

«Понятия не имею», — прервал тот его. — «Ни малейшего. И вообще, насколько знаю, только божественная сила может вот так скрыть искомое от ритуала на крови».

Это звучало… почти нелепо. Зачем кому-то из богов скрывать от Арона сына? Боги, когда недовольны, имеют другие, куда более действенные способы это недовольство выразить.

«Возможно, если попасть на территорию пустыни, внутрь барьера, ритуал начнет работать», — задумчиво проговорил Прежний.

Пожалуй, в этих словах был смысл.