"Дева со знаменем". История Франции XV–XXI вв. в портретах Жанны д’Арк
Шрифт:
Впрочем, мнение об уникальности фигуры кардинала Ришелье и о его выдающихся способностях в делах управления разделял и сам Людовик XIII. В личном послании от 6 июня 1626 г. он писал своему первому министру:
Благодаря Господу все идет хорошо с тех пор, как Вы здесь; я питаю к Вам полное доверие, и у меня никогда не было никого, кто служил бы мне на благо так, как это делаете Вы. Не обращаете никакого внимания на то, что о Вас говорят. Я разоблачу любую клевету на Вас и заставлю любого из тех, кто желает быть членом моего Совета, считаться с Вами [613] .
613
Цит. по: Там же. С. 164.
Даже политические противники кардинала, как, например, Франсуа де Ларошфуко, признавали его выдающиеся заслуги:
Никто лучше его не постиг до того времени мощи королевства и никто не сумел объединить его полностью в руках самодержца. Суровость его правления привела к обильному пролитию крови, вельможи королевства были сломлены и унижены, народ обременен податями, но взятие Ла-Рошели, сокрушение партии гугенотов, ослабление Австрийского дома, такое величие в его замыслах, такая ловкость в осуществлении их должны взять вверх над злопамятством частных лиц и превознести его память хвалою, которую она по справедливости заслужила [614] .
614
Франсуа де Ларошфуко. Мемуары // Франсуа де Ларошфуко. Мемуары. Максимы / Пер. А. С. Бобовича. Л., 1971. С. 5–145.
Что же касается Галереи знаменитых людей в Palais-Cardinal, то исключительность кардинала Ришелье подчеркивалась здесь не только местоположением его портрета. В отличие от других представителей церкви и в полном противоречии с принятым в то время художественным каноном, кардинал был изображен (предположительно Филиппом де Шампанем) не сидя, а стоя, в типичной позе военачальника [615] . Именно в этой манере были выполнены практически все прижизненные портреты Ришелье, который не хотел, чтобы зрители видели его сидящим, т. е. «слабым» [616] . Иными словами, кардинал относил себя в большей степени к полководцам, к активным государственным деятелям — и в своей собственной галерее, вне всякого сомнения, он должен был быть изображен точно так же.
615
Именно так были изображены абсолютно все великие полководцы прошлого, портреты которых украшали дворец кардинала: Vulson, sieur de la Colombiere. Les portraits des hommes illustres francois. P. 11, 23, 33, 45, 57, 69, 113, 127, 141, 155, 171, 187, 217, 233, 245.
616
Dorival B. Art et politique en France au XVIIe siecle.
Трактовка личности Ришелье в сборнике Марка Вюльсона де ла Коломбьера также разительно отличалась от биографий прочих персонажей, портреты которых были представлены в Пале-Кардиналь. Он, естественно, был назван здесь «Героем» — «потрясшим всю землю оглушительными раскатами своей славы» [617] , однако и все прочие эпитеты, сопутствовавшие описанию его жизни, давались в тексте в превосходной степени. Он являлся «великим человеком, обладавшим божественным происхождением», «гением», которого отличала «выдающаяся доблесть» и который покрыл себя «славой одного из наиболее мудрых и находчивых» государственных деятелей своего времени [618] . Он совершал «деяния, достойные восхищения» (les admirables actions), «несравненные и неоспоримые» (incomparables et inimitables actions), сопоставимые лишь с «чудесами» (merveilles), достойными полубогов и героев Античности [619] . Он был тем, кого и королева-мать Мария Медичи, и сам Людовик XIII почитали как своего лучшего советника [620] , его слова воспринимались как истинные пророчества [621] . Ни одно решение короля не принималось без вмешательства Ришелье, ни одно государственное дело не было улажено без его участия [622] . Главной целью его героических усилий всегда оставались слава и величие монархии [623] , а наиболее выдающимся свершением этого «второго Моисея» стало взятие Ла-Рошели, иными словами, победа над протестантами и извечным врагом Франции — Англией [624] . Основным девизом кардинала Ришелье, по мнению Марка Вюльсона де ла Коломбьера, являлась фраза «Солнце в постоянном движении», что означало: первый министр никогда не прекращал заботиться о своем правителе и о государстве [625] .
617
«C'est a ce coup que mon Genie paroistra temeraire, de vouloir comprendre dans un si petit espace les admirables action d'un Heros qui a rempli toute la terre du bruit eclatant de sa gloire» (Vulson, sieur de la Colombiere. Les portraits des hommes illustres francois. P. 293).
