Чтение онлайн

Стол ломился от изысканных деликатесов. Рядом стояла только выпеченная в духовке утка с апельсиновым соусом. На тарелках лежали несколько видов сыра. И, конечно же, фрукты. И еще много чего.

— Ну как тебе? — спросил Антон с лёгкой ноткой надежды в голосе.

Я взяла вилку и отломила маленький кусочек утки, нанизывая сверху французский сыр с голубой плесенью. Нежное блюдо растаяло во рту за несколько секунд, а я начала думать, что наконец попала в Рай. Никогда прежде я не пробовала таких шедевров кулинарии.

— Необычный вкус. Очень круто! — ответила я. Он улыбнулся. — Ты сам готовил? Утка так и сочится.

— Успел научиться за десяток лет учебы во Франции. Парадокс в том, что хоть я и учился на факультете бизнеса, культура Парижа не обошла меня стороной, и я попал в ее сети. С тех пор обожаю готовить блюда Парижа, Прованса, Бове. От Франции мне передалась любовь к восхитительной кухне, — он замолчал, будто подбирая слова. — И к не менее восхитительным женщинам. — Это был самый оригинальный способ завалить девушку в постель, Антон Дмитриевич, но надо признать, что всё-таки провальный.

— Да? Жаль. Я же только ради секса приготовил это все, — с нескрываемой иронией в голосе произнёс босс.

— Я не из тех, кто бежит в спальню под первым же предлогом. И под вторым, и под третьим. Ты меня не заставишь.

— Да ну? — Антон озабоченно, слегка хитро посмотрел на меня из-за угла. — Я думал, мы этот этап уже прошли. — Я не позволю тебе. И даже не вздумай пытаться сделать так, чтобы я потеряла голову. Потому что это не удастся никому.

— Значит, я буду первым, — он вплотную подошёл ко мне, приподнимая юбку одной мускулистой рукой, сам приблизился к уху и зашептал, массируя мое бедро. — И мне это уже удалось. Я стал твоим первым мужчиной.

Его рука продвинулась дальше, вглубь, задирая юбку платья наверх. Момент отозвался болью где-то внизу живота — место, куда ударила жена босса при встрече в клубе. Но так не хотелось портить единственный, казалось, искренний момент между нами. Я попыталась отстраниться, но он лишь сильнее сжал пальцы. На секунду я зажмурилась, а когда открыла глаза, то увидела его лицо. Он смотрел на меня так, словно я была чем-то очень важным для него. Не секс-игрушкой, не вещью, не рабыней, которую он попросту купил, а девушкой, что сумела зажечь в сердце огонь. А я не могла понять, что он задумал.

— Ну же, — прошептал он, наклоняясь к моему лицу. — Позволь мне. Позволь…

— Да, — ответила я, снова закрывая глаза и откидываясь на спинку дивана. Словно в полусне, я чувствовала, как его губы касаются моих, как пальцы гладят спину, спускаясь к животу.

Я едва не застонала, когда его руки коснулись меня, но не могла даже пошевелиться. Казалось, что все мои мышцы застыли и онемели. Он не торопился, и это было так приятно, так сладостно и… опасно. И когда я подумала, что сейчас взорвусь от возбуждения, он спустил бретельки платья, обнажая грудь. Его пальцы коснулись сосков, дразня их и заставляя меня извиваться от нетерпения. Но он не спешил, а я не могла больше ждать. Наконец он коснулся губами одного из них, и я застонала. Почувствовала, как по телу пробежала дрожь, готовая перейти в разрядку. — Боже мой, — простонал Антон, возбуждаясь от моих грудных хрипов. — Ты заставляешь меня сходить с ума. — Ты такая сладкая, — прошептал он. — Как мед. Медленно, невероятно медленно, не отрываясь от нее ни на секунду. Он тут же подчинился, и его губы сомкнулись вокруг одной из сосков. Меня пронзило такое острое наслаждение, что я вскрикнула. А он продолжал ласкать меня, посасывая и покусывая грудь. Я хотела еще и еще, не в силах больше сдерживаться. Но нужно было смыть все то, что осталось на теле после стычки со Светланой. Иначе Антон бы задал не самые приятные вопросы.

— Мне нужно в душ… — протянула я, надеясь, что босс ничего не заметил. — Иди в спальню, я приду к тебе уже в халате, — томно выдохнула, желая разжечь его задор. — Беги.

