Чтение онлайн

– Конечно я нормальная, - сказала девочка.
– Я могла доказать это в любое время в течение этих последних пяти лет.

– Почему ты этого не сделала?

– Я не видела ничего хорошего в этом. Мне пришлось бы вернуться в школу к множеству глупой ребятни и вести себя, как маленькая девочка, и жить с моими глупыми тетей и дядей. Я не могу здесь быть сама собой, но у меня больше свободы, чем было бы за пределами больницы. Я всегда была несчастливой, пока не приехала сюда.

– Мне приятно видеть, что ты отвечаешь на мои вопросы, - сказал Питер, улыбаясь девочке, пока она не улыбнулась в ответ. Твоя тетя и дядя не были добры к тебе?

– Они испортили меня, - искренне сказала Элси.
– Разве это хорошо? Они не научили меня управлять моим вспыльчивым характером или быть вежливой с людьми, или еще что-нибудь.

– Они пытались не так ли?

– Не очень усердно. Моя тетя всегда говорила, что ничего не могла поделать со мной. Я была ужасным отродьем. Но ведь взрослые люди должны иметь больший контроль над ребенком, даже над умным ребенком. Они не пытались объяснить мне положение вещей. Я могла бы понять, если бы они объяснили мне. Доктор Фоксвелл сделал это сразу. Почему они не объясняли мне смысл, также как это он делал? Вначале они смеялись и смеялись, и считали меня забавной, а затем они рассердились на меня. Дураки!

– Не думаю, что ты вела себя очень умно, Элси.

– Доктор Фоксвелл беседовал со мной, и еще я читала много книг о том, как воспитывать детей, и по психологии. И тогда я поняла, как глупо было с моей стороны быть такой непослушной. Но я не могла придумать, что делать, кроме как остаться здесь.

– Что это все, что ты пишешь?
– с любопытством спросил Уэллес.

– Поэзия и рассказы, и мой дневник, и все такое. Я собираюсь опубликовать многое из этих вещей, когда я выберусь отсюда. Конечно, я имела в виду выбраться, как только стану взрослой.

– Что ты думаешь делать сейчас?
– спросил доктор Фоксвелл.

– Я думаю выбраться отсюда и опубликовать сейчас свои работы, - с некоторым удивлением сказала Элси.
– Разве вы оба не сказали, что я могла бы? Тимоти Пол ведь делает это.

– Ты должна вести себя также хорошо, как он, и чтобы тебя считали нормальным членом общества, - сказал Фоксвелл.

– Ну, если я притворялась сумасшедшей все эти годы, - колко сказала Элси, - я могу притворяться нормальной, если захочу.

– Что ты имеешь в виду? Притворялась сумасшедшей?

– Как только я увидела, куда неуправляемость привела меня, конечно же я поняла, как я должна себя вести. Но я продолжала раздражаться и дуться и не разговаривать, чтобы могла остаться здесь в покое.

– Ты выбрала неправильный путь, моя дорогая, - мягко сказал Питер.

– Я знаю это. Я знала это в течение долгого времени. Но ведь я все еще только маленькая девочка и я могла оставаться жить с моими тетей и дядей, и с другими детьми. Они все такие дураки!

– Элси, - сказал доктор Фоксвелл, - я рад слышать, что ты говоришь так много, но ты должна убрать это слово "дурак" из своего словаря. Оно может быть уместным, а может и не быть; но давай уберем его.

– Да, сэр, - послушно сказала девочка.

– А сейчас о твоей системе письма, - сказал Уэллес.
– Можешь ты писать так, чтобы люди могли это читать?

– Да; но я должна иметь тайную систему письма для своих личных бумаг, в противном случае каждый узнает, что я нормальная. Я сниму копию со всего для Вас, в любое время, когда Вы захотите.

– Ты уверена, что сочинения нормальные?

На мгновение Элси задумалась.

– Да, я уверена. Следует ли мне рассказать немного о них? Я думаю, немного - это все, на что у меня есть время сегодня.
– Ей явно не терпелось рассказать и врачи поощряли ее продолжать говорить.

