Чтение онлайн

— Спасибо.

Артём снова смотрит на меня, щурясь. И не знает, как вежливо сообщить, что я мёртвой хваткой вцепилась зачем-то в его руку и не спешу отпускать. Это до меня не сразу дошло. В момент, когда я аккуратно под надписью приписала свой номер и подписала имя, а по окончании всего заметила в его руке телефон. Тогда меня и осенило, что я делаю странные вещи. И если он до сих пор относил моё поведение к разряду немного шокированной недавним инцидентом, то теперь явно позвонит людям в белых халатах, чтобы они забрали меня в жёлтый дом.

— Ты же… не считаешь странным, что я сейчас… написала… Мне просто как-то это привычно. Глупо, да?

— Норма. Я руки мыть не буду! — положа руку на сердце, возвестил он. — А теперь, я побежал. Мне, правда, надо. Опаздываю! Пока!

— Пока!

Он сорвался с места и побежал в противоположное от пруда направление. Я же ещё некоторое время посидела, разговаривая с уточками. Интересуясь у них, как у настоящих свидетелей нашего знакомства, что они думают по поводу того, что он попросил мой номер. Для меня это в новинку. Но уточки не отвечали и обиженно одна за другой уплыли на другой конец пруда, конечно, я же их не покормила. Я вскоре тоже ушла домой.

Первым делом на повестке дня — завтрак. Но перед тем как двинуть на кухню я зашла к себе, чтобы вложить цветочек в книжку. Будет обидно, если он завянет, а поставив в вазу, я обеспечу ему именно такую нереспектабельную будущность. Мне приятно было бы сохранить его. И, конечно же, я буду ждать звонка Артёма. Очень буду…

Поразительно, но мальчишки соизволили появиться на кухне лишь ближе к обеду, вместе со мною. Когда мы втроём пытались сдерживать натиск напирающих соседушек, а также вызволить вон Агриппину, они мирно дрыхли в своих кроватях и в ус не дули. Нет, ну надо же.

— Проснулись, неужели? — Соня беспардонна, впрочем, как обычно.

— И хотели бы услышать «доброе утро», — Егор в своём обыкновении пытлся быть милым.

— Доброе утро! — мрачно возвестил свой приход Стас, сверкая очками.

Интересно, а чем он всю ночь занимался? Вероятно, не спал, вон глазища какие красные. Опять всю ночь рубился во «что-то там». И скорее всего в наушниках, а значит, не слышал ночного гомона. Егор помахал ему. Я пожелала доброго утра в ответ.

— Кажется, наш красавчик-братик не ночевал дома! — озвучила свои догадки Соня.

— Я ночевал! — искреннее возмущение в голосе Стасика вызвало улыбки, ведь она обращалась к Егору.

— А я нет, — не стал он отпираться.

— Почему? — робко спросила я.

Не то чтобы я была против его гулянок и возвращений под утро. Я никогда его не осуждала и всячески поддерживала, и всё же как-то не по себе от осознания того, что ему гораздо интереснее проводить время вне дома со своими друзьями и подругами. Егор не заметил того, что я расстроена этим фактом.

— Секрет, — хитро и чересчур бодрым голосом ответил он, делая себе кофе.

Больно надо было. Не хочется — и не рассказывай! Но вот от домашних обязанностей вам, братишки, не убежать.

— А нам кушать хочется… — протянула Соня.

— Не кушать, а есть, — поправил её Стас.

— Все равно хочется… — продолжила атаку сестрёнка, прицельно ткнув меня локтем, мол, давай, помогай.

— Кхм, и я бы не отказалась перекусить.

— Девчонки, а может на диету сядете? — рискованное предложение, Егорка.

— Считаешь, нам пора худеть? — мгновенно вскинулась мелкая.

— Нет, что ты! Просто разгрузочный день, кефирчик или минералка, я читал, это полезно.

— Оу, ну тогда понятно. Ничего страшного, — тон её голоса стал «слишком» приторным. — Устроим разгрузочный день для всей семьи.

Вредная девчонка вскочила, ловко выхватила из рук оторопевшего Егора чашку свежеприготовленный кофе и вылила содержимое в раковину. Брат не успел возмутиться. Он решил сменить тактику, предлагая варианты от противного. Мелкая месть.

— Я подумал. Хорошо подумал. И решил, — пауза, — что кефир — это слишком брутально. Обойдёмся яичницей.

— Мы и так каждый день этим питаемся. Уже две недели, как ты приехал.

Так мне ещё повезло, что меня все это время не было здесь. Две недели яичницы звучит намного страшнее суток кефира. Я не люблю эту пищу. Она совершенно не усваивается моим организмом.

— Окей, тогда альтернативный вариант — макароны! — как бы он не пытался произнести фразу с запалом, никого не впечатлило.

— Макароны я и сама отварить смогу, — вклинилась я в разговор. — А что тут сложного? Набрать в кастрюлю воды, добавить макарошек и варить. Ах, да, ещё посолить нужно не забыть.

Троица переглянулась и, не сговариваясь, состряпала на лицах выразительное сомнение.

— Полагаю, мне стоит выразить своё мнение, — начал вступительную речь Стас. — Например, лично я бы предпочёл день на кефире. — А слаженный хор его поддержал, выражая всю нелюбовь к моим кулинарным навыкам:

— И я.

— И я.

— И я, — Сеня тоже нарисовался здесь. У него дар папарацци. Чувствую, в скором времени в сети ожидается новое видео под названием «моя семейка чудит по новой», хотя никаких предпосылок не наблюдалось в данный момент.

Троекратное «и я» прозвучало с извиняющимися интонациями, но сути не меняло.

— Понимаешь, сестрёнка, твои кулинарные шедевры — это что-то с чем-то. Ты вспомни, что получилось в прошлый раз, — Егор начал рыться в ящиках в поисках кастрюли.

Видимо решил, что лучше всего задобрить меня едой. Ему ли не знать мои слабые стороны. Зная себя, с уверенностью могу сообщить, что ему это удастся. Хотя напоминать мне о собственных неудачах очень некрасиво с его стороны. В моей памяти прекрасно сохранились воспоминания о пересоленной каше весьма сомнительного вида и отвратительной на вкус. И не только в моей памяти. Такое не забывается. Открою секрет, изначально задумывалась не каша. Но слипшиеся в последней инстанции макаронные изделия, которые после неудачного кипячения превратились в комок склеенной массы, щедро залитые маслом, получилось загримировать только под неё. Не знаю, в чём был мой промах. Возможно, необходимо было дождаться, когда вода закипит, и только затем добавлять макароны, а возможно три ложки соли с горкой — это немного многовато или же варить надо было менее часа. Не знаю, но определённо — готовка, это не моё.

Спасая меня от дальнейших словоизлияний, сестрёнка потащила меня на выход, оставляя кухню снова за мальчиками.

— Молодец! Мастерски действуешь на жалость, — заговорщицки подмигнула мне она.

Подобное мною не планировалось и даже то, что мои действия приведут к этому результату, также оказалось для меня сюрпризом. Хотя дело сделано. Об остальном пусть пишут в комментариях сердобольные фаны интернет-роликов на сайте, посвящённом нашей семье.

Услышать одобрение от Сони — вещь нереальная. Не помню, чтобы слышала от неё что-то, кроме ворчания и язвительных замечаний. Не только в свой адрес, но также и относительно остальных людей. Не кого-то конкретно, а вообще людей в целом.