618
Ibid. P. 296–297.
619
Ibid. P. 293–294.
620
«Qualitez qui le rendirent si recommandable qu'il fut fait… Secretaire d'Estat, de laquelle [charge] il s'acquita avec tant de capacite et d'intelligence, que le Roy et la Reyne mere le considererent comme celuy qui leur donnoit les plus solides conseils, et dans l'esprit duquel ils voyoient briler tant de lumieres» (Ibid. P. 296).
621
«… leurs Majestez se servirent de luy, et revererent ses Oracles» (Ibid. P. 297).
622
«… sa Majeste luy communiqua une partie de son esclat, en remettant a sa sagesse et a sa courageuse conduite, le timon des principales affaires de la paix et de la guerre» (Ibid.).
623
«… la gloire et la grandeur de sa Majeste estoient le principal but de ses heroiques desseins» (Ibid. P. 298).
624
«C'est en ce fameux siege de la Rochelle, ou se firent voir en leur plus haut lustre la Fortune et la vertu, la piete et le courage, le miracle et la prudence, c'est la ou nostre grand Cardinal parut comme un autre Moyse» (Ibid. P. 300).
625
«Le soleil est dans une perpetuelle action. Le Cardinal de Richelieu travailloit incessamment pour la service de son Maistre, et produisoit touiours quelque chose d'utile et de glorieux a l'Estat» (Ibid. P. 324).
Любопытно, однако, отметить, что в Галерее знаменитых людей Palais-Cardinal имелось еще одно выпадающее из общего ряда полотно — портрет Жанны д'Арк. До 1940 г. он выставлялся в Музее изобразительных искусств Орлеана, однако погиб во время бомбардировок города в годы Второй мировой войны и знаком нам только по более ранним репродукциям (ил. 33). Возможно, именно этим обстоятельством объясняется тот факт, что картина до сих пор остается неатрибутированной: в XIX в. считалось, что она принадлежит кисти Симона Вуэ [626] , в следующем столетии ее приписывали Филиппу де Шампаню [627] , современные же историки и искусствоведы предпочитают не высказывать однозначного мнения на сей счет [628] .
626
Wallon H. Jeanne d'Arc. Edition illustree. P. 474.
627
Images de Jeanne d'Arc. Hommage pour le 550e anniversaire de la liberation d'Orleans et du Sacre. P. 37–38, 45–46.
628
Heimann N. M. Joan of Arc in French Art and Culture. P. 8, 20, 158; Michaud-Frejaville F. Jeanne aux panaches romantiques. P. 263–265.
Так или иначе, но исключительность Жанны д'Арк на картине из Галереи знаменитых людей также подчеркивалась визуально. Прототипом этого изображения вновь выступал уже знакомый нам «Портрет эшевенов» конца XVI в. (ил. 21), но Орлеанская Дева — как, в свою очередь, и кардинал Ришелье — была представлена здесь в полный рост [629] . Иными словами, перед зрителями представал еще один, причем весьма специфический, военачальник (на что указывал, в частности, меч, энергично занесенный над головой), тогда как два других женских портрета, имевшихся в Palais-Cardinal, — Марии Медичи и Анны Австрийской — оказались включены в общий список «всего лишь» как регентши при своих несовершеннолетних сыновьях, Людовике XIII и Людовике XIV соответственно [630] .
629
Две другие дамы, портреты которых имелись в Пале-Кардиналь, Мария Медичи и Анна Австрийская, были изображены сидя: Vulson, sieur de la Colombiere. Les portraits des hommes illustres francois. P. 277, 355.
630
Вюльсон де ла Коломбьер отмечал, что Мария Медичи была назначена регентом Франции в день гибели Генриха IV и уберегала королевство от всяческих невзгод вплоть до совершеннолетия Людовика XIII: «Le mesme jour cette Reine desolee fut declaree Regente par la Cour de Parlement… Elle gouverna l'Estat avec beaucoup de douceur et de prudence, et evita avec une adresse merveilleuse tous les ecueils qui le menacoient de naufrage dans la minorite du Roy» (Ibid. P. 283–284). Впрочем, текст, посвященный Анне Австрийской, был практически идентичным: «... au mesme temps qu'elle s'abondonnait aux regrets et aux larmes, toute la France luy demanda son assistance, et tourna lea yeux de son coste, comme vers son azile, pour la conjurer de vouloir estre aussi bien la Mere et Tutrice des Francois, que de leur jeune Monarque» (Ibid. P. 364–365).
Особое положение Жанны д'Арк в ряду знаменитых людей прошлого подчеркивал в своем сочинении и Марк Вюльсон де ла Коломбьер. Посвященная девушке глава, как и биография самого Ришелье, сильно отличалась от жизнеописаний всех прочих персонажей. Дева — единственная в списке кардинала (включая королев-регентш) — не была названа в тексте «Героем». Автор именовал ее «Божьей посланницей» [631] , «второй Юдифью, отрубившей голову английскому Олоферну», вернувшей узурпированный было трон законному королю [632] и способствовавшей «столь благоприятному перелому в ходе истории Французского королевства, что оно из поверженного и немощного вновь превратилось в победоносное и торжествующее» [633] . Вюльсон де ла Коломбьер писал, что эта удивительная девушка, как в свое время Ариадна, вывела Карла VII, этого нового Тесея, из лабиринта [634] , вдохновила соотечественников на сопротивление захватчикам [635] , защитила королевство и — как истинный Феникс — продолжит его защищать, подобно тому, как пчела всегда оберегает свой улей [636] . Память о ней, полагал автор, навечно останется в народе «священной» [637] .
631
«Le Roy estonne, ou plustost ravy de ses promesses, la fit sonder et interroger par des doctes et habiles Theologiens, qui rapporterent a sa Majeste et a son Conseil, qu'asseurement elle estoit envoyee de Dieu pour achever quelque exploit surnaturel, et servir d'instrument a sa divine puissance» (Ibid. P. 86, курсив мой — О. Т.).
632
«Abbatit comme une seconde Iudith, la teste de l'Holopherne Anglois, et le chassa du Trone usurpe, pour y restablir le Roy legitime, au moment qu'il sembloit en estre entierement depouille» (Ibid. P. 84, курсив мой — О. Т.).
633
«Qui avoit donne une si favorable crise a la Monarchie Francoise, que de l'anguissante et abbatue qu'elle estoit, elle fut rendue victorieuse et triomphante» (Ibid. P. 92).
634
«Ariadne sauva Thesee Roy d'Athenes, par le secours qu'elle luy donna de son Conseil, et de la Pelotte de filet, pour sortir du labyrinthe. Nostre brave Pucelle sauva le Roy et son Royaume» (Vulson, sieur de la Colombiere. Les portraits des hommes illustres francois. P. 97).
635
«La Pucelle remit le coeur aux Francois, et ruina les mauvais desseins des Anglois» (Ibid.).
636
«Les Abeilles mettent tousjours en faction au dessus de la Ruche, une des plus courageuses d'entr'elles, afin de deffendre leur Monarchie de l'invasion de Taons, et de volleries des autres bestes» (Ibid. P. 98). Любопытно отметить, что на гравюре Леонара Готье 1611 г., изображавшей памятник Жанне д'Арк в Орлеане, на щите, который сжимала в руках женская фигура Virginitatis, была изображена именно пчела (ил. 17). Таким образом, текст Вюльсона де ла Коломбьера отсылал и к этому «портрету» героини.
637
«Sa memoire sacree et eternelle aux siecles a venir» (Ibid. P. 93).
Интересно отметить, что выражение «священная память» (memoire sacree) появлялось в сочинении де ла Коломбьера всего один раз, причем применительно к биографии женщины сомнительного происхождения, признанной в свое время еретичкой (пусть даже и реабилитированной впоследствии). Марк Вюльсон честно отмечал двойственность восприятия Жанны д'Арк французами XV–XVI вв., заявляя: «Совершенно очевидно, что если бы она действительно была такой, как хотели заставить [нас] верить ее враги (т. е. ведьмой — О. Т.), последующие события не казались бы нам столь чудесными и наши короли не возводили бы [в ее честь] памятники» [638] . Тем не менее, для него — как, впрочем, и для самого Ришелье — этот вопрос был давно и окончательно решен.
638
«… il est croyable que si elle eust este telle que ses ennemis ont voulu faire croire, la suite n'en eust pas este si miraculeuse, et nos Roys ne luy auroient pas erige des statues» (Ibid.). Данная фраза свидетельствует, что Вюльсон де ла Коломбьер был наслышан о первом памятнике Жанне д'Арк, появившемся в Орлеане, и эта информация произвела на него большое впечатление. Невозможно, однако, сказать, видел ли он эту скульптурную группу лично.