— С каждой секундой терзания будут все более жестокими. Учти это.

Зашла в ванную, в которой все так же было в лепестках роз. Невероятный запах, предполагала, въелся в кожу навсегда. Какой же кайф снимать лифчик после долгого дня. Неудобный корсет, сжимающее ребра платье полетели следом. Я осталась лишь в трусиках, как услышала… звук разбитого стекла?! О нет… Антон усердно, будто с определенной периодичностью бил стаканы на кухне. Молчание сменилось криком. Он кричал мое имя. Черт возьми, что произошло?

— Либо ты выйдешь сейчас сама, либо я снесу эту дверь к чертовой матери. Следом вылетишь ты, сука, — такая далекая нежность обернулась знакомым гневом. Выбора не было. Нужно было выходить.

Тело задрожало, будто меня окатили несколькими литрами ледяной воды. Где-то внизу живота раздался болезненный спазм. Нервно закусила губу, пока Антон порывался выбить дверь, не заметила, как прокусила до крови. — Ты меня плохо услышала? — яростный рёв, похожий на предсмертный клич. Сердце пропустило удар. Он достанет меня. Достанет и убьёт. Неужели он все узнал? Как я могла допустить такое? — Загорская, в твоей ситуации лучше выйти самостоятельно и согласиться на мои условия. Я могу действовать не так нежно, ты ведь знаешь. — Замок заело! — соврала я, лишь бы оттянуть момент. — Антон, я не могу выйти! — Какая же ты беспомощная… — простонал босс, но не от возбуждения, как то было буквально двадцать минут назад, а со злобой, неутолимым гневом. — Отойди от двери, если не хочешь получить на лице синяк. Я невольно послушалась. Послышалось, как Антон разбежался, ударил боком деревянную дверь. Ещё несколько раз. Дверь жалобно заскрипела, петли практически слетели к чертям. Финальный рывок. Она сорвалась, а я предстала перед разъярённым мужчиной в одном полупрозрачном халате. Нижнее белье уже было в корзине. — Ну рассказывай, моя милая, — дёрнул мою руку Антон, из-за чего я практически потеряла равновесие. — На кой черт ты нашла Свету? Ты знала, что это табу. Это может быть опасно, мать его, для тебя в первую очередь. Босс взялся за мое горло, прижал тело к стенке, подпер и начал душить. Я захрипела, увидев, как ярость закрывала его разум собой. Кислород кончался стремительно. — Давай так, — Антон с силой приложился к горлу, сдавливая и сжимая нежную ткань. — Будь послушной девочкой. Гематомы на шее заживают долго. Поэтому давай по-хорошему. — Что? — я напряглась, ожидая чего-то ужасного. — Я предупреждал тебя! — прошипел Антон и с размаху ударил меня в живот. Я согнулась пополам, хватая ртом воздух. Потом Антон схватил меня за волосы и швырнул на кровать. Он стоял надо мной, тяжело дыша. Его взгляд был тяжелым, полным злости и ненависти. — Ты мне за все ответишь! — прорычал он и ударил кулаком в лицо. Я упала на пол и стала отползать назад, боясь пошевелиться. Мне казалось, что стоит мне встать, и я тут же умру от его удара. Ноги не слушались меня, а в голове стучала одна мысль: «Это конец». Он снова ударил меня кулаком, и на этот раз я не удержалась на ногах и упала. У меня не было сил даже вскрикнуть.

— За что? — прошептала я, чувствуя, как по щекам текут слезы. — Столько раз я говорил тебе этого не делать! — взревел Антон. — Слышишь? — Это вышло случайно! — перешла на крик я, сама того не заметив. — Клянусь, я не ожидала этого! Не успела я и выдохнуть, как босс вновь прижал меня к стене, сам нагнувшись ко мне, впился голодным, жестоким поцелуем. Влажный язык ласкал меня, но кожа помнила всю боль, все удары. — Почему я должен сначала разозлиться, наказать тебя, вместо того, чтобы ласкать на кровати или доводить до оргазма в ванной? — его рука проникла под халат, затрагивая мое возбужденное лоно. Два холодных пальца без прелюдий вошли внутрь. Не сумев сдержаться, я закричала от боли и наслаждения одновременно. Быстрые движения наполнили пустоту, а я не сдерживала стоны, лишь опёрлась на стенку и ждала приближение оргазма. — Ох-х, — грудной хрип раздался посреди коридора, — Антон… — Молчи, — голос не перестал быть менее грубым, нежность, что он доставлял мне, не отразилась на его намерении. — Я все ещё хочу трахнуть тебя на полу, больно и страшно, так, чтобы ты текла и кричала. Но это было бы слишком просто. Ты должна понимать, что за каждое действие следует наказание, — моментальным рывком его пальцы оказались ещё глубже.

