Чтение онлайн

– Думаю, вы слышали, что мы подняли яхту "Манна" и нашли тело Клемента в каюте?

– Да, я слышал. А отчего он погиб? Утонул?

– Нет, у него была проломлена голова.

Паркин поднял свой стакан и посмотрел сквозь виски на огонь, изучая чистоту напитка.

– Удар?

– Возможно. Патоанатом сообщил мне, что у Клемента было редкое строение черепа, с тонкими костями, так называемая "яичная скорлупка".

Паркин осторожно поставил свой стакан на подлокотник кресла.

– Ага! Я знал один подобный случай. Парень из нашего взвода упал с лошади во время учений и расквасил голову всмятку. Конечно, то был несчастный случай.

– С Клементом тоже мог произойти несчастный случай, но с тем же успехом это могло быть убийство по неосторожности или умышленное убийство.

Паркин покачал головой:

– Убийца вряд ли мог знать об этой особенности черепа Клемента...
– Он взял свой кисет и трубку.
– Будете курить?

– Нет, спасибо, не сейчас.

Майор сидел спиной к двери, а Уайклифф - боком, и заметил, что дверь слегка приоткрыта, хотя был уверен, что Паркин плотно затворил ее. Ясное дело, Гетти подслушивает.

– Я вот гадаю, не звонили ли вы Зайчику Лэйну до или после гибели Дэвида Клемента.

Паркин, спокойно набивая трубку, глянул на Уайклиффа со своей обычной легкой усмешкой, которая выражалась только в еле заметном искривлении губ.

Из коридора раздался скрип половицы, и возник вопрос - то ли Паркин не услышал звук, то ли решил не обращать внимания. Майор набил трубку и теперь приступил к процедуре раскуривания. Между затяжками он спросил:

– Зачем же вы пришли сюда сегодня утром, Уайклифф?
– В вопросе этом не звучало беспокойство, одно лишь любопытство.

Уже не раз за последние дни Уайклифф чувствовал, что его слегка пугает этот громадный, непробиваемо-спокойный человек, о благополучии которого все еще заботятся какие-то люди в самых верхах, если верить Беллингсу... Разве с другим подозреваемым он стал бы разговаривать так нежно, как с майором? Теперь Уайклифф решил вступить в бой.

– Я хотел бы, чтобы вы ясно отдавали себе отчет, каково положение дел.

– О-о-о!
– Майор широко раскрыл свои выпуклые глаза.
– Ну-ну...

Уайклифф продолжил просительным тоном:

– В настоящее время мы не требуем от вас никаких обязательств и подписок, но я хотел бы получить ваши отпечатки пальцев, необходимые для сравнения.

– А разве в таких случаях не принято говорить "для исключения из числа подозреваемых"?

– Если вы поедете со мной на Мэллет-стрит в полицейский участок, то все дело займет пару минут, и я немедленно привезу вас назад, домой.

Паркин вынул трубку изо рта.

– Нет, Уайклифф. Я не намерен ехать ни в какой полицейский участок и не желаю пачкаться в ваших чернильных подушечках, но если вам нужны мои отпечатки, вы можете их получить.
– Он вылил остатки виски из бутылки в стакан и протянул пустую бутылку Уайклиффу.
– Пожалуйста, это вполне сгодится для ваших целей.. Погодите минуточку...

Он поднялся из кресла, подошел к письменному столу и взял помятый пластиковый пакет. Он уложил бутылку в пакет

– Вот так! В пакете бутылка не промокнет...

Паркин проводил его до крыльца и постоял там, наблюдая, как Уайклифф пробирается по саду до своей машины.

Усевшись за руль, Уайклифф выругался сквозь зубы. У него не было никаких иллюзий, кто выиграл в этом раунде поединка. Но поражение здесь было только моральное, а не профессиональное. И он не чувствовал разочарования. Учитывая опыт Паркина и его нордический темперамент, не приходилось рассчитывать, что он станет говорить слишком много, и в сущности, он почти ничего и не сказал. Но вот Гетти говорила! Да так много, что Уайклифф прямо-таки ощущал себя не в своей тарелке. Гетти была убеждена, что арест ее брата - дело только времени. "Скажите, а если вы арестуете кого-нибудь по этому делу, он предстанет перед судом?.. Даже в случае, если он чистосердечно признается?"

Гетти очень тревожило запятнание чести ее святого отца...

Уайклифф припарковался у старой таможни и прошел по Бир-стрит до антикварной лавки. На улице почти никого не было, а посреди мостовой скопилась огромная коричневая лужа, в том месте, где сток засорился. В лавке он передал майорскую бутылку виски Смиту. Тот был еще более рассеян и сух, чем обычно.

– Есть что-нибудь новенькое?

– Нет, сэр.

Анна Блажек сервировала столы к обеду, и Уайклифф зашел к ней в кафе. Пока он обедал, некоторые осведомленные завсегдатаи потихоньку указывали на него другим завсегдатаям, не столь осведомленным.

После обеда он вернулся в штаб-квартиру, в свой офис. Дождь все не прекращался, и даже сквозь двойные герметически закрытые рамы слышен был перестук капель по стеклу.

Вошла Дайан.

– С вами хотел повидаться мистер Беллингс. Он просил вас зайти к нему в кабинет в любой удобный момент.

Дайан была напряжена и официальна - в ответ на его утреннее поведение.

– Хорошо, я сейчас пойду к нему.

Секретарша удивленно посмотрела на него - с чего это он так покладист? А дело было в том, что Уайклифф чувствовал себя просто на грани. Он ждал и надеялся, что вскроется что-то важное еще до того, как пресса по поводу этого расследования начнет выдавать всякие гипотезы насчет возможного давления спецслужб. А ведь это рано или поздно произойдет. Какой-нибудь бойкий репортер остановит свое внимание на Паркине, проведет необходимую подготовочку и выдаст статью, которой сразу же заинтересуются джентльмены из "Интеллидженс-сервис" или...

Он прошел по главному коридору и нырнул в божественную дверь. Секретарша Беллингса подняла глаза от клавиатуры и проронила:

– Проходите, мистер Уайклифф. Мистер Беллингс ждет вас.

– О, Чарли! Как это мило с твоей стороны, что ты нашел для меня время!

Явный сарказм. Неужели кто-то уже успел шепнуть ему, что Уайклиффа прочат на его место?

Повод для разговора сразу же стал очевиден - Беллингс решил поставить его в известность о своей отставке.

– Знаешь, Чарльз, этот шанс я просто не имел права упустить! Читать лекции по криминалистике - это просто голубая мечта, которую не каждому из нас удается осуществить... К тому же и ты, и наш шеф всегда смотрели на меня как на слишком уж академичного полицейского... Ну вот я и решил подтвердить ваши догадки.

Беллингс сопровождал свои слова, как всегда, сдержанными, но выразительными движениями своих длинных, утонченных рук. Он выдерживал в своей речи точно выверенные паузы и умел в нужный момент поймать взгляд собеседника и тонко, с намеком улыбнуться. Да, он у своих студентов будет любимым преподавателем - особенно у студенток, подумал Уайклифф.

Далее Беллингс предался некоторой ностальгии с нотками самокритики, а затем в нескольких изящных фразах выразил Уайклиффу благодарность за "неоценимую поддержку и сотрудничество"...