– Есть один ящик, полный вещей, которые я нашла неправильными в книгах и статьях, которые я читала, и высказываний людей; ответы на журнальные статьи и книжные обзоры, и на неправильные вещи. Я больше не могла поправлять людей вслух, поэтому я все записывала. Это вышло из моей головы. Но журналы не напечатают это; и большая часть из этого на сегодня устарела. В некоторых книгах говорится о глупейших вещах. Некоторые из этих учителей в начальном колледже - один из них сказал, что мы не могли знать что-либо. Он сказал, что не было такой вещи, как правда, а если бы была, мы не могли знать ее. Такие ненормальные люди, пытаются учить! И...

– Элси, - сказал доктор Фоксвелл, - ты не должна называть людей ненормальными. И к тому же это нехорошо. Прекрати.

– Привилегия сохранилась для вас, - сказала Элси с ехидной улыбкой, от которой у доктора перехватило дыхание. А затем она быстро добавила: Вы также не должны называть меня ненормальной. Видите, я могу даже шутить.

– Ты взяла слова прямо из моей головы, - вернул шутку Уэллес. Продолжай. Что еще ты написала?

– Я не могу рассказывать стихотворения наизусть, а любой другой способ испортил бы их. Но пьеса хороша. Вам понравится пьеса, которую я только что закончила. Вам нравится Шекспир, д-р Уэллес?

– Э... да.

– Мне тоже - некоторым образом. Но иногда он ненормальный. Я имею в виду то, что он не всегда мне нравится так, как обычно, - спокойно сказала девочка, сверкнув глазами.
– Мне кажется, он упустил верный шанс, чтобы написать о Каталине...

– Каталине?
– тихо спросил д-р Фоксвелл.

– Да, и Цицероне, Вы знаете. Поэтому я подумала, что напишу пьесу, похожую на "Юлия Цезаря", о заговоре Каталины, и включу некоторые великие речи Цицерона белым стихом и... как мне кажется, это было бы забавной мистификацией, если бы я могла сделать вид, что она в действительности принадлежала Шекспиру, обнаруженной только сейчас, но мистификация была бы нечестной, поэтому я решила не пытаться сделать ее. Это моя первая пьеса, - скромно добавила она, - но она мне нравится. Это было так забавно. Я так рада, что вы можете прочитать ее, оба. Что было действительно трудно, так это держать все в секрете. Если бы я могла быть свободной, как Тим... мои тетя и дядя следили за мной. Его дедушка и бабушка должны быть замечательными. Они доверяют ему, не так ли? Вы будете доверять мне?

– Это необязательно, - сказал Уэллес.
– Ты можешь положиться на нас, ты знаешь. А сейчас, так как становится поздно, мы должны отправить тебя спать. Если д-р Фоксвелл завтра предложит тебе тесты, сможешь ты их правильно выполнить?

– Да, доктор.

– И ответишь на все, о чем мы тебя спросим?

– Да, доктор.

– И как тогда мы должны поступить с тобой?

Малышка пожевала ноготь своего большого пальца и наморщила лобик.

– Вы могли бы всем рассказать, что в город приехал д-р Уэллес с новым лечением, - сказала она с торжеством.
– Ему удалось поговорить со мной и очень скоро вы оба смогли бы сказать, что новое лечение сработало. Всегда пробуют новые виды психотерапии.

– Элси, практикуешься ли ты говорить так хорошо, когда ты одна?
– со стоном произнес д-р Фоксвелл.

– Конечно. Я ведь должна знать как говорить, не правда ли?
– был холодный ответ.
– Хорошо, а могла бы я уехать и жить где-нибудь рядом с Тимом? Его бабушка помогла бы мне? Наверно нет, вы сказали, что она безразлична к детям, кроме своего внука. И я не могла бы жить с вами, д-р Уэллес, потому что я девочка.

– Она думает обо всем, - изумился Фоксвелл.

– Конечно, думаю, - быстро ответила Элси.
– Я может быть ненормальная, но я не дура. Я... о, доктор, пожалуйста простите меня, я забыла!