Чтение онлайн

– Ничего серьезного, – заверила таинственная девица. – Дела семейные…

Надвигался вечер, и потому после непродолжительной прогулки пятерым путникам стоило остановиться на ночлег, разбив лагерь. Алира настоятельно порекомендовала Эдвину воздержаться от использования огненной магии в присутствии Ксалины. Мало ли что? Вдруг незнакомая девица окажется фанатичной последовательницей учения о Всеобщем Порядке, считающей чародейство недопустимым? Юноша нехотя согласился. Ему не пришлась по душе идея разводить костер традиционным способом, но, к счастью, под рукой находилось огниво Короля-Дракона, которое, наряду с основной функцией сверхмощного волшебного артефакта, вполне годилось для использования в качестве… обыкновенного огнива! Алира осталась довольна. На самом-то деле ей были по большому счету безразличны религиозные убеждения Ксалины и просто хотелось сохранить в тайне экстраординарные способности Эдвина.

– Сегодня моя очередь дежурить, – объявила Алира, перед тем как остальные отправились спать.

– С каких пор?.. – Эдвин хотел спросить: «С каких пор мы назначаем дежурство?», но не успел договорить.

– Точно ваша? – перебил юношу Нолан. – Не моя? Не сэра Гаспара?

– Точно, – уверенно ответила девушка.

– Ну, да… – с пониманием согласился журналист, краем глаза взглянув на Ксалину, – Теперь припоминаю. Очередь действительно ваша… В случае чего, разбудите меня. Я вас подменю.

– Благодарю, господин Нолан, – сказала Алира. – В том не будет нужды. Вряд ли я сегодня усну.

Всю ночь она просидела у костра, размышляя, сопоставляя факты и делая логические выводы. Кто такая Ксалина? Откуда тут взялась? Чего добивается? Правда ли у нее друг в Братино, или же сообразительная девица просто указала название ближайшего населенного пункта? И какого хаоса ей нужно от Эдвина? Всю дорогу Ксалина демонстрировала интерес к молодому человеку. А он сам тоже хорош. Уши развесил, про осторожность напрочь забыл и ведет себя как… как самый обычный парень, встретивший красивую девушку… М-да… Последняя претензия, пожалуй, не до конца обоснованна. И все же… Девица явно что-то скрывает…

Наутро Алира твердо решила не тянуть мамонта за хобот и высказать накопившиеся подозрения Ксалине в лицо. Но та оказалась быстрее.

– Я должна вам кое в чем признаться, – потупив взор, произнесла перед всеми во время завтрака Ксалина.

«Ага! – восторженно воскликнула про себя Алира. – Я была права!»

– Я не просто путешествую. Я сбежала из дома. Тут недалеко находится родовое поместье моих родителей. В общем, за мной гнались не бандиты, а люди моего отца…

– Секундочку, – остановила Алира. – Секундочку… Осанка, манера общения, дорогое кольцо, ухоженные ногти, бледность лица, родовое поместье… Хм, все сходится. Вы – аристократка!

– По рождению – да, – подтвердила Ксалина.

– И почему вы сбежали из дома? – спросил Нолан.

– Меня хотели выдать замуж за очень неприятного человека…

– Ха! Знакомая история, – заметила Алира и тут же уточнила: – В смысле… одна моя хорошая подруга однажды столкнулась с похожей проблемой.

– И ей тоже удалось сбежать? – полюбопытствовала Ксалина.

– О да! Она сбежала, причем очень далеко. Наверно, ее до сих пор ищут и вряд ли найдут в ближайшее время…

– Вы уверены, – обратился к Ксалине Нолан, – что вас не следует сопроводить обратно до дома? Родители небось волнуются…

– Нет, – отрезала беглянка. – В любом случае, пока не доберусь до Братино – точно.

– Воля ваша, – не стал возражать журналист. – Просто имейте в виду этот вариант. И не забывайте: родители вас любят…

– При всем уважении, – сдержано отреагировала Ксалина, – однако вы с ними не знакомы и не можете знать наверняка…

– Тем не менее я знаю.

