Чтение онлайн

Ошибиться или остановиться для нее значило потерять всю нить и сорваться на пустом месте. В голове всплывали воспоминания после принятия правил Квартальной бойни, вся та боль и буря эмоций, которые возникали в ней. Убежать, скрыться — именно этого сейчас хочетелось всем подросткам Капитолия? Хотя, вряд ли они все поняли. А когда поймут, будет слишком поздно.

— Если слухи не врут, — Цезарь глубоко вздохнул, — победителей будет двое?

— Да. Обязательно из одного…дистрикта. Либо два, либо ни одного. Арена сама убьет второго. Погиб один — второй точно не жилец.

— Жестокие получатся игры…

— Жестокие? — в эту секунду в голове у Эвердин словно что-то перемкнуло. Легкая дрожь сменилась ярой ненавистью, которую исхудавшая девушка давно не чувствовала. — А смотреть на то, как в неравной борьбе бьются двенадцатилетние дети и восемнадцатилетние профессионалы, не казалось вам чем-то жестоким? Смотреть, как один ребенок добивает другого кирпичом? Как, буквально с вывалившимися внутренностями, подросток пытается дожить до окончания игр? Закидывать нас огненными шарами, затравливать ядовитым газом…

— Китнисс,.. — Цезарь попытался успокоить девушку, но та, не слушая его, поднялась с кресла и, сжав руки в кулаках, задыхаясь, выкрикивала проклятия. Ее язык был полностью развязан, сейчас она правила балом и ей это чертовски нравилось.

— Больные зажравшиеся ублюдки, хах. Хочется хлеба и зрелищ? Пожалуйста, получайте. Запомните: эти игры будут жестоки. Мы постараемся сделать их незабываемыми для каждого жителя этого падшего Капитолия, — успокоившись, Эвердин расплылась в ухмылке, — счастливых вам Голодных Игр, дети Капитолия.

***

Мертвая тишина, служившая ответом на только что услышанное заявление, повисла в комнате. Они не знали, что ответить, что чувствовать, о чем думать. Опасения подтвердились, страшные сны станут реальностью. Конечно, до конца осознание происходящего не хотело доходить до разума, но постепенно, секунда за секундой, голос Китнисс повторял: «Счастливых вам Голодных Игр, дети Капитолия».

— Мы ведь заслужили это? — первым, стараясь сдавливать дрожащий голос, прошептал что-то невнятное Джейдн. Невысокий парнишка, обычно никогда не унывающий и старающийся развеселить остальных, сейчас медленно падал в пропасть. — Хотя, это ведь не означает, что с нами что-нибудь случится? Не так ли? Я…

— Означает! — взвизгнула девушка, обхватив голову руками и стараясь вытянуть свои мысли в одну цепочку. — Нам конец, ты ведь это понимаешь? Кого-нибудь из нас обязательно выберут! Что тогда? Я не умею даже ножницы в руках нормально держать, а тут вы про убийства и выживание! Я не хочу умирать, не хочу, не хочу…

— Маргарет, прошу тебя, — вытерев тыльной стороной ладони со щеки подруги слезу, Изабелла легонько обняла ее, поглаживая по черным волосам, — успокойся. Оно того не стоит. Кто знает, кого выберет жребий? В Капитолии тысячи подростков, мы справимся. Я всегда буду рядом.

— Рядом…рядом…конечно…, а если мы станем врагами? — задыхаясь, пыталась что-то сказать Маргарет, но Изабелла лишь тихонько успокаивала ее на ушко. Как когда-то давно, когда они были совсем детьми и брюнетка — сама Маргарет Милсон — впервые призналась Изабелле в своих нежных чувствах.

— Такого не будет, просто успокойся, — безуспешно стараясь успокоить девушку, Хогарт вопросительно посмотрела на Джейдна, но тот лишь пожал плечами. Парень впервые не знал, что ответить и как успокоить свою близкую подругу, с которой они провели всю жизнь.

— Будет! — неустанно истерила Милсон, хаотично перебирая рыжие локоны Изабеллы. — А если выберут всех нас? Сражаться? Ведь это…

— Тогда нам придется убить друг друга, — наконец еле слышно произнес парень, все время конференции сидящий на подоконнике и отдаленно смотрящий в окно. Никогда не проявляющий чувств, но делающий редкие, язвительные и верные замечания, Алан из последних сил старался не наброситься на взбалмошную подругу. — Может, Марго, начнешь уже мыслить не так пятилетний ребенок? На месте Голубоглазки я бы давно вышвырнул тебя куда-нибудь.

— Заткнись, Олфорд, — процедил сквозь зубы Джейдн, постепенно приходивший в себя, — только твоих изречений нам сейчас и не хватало.

— Как хотите, — Алан усмехнулся, — но я констатирую факт. Даже этих двух возлюбленных лесбияночек развести могут, а я бы с таким удовольствием посмотрел на их драку… Куинси, неужели тебе бы этого не хотелось?

— Алан, — сжимая руки в кулаки, шатен медленно поднялся, но Изабелла его остановила:

— Прошу вас, не надо. Мы слишком многое прошли вместе, чтобы сейчас, из-за какого-то глупого заявления стать врагами. Пройдет Жатва, а тогда мы с улыбкой будем вспоминать сегодняшний вечер. Просто…

— Просто надейтесь, что после завтрашней Жатвы мы не будем пытаться перегрызть друг другу глотки.

========== Глава 1. Жатва ==========

Счастье для одной части Панема — горе и муки для второй. Вот что означал сегодняшний день. Жатва…это шоу ждали жители Капитолия с чувством праздника и еще одним поводом повеселиться, посмотреть на чувства невинных подростков, которые их — увы и ах — только забавляли. И неужели сегодня решалась судьба их собственных детей?

Как жаль, что эти «существа» не принимали реальности.

В Капитолии было куда шумнее, чем обычно. Его жители суетились, бегали, некоторые пытались нелегально договориться с какими-то подставными лицами — куда без них — о том, чтобы имя их любимого ребенка было выброшено с урны. Некоторые — наоборот, чтобы имя ненавистного им человека попало как можно больше раз в несчастную стекляшку. Но и вся эта шумиха была вызвана не ужасом, страхами или чувством обреченности — лишь очередная игра, только в этот раз намного интереснее. Кто попадет, куда, как там будут тренировать — сколько же вопросов, над которыми рассуждал весь Капитолий.

Они не понимали, не хотели понимать, что погибнут все, кроме двоих.

— Знаете, это даже как-то неприятно, — прошептала Изабелла, сжав руку Маргарет. Что-то внутри кричало о том, что сегодняшнего дня надо бояться, что ничего хорошего именно ей он не принесет, но в то же время девушке всем сердцем хотелось услышать имена «счастливчиков», кои будут участвовать на бойне. Душа желала быть растерзанной.

— Да ладно, — Маргарет нежно улыбнулась, наблюдая за суетящимися около сцены людьми. До полудня еще было много времени, а, значит, свобода действий и подготовки нарядов. Истеричного состояния, которое охватило ее пару дней назад, словно и не существовало вовсе: девушка заинтересованно рассматривала подростков, иногда улыбаясь проходящим мимо парням. Она была спокойна и это настроение предавалось Изабелле.