Чтение онлайн

Гоблин, насквозь прокопченный и отчего-то с разводным ключом в руках, охотно опустился на траву.

– Меня зовут Ольдек. Клянусь Мертвой Землей - ну и дела! Нам придется здорово попотеть, прежде чем мы отстроим поселок заново! А электричества совсем нет - боюсь, по энергостанции федераты тоже ударили.

– Это очень интересно. Но как ты думаешь, что нам теперь делать, симпатичный господин?
– Илан просто не мог во время разговора не жеманничать.
– Прости, меня зовут Илан, а это - моя подружка Алоя.

– Я с ней уже знаком, - махнул длинной рукой гоблин.
– А что делать, я тебе сказал. Надо все чинить - смотри, разруха вокруг какая! Немного отдохну и пойду по линии. Может, какая будка просто сгорела? Разберемся понемногу.

– Я не умею чинить.
– Илан решил быть откровенным.
– Я умею любить и быть любимым, заботиться о красоте, давать советы по поводу гардероба хозяевам, ну и еще немного петь. Алоя даже петь не умеет. Гномам мы не нужны… А если придут кентавры? Их теперь никто не остановит!

Гоблин, посасывая травинку, задумался.

– Знаешь, ты не торопись. Скоро придут новые хозяева… М-м… Я имел в виду федератов. Вот у них и надо это спрашивать. Полагаю, нам они прикажут чинить, мы ведь тоже больше ничего не умеем. И гномы займутся своими делами, и на кентавров управа будет, и торговля с лесными эльфами восстановится, и русалы поплывут за рыбой… Жизнь наладится снова. Значит, и для вас что-нибудь придумается.

– У нас будут новые хозяева?!
– взвизгнула Адоя.
– Но я умру, я умру, если не вернется мой господин!

– Тоже решение проблемы, - согласился хладнокровный Ольдек.

Илан покосился на гномок, уже расстилающих подальше от пожарища скатерти - будет пикник, и будут бутылки, и будет веселье по случаю Свободы. Сегодня можно поесть и выпить, станцевать, но нимф чувствовал себя чужим на готовящемся празднике.

– Милый гоблин, а нельзя ли нам пока пойти с тобой? Может быть, мы встретим кого-нибудь… Ну, хотя бы федератов.

– Да пожалуйста, - пожал плечами Ольдек.
– У меня, кстати, в энергобудке полный холодильник. Теперь продукты быстро испортятся, так что рад буду гостям.

Они встали и пошли к дороге. Навстречу попались два юных гнома, с трудом волочивших третьего, мертвого.

– Они убили дядюшку Валериана!
– то ли с ужасом, то ли с восторгом сказал один из юношей.
– И мы не знаем, за что!

– Сегодня много кого убили.
– Ольдек спокойно прошел мимо, ибо сентиментальность любого рода была чужда гоблинам.
– То ли еще будет…

Последнюю фразу он пробурчал себе под нос. Нимфы тем более ее не расслышали, потому что со стороны полей к поселку приближался нарастающий гул, сопровождавшийся удивительно четко проговариваемыми словами. Все замерли и скоро уже могли разобрать:

«Всем, всем, всем! В течение ближайшего часа на небе появится крест! Вы должны незамедлительно двинуться в его сторону, стремясь оказаться под центром! Выполняйте все требования патрулей! Это необходимо для вашей же безопасности! Следуйте инструкциям! Минимум одежды и продовольствия! Вещи брать с собой запрещено, вас всем обеспечат на месте! Это необходимо для вашей же безопасности! Больные и раненые получат медицинскую помощь! Всем, всем, всем!..»

Запись повторялась раз за разом, три скутера довольно медленно описывали полукруг над поселком.

– Как это получается, что рев скутеров не заглушает слов?
– удивился гоблин.
– Посмотреть бы мне на эту систему…

– А дядюшку Валериана брать с собой или как?
– спросил один из гномов.

– Старшие разберутся, - решил второй.
– Пошли, а то без нас уйдут.

На всякий случай покрутив головой в поисках креста на небе, Ольдек поманил за собой Илана и Алою:

– Пошли, чего стоять. Может, еще перекусить успеем. Полный холодильник… Не повезло.

Однако планам гоблина оказалось не суждено сбыться. Один из скутеров вдруг резко изменил направление и на бреющем полете прошел над домом Де Фрешей, несколько раз выстрелив. Над крышей взметнулось высокое пламя.

– Бежим!
– Ольдек, не дожидаясь нимф, понесся к дому, размахивая разводным ключом.
– Надо помочь Корнелию и Матильде! Может, только крыша горит?

К облегчению Топуса, в доме Де Фрешей все было в полном порядке. Корнелий вместе с нашедшейся женой пребывали в добром здравии, вот только дверь открыли не сразу - прятались в подвале.

– У нас оттуда есть выход, - успокоил Корнелий фавна.
– Так что в случае пожара успели бы улепетнуть. Все Матильда - бабе завсегда спокойнее, когда поглубже да за запорами. Если бы Нинон не сказала ей, что это ты, то и вовсе меня бы не отпустила.

– Спасибо, Нинон!
– поблагодарил Топус домовую арахну.

– Не за что… - Арахна плакала.

– Что-то случилось?

– Понимаешь, - тихо заговорил гном, - когда дома горели, то большинство арахн в них остались… Не слишком они умеют бегать, да и непривычны каморки свои покидать, боятся всего. Ну, и до конца были на связи. Нинон такого наслушалась, что любой бы расклеился. Связь-то работает, на резервных этих - батареях, а вот воды и света нет.

– Тогда, может, не будем спускаться к вам в подвал? Просто войдем в холл.
– Несмотря на наступившую тишину, Топус нервничал на открытом пространстве.

– В подвал ты бы не пролез, козлоногий!
– захихикал Корнелий.
– Нет, конечно, посидим в холле, я только схожу за бутылочкой. В темноте даже удобнее - Матильда не заметит, где у меня заначка!

От гнома здорово несло самогоном, и Топуса это успокоило. Конечно, Свобода пришла в несколько странном виде, и вонь от разорванных кишок гнома в саду до сих пор чудилась фавну во всем, кроме перегара Корнелия, но это надо принять. Война есть война, это даже фавну ясно. Топус и сам как-то раз зашиб до смерти одного особо наглого эльфа, когда их стая повадилась травить посевы. А как иначе? Выследил, взял подходящий камень, да и засветил прямо в лоб тому, кто дальше всех зашел. Зато эльфы долго не тревожили. Фавны в тот раз тело просто закопали, но Топус был уверен, что хозяева наказали бы его не сильно.

Стараясь настроить себя на веселый лад, Топус уселся на крыльцо и достал из кармана фартука дудочку.

– Ну вот, кому что, а рогатому дай побездельничать и в дудку подудеть.
– Из-за угла дома появился Хорх, дорожный брауни.
– Есть чего перекусить? У нас столовку сожгли, так что мы на перерыв кто куда разбрелись. Свобода, брат!

– Я вот думаю у Корнелия что-нибудь попросить, - признался Топус.
– Пошел бы к своим, но здесь интереснее… Ведь такое - раз в жизни! Да еще не в каждой жизни.