Держаться за воздух
Шрифт:
— Но… — Паша замер на ступеньке, открыв рот.
— Что это у тебя? — Даша только сейчас заметила, что нижняя губа парня опухла и покраснела.
— Прикусил случайно.
— Не ври мне. Опять бабка побила? — Даше просто хотелось заплакать.
— Ну… это… — парень почесал затылок, взлохмачивая волосы. — Она меня мокрым полотенцем гоняла, я с кухни в комнату драпал, споткнулся об ковер, упал и… вот.
— Ты же уже взрослый, сколько можно учить пинками?!
— С моей ангельской бабушкой — до пенсии, — пробубнил Паша и потер губу тыльной стороной руки. — Болит.
— Ты бы маме сказал, — вздохнула Даша и толкнула дверь подъезда, выходя на улицу.
— Да что маме? Она сама не прочь мне ремня отвесить. Любит, конечно, но… как-то по-своему, видимо. Не понимает, что мне подарков-посылочек и звонков мало. Да и видимся мы с ней довольно редко, во время учебного года чуть чаще, но и то не каждый день. Даже с днем рождения она меня по телефону поздравляет. В прошлый раз, знаешь, что подарила? Кружку прислала по почте. С картинкой с московскими видами. Будто дразнилась — посмотри, сыночек, как я живу. А я никогда еще в Москве не был. Кружка эта разбилась, кстати, уже. По официальной версии — из-за неосторожности бабушки, — Паша тяжело вздохнул, замолчал на несколько секунд, потом продолжил: — Вот тогда, когда из больницы она нас забирала, вечером же опять исчезла, на электричку понеслась, потому что ей в аэропорт надо — отец билеты купил. На двоих. Денег много — они в Болгарию улетели, а меня, кстати, ни разу с собой не брали. Как всегда спихнули на бабушку. Отцу с мамой весело, она красивая, он поэтому из той семьи и ушел, чтобы с ней развлекаться. Вот, меня нажили… А толку? Я же им нужен, как собаке пятая нога.
— Паш… как же ты живешь так?.. — протянула Даша, с жалостью посмотрев на него.
— Ну, ты же как-то живешь без отца, — откликнулся парень, — а мне не намного хуже.
Даша закусила губу и опустила голову, прячась за волосами — Паша, сам того не желая, ткнул в больное место.
— Прости, я не хотел тебя обидеть, — он догнал ее и, приобняв за талию, ткнулся головой в висок, как кот, ластящийся к хозяину после того, как подрал новый диван.
— Ничего… Эй! Отпусти меня! Чего прижимаешься?.. Так парни с девушками ходят!
— А мы что? — искренне изумился Паша. — Разве я — не парень, а ты — не девушка? Кажется, я ничего не перепутал… А в таком случае, мы — парень с девушкой.
Даша рассмеялась, выскользнув из его слабого объятия.
— Я немного в другом смысле имела в виду, — сдержанно улыбнувшись, отозвалась она.
— А говорят, между мужчиной и женщиной дружбы не бывает, — неожиданно вздохнул Паша.
«Не бывает», — согласилось Дашино подсознание, заставляя ее вдруг ощутить глубоко в груди чувства, которые она еще никогда не испытывала — пульсирующее тепло, тянущую боль, острое желание схватить Пашу за руку и больше никогда не выпускать. Но вслух Даша сказала совсем, совсем другое:
— Бывает! Вот взять нас с тобой: мы дружим с детства, и ты — мой лучший друг!
Паша немного погрустнел, но почему-то улыбнулся уголком губ.
— Наверное, ты права. Но такие случаи… единичны.
Оба замолчали, остановившись на перекрестке в ожидании зеленого сигнала светофора. Даша, ощутив, что рука Паши снова обняла ее за талию, невольно улыбнулась и не стала сопротивляться.
Пусть было и тяжело признаться в этом себе, но Паша ей действительно нравился. Все в нем нравилось! Его движения, жесты, улыбка… А больше всего — глаза. Бездонные, серые-серые, но невероятно живые. И каждый раз, ловя на себе его взгляд, она чувствовала дрожь и жар, пробегающий по телу. Так было… не всегда, но давно. Давно настолько, что даже сама Даша не могла сказать, когда же это началось. И ведь принимала все это как должное, ни разу не задумавшись о том, почему это все происходит…
— Эй, о чем задумалась? — бодро поинтересовался Паша и подтолкнул ее вперед. — Пошли.
