Чтение онлайн

— Я не воевал, — сказал он. — Я с Иерихона. Обе матери были начальницами складов. То есть мы всю войну были вне битвы, но в бизнесе.

Сайлас скорчил горькую гримасу.

— Настоящий нейтралитет. Мы сколотили целое состояние.

Теперь пазл складывался: его дорогая, хоть и ношеная одежда, собственный корабль, отсутствие татуировок. Но все же — сбежать от такого богатства, от покровительства могущественной семьи…

— И почему? — прохрипела я.

Сайлас покачал головой:

— Родители хотели, чтобы я возглавил одно из предприятий, но я просто… не знаю, не мог жить на деньги, нажитые на войне. Решил, что мне надо попутешествовать, посмотреть, что такое настоящая жизнь. Что такое свобода.

Я не могла удержаться от смеха: в этом грязном корабле, рядом с собственной блевотиной, вся в синяках.

— И как оно тебе?

— Не совсем так, как я себе представлял, — ответил он с легкой улыбкой.

И тут же спросил:

— Ты была когда-нибудь на Иерихоне?

— Раз или два.

— Тогда ты помнишь, какое там все огромное, но при этом там совершенно нет пространства. Только стены складов и солнечные лампы в миле над головой вместо открытого неба. — Он отвернулся к металлической стене, будто мог видеть сквозь нее. — Я увидел рекламу Бровоса и Фактуса, ну, знаешь, рекламу Землеустройства, и это огромное небо над ними, такое прекрасное.

Я грустно улыбнулась, вспомнив агитационные листовки и тайные бюллетени, которые привлекли меня в ряды Котов. Идея того, что новые земли должны быть общими, казалась мне такой простой, такой настоящей. И Свободные Окраины помогут воплотить это в жизнь. Но Генерал права насчет последствий, а Сайлас прав насчет намерений, и с каждой битвой выбор становился все жестче, и в конце концов тот огонь, который мы разожгли, начал пожирать нас самих.

Я встретилась взглядом с Сайласом.

— Слушай, Десятка…

— Все еще разговариваешь с ренегаткой?

Генерал стояла у стены. Сколько она тут уже? Ей заклеили царапины на лице свежим пластырем, видимо, постарался один из Грачей.

— Молони говорит, мы прилетим в Депо Двенадцать в течение часа, — объявила она. — Говорит, если будешь выкаблучиваться, он тебя пристрелит.

— Мы не долетим до Депо Двенадцать.

Видимо, что-то странное было написано у меня на лице, потому что даже Сайлас отодвинулся.

— С чего бы это? — удивилась Генерал.

Я встретилась с ней глазами:

— Если Молони меня не отпустит, он погибнет еще до наступления темноты. Передай ему.

Сайлас переглянулся с Габриэллой, но наш разговор прервали шаги. Появился один из Грачей, высокий бритоголовый парень.

— Ни слова, — гаркнул он. — Нас преследуют.

— Преследуют? — нахмурился Сайлас. — Кто?

— Патруль Согласия. — Грач перевел взгляд на меня. — Не беспокойся, Лоу. Молони не отдаст награду за твою голову какой-то солдатне.

Меня пробрала дрожь. Начинается. То, что они показали мне, тот путь, который они выбрали. Я прислушалась. Через пару минут к звуку нашего двигателя добавился еще один. Другой корабль. Звук доносился издалека, но постепенно усиливался. Генерал забеспокоилась и уставилась на стену, словно хотела просверлить ее взглядом.

— К черту, — вдруг решительно произнесла она. — Это мои люди, они меня послушаются.

Но не успела она выйти, как в дверь ворвался Молони, весь в поту, с красным от напряжения лицом.

— Развяжите ее, — кивнул он в мою сторону.

Один из Грачей вышел вперед с ножом в руке.

— Что происходит? — спросила я взволнованно.

— Меняем маршрут, — отрезал Молони, открывая люк в полу трюма. — Думаешь, я позволю каким-то жалким скаутам из патруля отнять у меня добычу?

Лязгнул металл, и внутрь ворвались рев двигателей и завывание ветра. Снаружи было серо, наступала ночь.

Веревка на руках ослабла, и я вздохнула с облегчением. Но не успела я размять запястья, как один из Грачей снова связал их, на этот раз спереди. Сердце бешено билось в предвкушении грядущей катастрофы. Вот передо мной Молони, бешеный от жажды жизни. Невозможно представить, что он обречен. И тем не менее я видела это…

— Держи «Лонграйдер» на том же курсе, — скомандовал Дрю. — Попробуем проскользнуть в тени.

«Лонграйдер». Ветер ворвался в открытый люк. Под брюхом висел маленький корабль, теперь я увидела его. Одна из тех черных птиц, которые преследовали нас в пустыне.

Молони обратился ко мне:

— Если попытаешься что-нибудь выкинуть, то мелкая получит разрешение шмальнуть тебе в спину. Мне, в принципе, без разницы, доставим мы тебя Согласию целиком или кусками.

Все происходило слишком быстро. Образы пролетали в моей голове. Вздыбившаяся земля, огни в ночи. В панике я оглянулась, увидела Сайласа, его волосы развевались на ветру. Он схватил меня за плечо.

— Десятка! — крикнул он, но Грач скинул его руку.

— Увидимся в Депо Двенадцать! — рявкнул Молони, исчезая в люке. — Никому ничего не предпринимать без меня.

— Конечно, босс! — ответил один из бойцов, подталкивая Генерала к люку. — Что делать, если они откроют огонь?

Дрю показал свою страшноватую фибергласовую улыбку.

— Стреляйте в ответ. Они, наверное, работают в паре, но здесь они предоставлены сами себе. Только мы, они и Кромка.

Он подмигнул мне, и вот меня толкают вниз по лестнице, в задний отсек Грача. Малюсенькая комнатка, мы с Генералом оказались прижаты друг к другу. Люк над головами захлопнулся, и мы оказались втроем с Молони, окруженные запахом грязи и пота.

— Держитесь, дамы, — сказал он, щелкая переключателями. — Мы летим.

Звезды вокруг нас только начинали блестеть, как капельки свежевыжатого сока, небо было почти черным. Ветер бросал корабль из стороны в сторону. Я задумчиво глядела на бьющуюся жилку на шее Молони. Сколько еще ударов сердца ему осталось?

— Думаю, мы их сбросили с хвоста, — сказал он, закладывая очередной вираж. — Пройдем как можно ближе к Кромке, развернемся и вернемся к Депо Двенадцать. Большой крюк, но что делать.

Несмотря на облегчение в его голосе, мое сердце все так же колотилось. Такое чувство, что меня бросили в реку и течение тащит куда-то, а я не в силах сопротивляться. Они вытащат меня на берег. Должны.

В отражении в лобовом стекле я увидела глаза Молони.

— Что-то ты притихла, — сказал он. — Если надеешься перерезать мне горло, можешь об этом забыть.

— Она думает, что ее воображаемые друзья спасут ее, — издевательски прокомментировала Генерал.

К моему удивлению, Молони только хмыкнул.