Вскоре пятерка путешественников покинула сосновый бор и переместилась на открытую для пролетающих мимо ветров местность. Бродить по многочисленным холмикам в такой замечательный теплый летний день, да к тому же ощущая приятное дуновение – одно удовольствие. Алира впервые со встречи с Ксалиной по-настоящему расслабилась. По всему получалось, что таинственная и весьма подозрительная незнакомка отнюдь не являлась какой-то злодейкой, а, скорее, приходилась девушке, испытывающей отныне слабое угрызение совести, настоящим товарищем по несчастью.

«Приехали, – размышляла Алира, – теперь мне ее уже жалко. Насильно выдать замуж – глупее и придумать нельзя. Уж мне ли не знать… А девчонка, видать, с характером, коли решила сбежать. Легкомысленно, конечно, но с моей стороны осуждать ее было бы довольно лицемерно. И почему я сразу не сделала правильное умозаключение, ведь все лежало на поверхности? Что мне помешало? Хроническое недоверие? Ничем не обусловленное стремление изобличать разного рода негодяев? Желание оставаться единственной девушкой в нашей компании?.. Вздор! Чушь! Дичь полнейшая! Или нет? Неужели я настолько мелочна и высокомерна? Мое поведение совершенно нерационально и недопустимо. Надо отвлечься ненадолго, дабы упорядочить царящий в голове бардак. Увы, здесь нет моей мастерской, а то повозилась бы сейчас со своими механическими приборчиками…»

– Ветер усиливается, – обратил внимание Нолан, в ушах которого последние несколько минут только и слышалось постоянное «шу-шу-шу», как из неисправного приемника.

– Хи-хи, – издала смешок Ксалина.

– Увидели нечто забавное? – спросил у нее журналист.

– Нет, просто у господина Эдвина так изящно трепещутся волосы на ветру.

Юноша крайне удивился ее замечанию. То был первый случай на его памяти (воспринимайте данное утверждение буквально), когда кто-то употребил слова «изящно» и «волосы господина Эдвина» в одном предложении. Молодой человек несколько смутился, и Ксалина, явно уловив соответствующие признаки на его лице, поспешила извиниться:

– Простите, господин Эдвин. Я не хотела вас задеть.

– Да нет… – возразил юноша. – Все нормально. Вы можете обсуждать мою прическу, сколько сочтете нужным, в особенности покуда она доставляет вам совершенно непостижимое с точки зрения здравого смысла эстетическое наслаждение.

– Поражаюсь, – восхитилась Ксалина, – как вы красиво умеете подбирать выражения…

– Позвольте перебить вас, юная госпожа, – вмешался сэр Гаспар. – Мне надобно знать: я один слышу сей глас, песню поющий?

– Вы меня пугаете, сэр… – не закончил фразу Нолан, так как звук стал отчетливее, и удалось разобрать конкретные слова:

Шу-шу-шу, я лечу!

Без крыльев, рук и ног

Я заберусь на каланчу.

Я – ветер, ветерок!

– Что за?.. – недоуменно проговорил журналист. – Это может быть?..

– Думаю, да, – согласился Эдвин. – Нам стоит пойти на голос.

– Тогда нам вон туда, – указала Алира, – песня доносится со стороны той мельницы.

– Ничего не понимаю… – призналась Ксалина.

– Просто следуйте за нами, – посоветовал Эдвин и помчался к отмеченному Алирой ветряку.

Преодолев две трети расстояния, путники вновь услышали веселое пение:

Я устремлюсь на запад

Иль, может, на восток.

Куда хочу, подамся.

Я – ветер, ветерок!

– Мы явно приближаемся, – приободрил товарищей Нолан, взбираясь на самый высокий в округе холм.

– Господин Догода! – позвал Эдвин, оказавшись на возвышении и подойдя к мельнице. Ответом послужил очередной куплет: