Чтение онлайн

– Что же это за чертовщина?
– пробормотал Эллиотт, снова потирая подбородок. Он опять посмотрел на Райана.
– Я уверен, что Мари не будет слишком расстроена из-за того, что ты поговорил с Мэдди. Я буду на твоей стороне. Но я думаю, нам нужно больше записей, чтобы она могла их послушать. Поговори с Мэдди еще раз сегодня вечером, а завтра мы с тобой побеседуем с Мари.

Райан глубоко вздохнул, кивнув, и медленно выдохнул, надув щеки.

– Хорошо. Я сделаю это. Мне это не понравится, но я сделаю.

Из дневника Райана Кеттеринга

Я только что вернулся из комнаты Мэдди, и у меня так сильно дрожат руки, что я не в состоянии нормально писать. Возможно, позже я не смогу прочитать это. Перед тем, как вернуться в спальню, мне пришлось сходить в туалет. Я чуть не обмочился там, в подвале.

Как только я вошел в комнату, она рассмеялась своим глубоким, хриплым голосом. Я решил остаться стоять и на этот раз не стал садиться на стул. Я заметил, что в комнате стало еще больше аксессуаров для Барби, все в нераскрытых коробках.

– Уверена, у тебя полно вопросов, да, Райан?
– прозвучал голос.
– Ну, спрашивай. "Просите, и дано будет вам; ищите, и найдете; стучите, и отворят вам".

Я получил достаточно религиозных знаний, чтобы узнать в этой фразе слова Иисуса Христа, и, хотя сам по себе я вовсе не религиозен, я был оскорблен, услышав их грубым, хриплым голосом, из уст этой твари. У меня пересохло во рту, и я сглотнул слюну, чтобы заговорить. Я кивнул и произнес:

– Да, это из... Матфея, верно?

– А, ты помнишь уроки в воскресной школе.

– Их вбивал в меня религиозный фанатик. Он был человеком, который, вероятно, очень бы тебе понравился.

– К сожалению, я не знакома с его работой, хотя сама занималась чем-то подобным. Жестокое обращение с детьми. Это такая плодотворная деятельность. Я получаю огромное удовольствие от результатов, которые становятся очевидными спустя годы. Неврозы, которые могут возникнуть и действительно возникают, не имеют конца. Это область, в которой я стараюсь проявить как можно больше творчества. Но я отвлеклась. Что ты хотел у меня спросить, Райан?

– Те люди, - вымолвил я хриплым голосом, - что они от тебя хотят?

– Если я тебе это скажу, Райан, мне придется тебя убить.
– Существо хрипло рассмеялось, и меня пробрала дрожь. После этого я почувствовал, что мочевой пузырь переполнен.
– Серьезно, Райан, я не могу тебе этого сказать. Это конфиденциальная информация. Совершенно секретная. Поэтому ты даже не должен сейчас со мной разговаривать. Я - большая тайна, Райан. Мы же не можем позволить, чтобы молодые подопечные государства знали о такой большой тайне, как я, правда?

– Что ты им говоришь?

– О, Райан. Ты заставляешь меня сказать, что это не твое чертово дело. Но если бы ты проявил немного воображения, ты бы сам догадался о нескольких возможностях, Райан. Подумай об этом. Я знаю обо всем. Ты это знаешь. Кстати, твой отец умер через две недели после твоего пятого дня рождения. Его забили ножом в драке.

– Как... как я могу знать, что это правда?

Мэдди улыбнулась.

– Ты знаешь, что это правда, Райан. В глубине души ты знаешь, что это правда, так же как ты знал, что это правда, когда друг мистера Грейнджера перевел то, что я сказала по-французски. Это просто звучало правдоподобно, не так ли? Так же, как и то, что я сказала сейчас, звучит правдоподобно. Он был зарезан в драке, когда тебе было пять лет. Он даже не знал о твоем существовании.

– Кто ты такая, что знаешь об этом?

– Как я уже сказала... я знаю обо всем.

– Это не ответ. Кто ты? Что ты? Ты демон?

– Теперь ты переходишь на личности, Райан, и я считаю это очень грубым.

– Ты демон? Или ты что-то другое?

– Если я расскажу тебе, кто я и что я, и раскрою свою роль в великом плане, Райан, твоя бедная маленькая голова взорвется. Давай оставим это, ладно?

Я покачал головой.

– Это все равно не ответ.

Идеально имитируя Джека Николсона, голос произнес:

– Ты не сможешь вынести правду, - но это прозвучало не громко. Затем Мэдди рассмеялась своим высоким смехом, своим настоящим голосом, влажным и аденоидным, и сказала, - Ты глупый, - а потом еще немного посмеялась. Потом она стала серьезной, и ее рот на мгновение скривился в форме буквы "О", прежде чем она вымолвила, - Помоги мне, Райан. Пожалуйста, помоги мне.
– В этот момент ее взгляд стал менее сосредоточенным, и она немного покачнулась, сидя на краю кровати. Но сосредоточенность вернулась, и она улыбнулась очень неприятной улыбкой. Затем голос сказал, - Следующий вопрос.

Я был потрясен тем, что произнесла Мэдди. Настоящая Мэдди, а не тот искаженный голос. Маленькая девочка Мэдди, которая сказала: "Помоги мне, Райан. Пожалуйста, помоги мне". Она звучала так грустно, беспомощно и в то же время так настойчиво, что у меня даже закружилась голова.

– Какая у тебя здесь работа?
– поинтересовался я.

– Боже, да ты сегодня настойчивый. Почему бы тебе не спросить меня о чем-нибудь, на что я могу ответить? Например: "Когда наступит конец света?" или "Когда я умру?" Что-нибудь в этом роде, а?

– Чего от тебя хочет правительство?
– задал я вопрос.

Мэдди закатила глаза.

– Что, по-твоему, они хотят, глупый мальчик? Знания, они хотят знаний. Знания, которые я могу им дать.

– А что ты с этого имеешь?
– спросил я.

– Я должна заставить тебя промыть рот собственной мочой. Это научит тебя не совать нос не в свое дело. Я могу это сделать, знаешь ли. Твой мочевой пузырь сейчас довольно полный, не так ли, Райан? Ты что, в штаны намочишь?

– Что ты получаешь от этого?
– повторил я.

– Идет война. Я предоставляю им информацию. Они предоставляют мне единственное, что меня интересует. Жертвоприношение.

– Какое жертвоприношение?

– А как ты думаешь?

– Че… человеческое жертвоприношение?

Широкая улыбка раздула щеки Мэдди и сделала ее глаза маленькими.

– Каждая сброшенная бомба - это жертва для меня. И дело в том, что мне все равно, кто их сбрасывает и на кого они сбрасываются.
– Она рассмеялась холодным, жестким смехом.
– Пока бомбы продолжают падать, а ракеты летать, я счастлива.