Я смотрела в потолок, пытаясь сдержать крик. От боли, от желания, от страха. Как же все это не правильно. Он не должен был этого делать, он не имел права. А я… Я должна была сопротивляться. Должна была, но не смогла. Что со мной происходит? Почему я теряю контроль? Почему позволяю ему делать все то, что сейчас делает?

Я закусила губу, и он усмехнулся, но ничего не сказал, продолжая трахать меня пальцами. Это было больно, даже несмотря на то, что я была готова к чему-то подобному. Сжав зубы, я старалась не стонать, хотя мне хотелось кричать.

— Нет, не сейчас, — его дыхание участилось, и он продолжил, — ты должна понять, что я не буду больше ждать. Ты будешь орать, ты будешь умолять, но я все равно продолжу.

— Чего ты хочешь, Загребин?!

— Звони Светлане. Назначай встречу через полчаса. На крыше этого дома.

— Она не…

— Мне плевать. В твоих интересах сделать так, чтобы она согласилась. Начинай, пташка. Отчет пошел.

Крики, бесконечные крики наконец умолкли. Антон только ушел на крышу, встретиться со своей женой, а я до сих пор не могла отойти от того, что он сотворил. Следы от его ударов болезненно пульсировали, а лоно сладостно ныло, все еще вспоминая его холодные, грубые пальцы. Я долго не могла прийти в себя. Мне казалось, что я больше никогда не смогу забыть этот крик, который разрывал мой мозг. Ведь знала, что это был не крик боли, это был крик идиотского наслаждения. Ожидание истощало на глазах, двинулась на кухню в надежде найти хоть какое развлечение, чтобы не сойти с ума. На столе стояла вскрытая боссом бутылка вина, а рядом стояли ужасно прекрасные розы. Я налила себе полный бокал, сделала пару глотков и принялась разглядывать бутылку, на которой была наклейка с изображением винограда. В голове был полный хаос. Все мои чувства сейчас были на пределе. Чувства, которые я так тщательно скрывала, но сейчас все они вырвались наружу. Вино оказалось очень вкусным, оно обожгло горло и заставило немного прийти в себя. Принялась за букет, вдыхая аромат, который сейчас напоминал мне запах Антона. Так же как и он, цветы были прекрасны. Но я уже не чувствовала той эйфории, которую чувствовала тогда. Они были такие же, как он, холодные и бесчувственные. Я взяла одну из них и прижала к лицу. Воспоминания о прошлом сокрушились на меня: впервые Антон подарил мне розы, бархатные и прелестные, после того, как лишил меня девственности. А я возненавидела его тогда, он долго пытался это исправить. До этого момента. А потом он ушел, оставив меня одну. Теперь мы поменялись ролями. Он покинул меня, променяв на свою милейшую женушку, а я сидела на кухне квартиры, которую снял чертов Антон, и глотала слезы вместе с вином. Я закрыла лицо руками и тихо заплакала. Это было слишком тяжело. Слишком больно. В горле стоял ком, который невозможно было проглотить. Послышался звук открываемой двери, и я поспешно спрятала цветок за спину. Видимо, настал тот самый переломный момент. Хозяйка вновь взошла во главу семьи, а Антон, услужливо виляя хвостом, побежал ее обслуживать. Только почему страдала лишь я? — Привет, — голос Антона был хриплым и каким-то чужим. Это был не тот человек, который был рядом со мной все это гребаное время. Следом вальяжной, богатой походкой приблизилась Загребина Светлана. С нашей последней встречи она ничуть не изменилась, лишь под глазом, на блендой щеке виднелась царапина — след от моих ногтей — последствие драки. Она окинула меня презрительным взглядом и, будто сдерживая рвотный позыв, приподняла прядку моих волос. Через секунду опустила и недовольно сжала губы. — Интересно, Тоша возился с тобой просто из жалости, или ты просто охотно раздвигала ноги при любом удобном случае? — Света, — смерил ее босс. — Оставь нас на пару минут. — Да? Мне показалось, вы достаточно провели вместе. Даже слишком. По-моему, она тебе небезразлична. «Неужели до тебя, ведьма, только сейчас дошло, что трахал так страстно он только меня!?»