Даша слегка покраснела, осознав, о чем размышляла секундой раньше, и двинулась вслед за ним в спешащей через дорогу толпе.
— Ты записную книжку взяла? — спросил парень, когда они вышли на небольшую площадку перед филармонией.
— Конечно, — Даша похлопала по карману брюк. — А ты письмо не забыл?
— Нет, конечно, я его и не выкладывал. Стой, мы договорились с Кирой встретиться тут.
— Как ты будешь объяснять ей, что это за послание?
— Я вчера объяснил. Она только переведет, лишних вопросов задавать не станет.
— И как же ты все это описал? — в голове у Даши промелькнули все события, произошедшие с ними в доме, и многие их последствия. Не хотелось бы, чтобы Паша рассказывал кому-то все это.
— Сказал, что мы наслушались городских легенд, и решили поучаствовать в поисках артефакта, поиграть в опасную игру, так сказать. Случайно наткнулись на письмо на древнерусском языке, решили, что оно точно как-то связано с нашим делом, и поэтому просим ее перевести то, что сами понять не можем.
— То есть, она уже знает, что я приду с тобой?
— Знает.
— Извиняюсь, что испортила вам такое чудесное свидание, — недовольно буркнула Даша, сложив руки на груди.
— Эй, ты что? Ревнуешь, что ли?! — Паша улыбался, глядя на нее, но явно был удивлен.
— Нет, конечно, — ответила Даша, — но это ведь твоя любимая, и без меня все, наверное, было бы в тысячу раз лучше!
— Тихо, она идет, — довольно резко прервал ее стенания Паша. — Кира! Кира! — крикнул он, замахав рукой. — Иди сюда!
Вскинув голову и осмотревшись, по улице к ним побежала высокая худенькая девчонка с футляром от гитары за спиной.
— Привет, — она остановилась, откинула с лица отрастающую челку и широко улыбнулась. — Боялась опоздать, но вроде бы, успела вовремя. Вы не поверите — троллейбус, на котором я ехала, сломался, — девчонка сморщила аккуратный конопатый носик, будто ей показали что-то невероятно противное. — Пришлось две остановки идти пешком с гитарой за спиной! Ой! Я опять заболталась. Ты Даша, да? — улыбка не сходила с ее лица.
— Ну, а ты Кира?
— Можешь звать меня «Лисица» или просто «Лис», — с той же улыбкой ответила девчонка, поправляя забавно встрепанную копну рыжих волос, стриженных под каре. — Значит, ты — та самая подружка Паши, которая подсела на ужасы проклятого поместья? — Кира состроила страшненькую рожицу.
— Ну, можно сказать и так, — ответила Даша, невольно улыбнувшись. Все-таки, Кира была очень харизматичной и мгновенно располагала к себе.
— С радостью позанималась бы этим делом вместе с вами, но опаздываю на репетицию. У нас скоро концерт, — пояснила она. — Поэтому давайте быстренько. Где там твое письмо, Паш?
Парень вытащил из кармана листок бумаги и протянул Кире. Девчонка присела на ступеньки, ведущие к входу в филармонию, и уткнулась в буквы, бегая глазами по листку. Паша и Даша сели с двух сторон от нее.
— Хм… — Кира нахмурилась. — Я думала, это будет проще…
— Не понимаешь? — взволнованно спросил Паша.
— Понимаю. Но не все, — девчонка потерла нос тыльной стороной руки, почесала затылок. — Тут что-то про какие-то предметы, буквы и таинственную… нет, не таинственную… секретную комнату. Так сразу больше и не скажу — мне словарь нужен, записи мои… Сложный текст, — она подняла голову, посмотрела на Пашу. — Я могу взять эту бумажку с собой? Обещаю, верну в целости и сохранности, как только попросишь. Но смогу перевести сегодня вечером. Завтра днем — максимум.