Подсказкой в данном случае может служить общий контекст внутренней политики первого министра Людовика XIII и, в частности, те преобразования, которые он собирался провести в религиозной сфере. В планы кардинала входило не только создание личного пантеона героев прошлого (куда Жанна д'Арк имела все шансы попасть в качестве героя светской истории). Он желал существенно расширить список официально признанных католических святых, в число которых, как отмечала Колетт Бон, он явно намеревался включить и Орлеанскую Деву [639] .
639
Beaune C. Jeanne d'Arc. Verites et legendes. P. 175–176.
К сожалению, у нас нет прямых доказательств данного намерения: не сохранилось писем или официальных документов, в которых Ришелье рассуждал бы о возможной канонизации французской героини. Однако мы располагаем довольно обширным количеством косвенных свидетельств такого рода. Многочисленные произведения, изданные в первой половине XVII в. и в большей или меньшей степени затрагивавшие проблему святости Жанны д'Арк, были обязаны своим появлением именно первому министру Людовика XIII. Их авторы являлись либо его приближенными, либо входили в литературный круг, на который распространялось его непосредственное влияние [640] .
640
Тогоева О. И. Еретичка, ставшая святой. С. 374–386.
Так, именно Ришелье была посвящена трагедия Николя Вернуля «Жанна д'Арк, Орлеанская Дева» (1629 г.), в которой кардинал, победивший гугенотов Ла-Рошели и их сторонников-англичан, сам уподоблялся героине Столетней войны, одержавшей верх над извечными врагами французов [641] . То же посвящение присутствовало и в «Галликанском мартирологе» Андре дю Соссейя, собравшего в своем издании имена 14 292 святых и 254 набожных людей для первого полугодия и 42 363 святых и 273 набожных людей для второго полугодия [642] . То были «знаменитые мученики, выдающиеся епископы, несравненные доктора теологии, а также чистые девы (castae Virgines), монахи и монахини всех орденов», тем или иным образом связанные с Французским королевством (прежде всего, его защитники). Как мученица (пусть пока и не канонизированная) значилась в этом списке и Жанна д'Арк [643] , чуть позднее, в 1645 г., упомянутая и в «Большом менологе святых, блаженных и достопочтенных дев Франции» Франсуа Лайе [644] .
641
Nicolai Vemulaei Ioanne Darcia vulgo Puelle Aurelianensis tragoedia // Nicolai Vemulaei… Tragoediae decem. Louvain, 1631. P. 294–378. Подробнее см.: Michaud-Frejaville F. Personne, personnage: Jeanne d'Arc en France au XVIIe siecle // Cahiers de Recherches Medievales. 2005. № 12 special: Une ville, une destinee. Recherches sur Orleans et Jeanne d'Arc. En l'honneur de Francoise Michaud-Frejaville. P. 231–248.
642
«Armando, eminentissimo cardinali, duci de Richelieu, inclyto Imperij Galliarum Tutelari quo feliciter aspirante Rex Iustus, Pius, Maximus, aeterna cum sui nominis gloria Regnat, Vincit, Triumphat, ob Admirandam Rerum administrationem. Praecipuumque intemeratae Religionis cultum Hos Christianissimae Ecclesiae Fastos Perenni Sacrorum Galliae liliorum candore micantes Indelebile devotae mentis Mnemosynon Andreas du Saussay Protonotarius Apostolicus Dat, Dicat, Consecrat» (Saussay A. du. Martyrologium gallicanum. P., 1636. T. 1, б. п.). Подробнее об этом сочинении см.: Le Gall J.-M. Denis, Georges, Jacques, Antoine, Andre, Patrick et les autres. Identite nationale et culte des saints (XVe–XVIIIe siecles) // Comportements, croyances et memoires. Europe meridionale XVe–XXe siecles. Etudes offertes a Regis Bertrand / Sous la dir. de G. Buti, A. Carol. Aix, 2007. P. 147–169.
643
«Rotomagi in veteri foro Martyrium Ioannae Arciae puellae Aurelianensis ab Anglis crematae damnatione adeo iniusta, ut sedis Apostolicae auctoritate revocata prorsusque abrogata fuerit. Eodemque supremo iudicio ipsi Ioannae aequissimo iure vindicata pietas, castitas et innocentia» (Saussay A. du. Martyrologium gallicanum. P. 396, курсив мой — О. Т.).
644
Lahier F. Le grand menologe des saintes, bienheureuses et venerables vierges. P., 1645. К сожалению, данное издание является большой библиографической редкостью и осталось мне недоступным.