Чтение онлайн

За последние пару недель я несколько раз обнаруживала, что сравниваю свою жизнь с жизнью мамы. Я знаю, что есть сходство - мы обе оставили Хамбл, мы обе гнались за мечтой.

Но я не похожа на нее.

Она никогда не была удовлетворена, никогда не была довольна.

Я довольна, даже в моей борьбе.

Я довольна, что вернулась обратно в эту квартиру.

Я довольна, когда собираюсь утром на работу в закусочную.

Я довольна, что хотя мы с Нейтаном не там, где были месяц назад, мы говорим.

Это был долгий день, начиная с моей поездки в автобусе домой, а затем поход в офис Нейтана, потом в кафе. Потребовалось много смелости для того, чтобы появиться в офисе Нейтана без предупреждения. Я так нервничала, покидая свою зону комфорта, но после того как прочитала его письмо и увидела, что он собрал для меня, я должна была увидеть его. Я должна была узнать, действительно ли он хочет помочь мне, потому что, сев в автобус и прочитав десятки документов, которые он подготовил для меня, я начала планировать, и эта искра начала расти.

Впервые я увидела, что это возможно. И впервые это казалось достижимым.

Перевернувшись в кровати, смотрю на будильник и думаю о том, чтобы позвонить Нейтану просто чтобы услышать его голос, но не делаю этого. Если бы он хотел поговорить, он бы позвонил.

В своей записке он упомянул о дружбе. Надеюсь, что однажды он захочет большего.

Я хочу, чтобы он любил меня так же, как я его. Я знаю, что это любовь. Давление в моей груди каждый раз, когда я рядом с ним. Бабочки в животе, когда он рядом или я просто думаю о нем. То, как он поглощает мои мысли. Тот факт, что я не могу представить себе будущее без него.

Это любовь.

Я знаю, что должна сказать ему.

Мой папа сказал, что это того стоит. И я ему верю.

Но мне все равно страшно.

В конце концов, я засыпаю, находясь в своей постели в своей квартире, и мне хорошо. Так хорошо, что не слышу будильник на следующее утро.

После быстрого душа и переодевания в свою форму я практически бегу по тротуарам в закусочную. Это мой первый рабочий день за две недели, и я не могу опоздать. Хотя у меня есть планы покинуть закусочную, я не могу позволить себе остаться без работы.

Сомневаюсь, что Мак уволит меня за опоздание, но не могу рисковать.

Деньги, что я скопила от продажи пирогов, пойдут на аренду за месяц, и останется не так много.

Когда я влетаю через заднюю дверь, Мак корпит над столешницей, шинкуя овощи. Он не смотрит на меня, но я вижу улыбку на его лице, когда он спрашивает:

– Какой пирог ты делаешь сегодня?

Я улыбаюсь его склоненной голове и отвечаю:

– Думаю, шоколадный и, возможно, лимонный, они всегда хорошо продаются.

– Звучит отлично.

Мы больше не разговариваем, просто работаем бок о бок в комфортной тишине, и это именно то, что мне нужно. Я думаю упомянуть о своем плане открытия собственного магазина, но решаю подождать. Я хочу первой рассказать ЛуЭнн. Она знает, как донести это до Мака.

Когда я вытаскиваю пироги из духовки, в заднюю дверь заходит ЛуЭнн и спешит ко мне через комнату, сгребая в крепкие объятия.

– Черт, я скучала по тебе. Не оставляй меня так больше, ладно? Новая девушка чуть не убила меня, пока тебя не было, но, слава Богу, дети Карлы чувствовали себя хорошо. Не знаю, как бы мы обходились без тебя в противном случае. Мы должны нанять еще одну официантку на работу, - кричит она громко, чтобы Мак услышал.

– Я рада, что ты скучала по мне, - дразню я, поправляя передник и приглаживая волосы.

Утренняя толпа нагрянет в любой момент.

– У тебя определенно есть гарантия занятости. Все посетители были разочарованы, что в меню не было пирогов. Одна дама почти ушла от меня. В итоге я уговорила ее заказать банановый французский тост Мака, но на секунду я поверила, что проиграю.

Смеясь, я чувствую благодарность за то, что вернулась, но не могу остановить гложущее чувство вины за то, что собираюсь сказать ЛуЭнн.

Но у меня нет шанса, прежде чем звенит дверной колокольчик и кафе оживает.

Я полностью теряю счет времени, отвлекаясь на заказы, и возвращаюсь к своей обычной рутине, так что застигнута врасплох, когда поднимаю глаза и вижу знакомые темные волосы за десятым столиком.

Нервы охватывают мое тело. Не знаю почему. Я имею в виду, уверена, что он пришел сюда только за пирогом, но он не был здесь с тех пор, как у нас все развалилось. Поэтому кажется невероятным, что он сидит на своем обычном месте.

Сохраняя спокойствие, я подхожу к нему и достаю свой блокнот, хотя знаю, что он собирается заказать, даже прежде, чем я спрошу.

 - Доброе утро, - говорю я, ломая лед и заставляя его посмотреть на меня. Его темные глаза - яркие и живые, а ухмылка на лице заставляет мои колени слабеть. Он всегда так влияет на меня, но теперь, когда я знаю, какие обещания скрыты под его взглядами и ухмылками, бабочки в моем животе разрастаются.

– Доброе утро, - его приветствие выходит гораздо более соблазнительным, чем мое. Оно хрипловатое и теплое, как мед.

Я прочищаю горло, вспоминая, как впервые обслуживала его. Мы многое пережили с тех пор, зашли так далеко... только для того, чтобы я все испортила.

– Что я могу сделать для тебя? – спрашиваю я, прежде чем у меня появится шанс все испортить.

– Какой пирог ты сделала этим утром?
– спрашивает он, повернувшись в своем кресле ко мне лицом. Рукой он опирается на спинку стула, отчего его пиджак распахивается, а рубашка плотно натягивается на груди. Груди, которую я видела... груди, которой я восхищалась... лично и близко.

– У нас есть лимонный, - я едва регистрирую слова, которые слетаю с моих губ. Я даже не предлагаю шоколадный, потому что знаю, что он выберет лимонный.

– Я возьму его.

– И кофе, - говорю я.

– Да.

– Я скоро вернусь, - мои слова выходят нервными, потому что именно так я себя чувствую, нервной и суетливой - все благодаря ему.

Поспешив на кухню, я подхожу к прилавку и упираюсь в него руками, глотая воздух, который не пахнет как Нейтан Хендрикс... воздух, который не заставляет каждую клеточку в моем теле прыгать с осознанием.