— мысленно застонала я, но вовремя прикусила язык, вслух ничего не сказала. — Милая, — приторно лживое обращение было назначено не для меня. — Пройди в спальню, я приготовил для тебя сюрприз. — Постарайся справиться с неприятностями поскорее, — мерзкая женщина вновь покосилась на меня, отображаясь отвращение. — Я буду ждать тебя. Впереди долгая-долгая ночь. Антон Дмитриевич настолько сильно сжал скулы, что они побелели. Он взял меня под локоть и вывел в подъезд, избавляясь от надзора Светы. — Что это было, мать твою?! — заорала я, вырывая свою руку сразу же, как только Антон успел захлопнуть дверь. — Какого черта ты творишь? — Это моя жена. Ты с самого начала понимала, что трогать эту часть моей жизни не стоит. Ты лишь любовница. Лишь игрушка для утоления потребностей. Никаких чувств, просто физика, — говорил он так, будто все прошедшее было пылью. — Просто физика? — глаза наполнились солью, а губы распухли. — Ты хотел от меня ребёнка! — крикнула я, срывая голос. Было больно, но в душе сильнее. Она горела огнём, оставаясь лишь пеплом воспоминаний. — Ты лгал мне. Все это время. — Виктория, — полное имя никогда не предвещало счастливого исхода. — Все условия были обговорены заранее. Ты получила все, даже больше. Перестань искать оправдания своей никчёмности. Я никогда не любил тебя. — Но ты же… — Хватит! — он снова повысил голос, с трудом сдерживая ярость. — Я не любил тебя и не собирался жениться. Ты стала для меня лишь развлечением. Мне было приятно иметь над тобой полную власть. Ты заранее знала, на что шла. — Я ненавижу тебя, — еле держась на ногах, искренне призналась ему в чувствах. — Не-на-ви-жу. Ты не стоишь и капли моих слез. И грамма моей любви. — Как бы то ни было, договор заключён. Я, как твой непосредственный начальник, принял решение отправить тебя… в Казань. Филиал открылся недавно, лишние руки и глаза будут кстати. Вылет завтра. А сейчас найди себе ночлег и перестань нервировать мою супругу На меня смотрел не Антон, его слова были для меня чужими. Он с таким усердием защищал свою неверную жену, а меня просто прогнал? — Мне некуда идти, — тело затряслось от осознания, что я вновь оказалась беспомощном. — Плевать. Ты давно не маленькая девочка, попробуй справиться со своими проблемами самостоятельно. Рейс у тебя завтра ночью. Я лично повезу тебя в аэропорт, проконтролирую, чтобы ты точно села в пункт назначения, — голос, холодная сталь, рассекал глубины моей любви так же быстро, как умирала надежда на спасение нас. — Зачем? Тебе ли не все равно, что со мной будет дальше? — Поверь, я делаю это не для тебя, а ради собственной выгоды. В конце концов, ты едешь в Казань от лица моей компании. Я ответственен за тебя. Ощущение, точно меня поместили в вакуум, умирать без кислорода и сознания. Неужели это происходило со мной наяву? Господи, мои мечты об освобождении обернулись против меня. Антон, мой босс и первый мужчина, растерзал мое сердце. Внушил доверие, подобие любви, но все было обманом. — Это все? — последнее, что я смогла выдавить из себя.

Мне было плохо не только физически, но и морально. Как он мог так поступить со мной? Я ведь доверяла ему. Доверилась, как глупая девчонка, и поплатилась за это. Я расплатилась за доверие своей жизнью. Не могла видеть его безразличного взгляда. Антон растоптал все, что было между нами. Безвозвратно.

Мой вопрос так и остался висеть в воздухе. Антон презренно посмотрел на меня, зашел в квартиру и закрыл дверь на ключ. И плевать он хотел, где я сегодня буду ночевать. Выйти в двенадцать ночи в бархатном халате на улицу без нижнего белья — так себе затея. Но иных вариантов не было.