Чтение онлайн

Лифт, как назло, ехал так медленно, что к моменту моего выхода я успела продрогнуть. Ночью в Москве было дичайше холодно, а в нынешних условиях у меня не было шансов. Выйдя на улицу, я в очередной раз убедилась в безнадежности моего положения. Без денег, связей и даже ночлега на ближайшую ночь. Мать его, Загребин решил вершить месть. Только за что? За то, что собственноручно ломал мою жизнь, а я решила слегка проучить его самовлюбленное эго? И что я имела в итоге. Абсолютно одна, никому не нужная. В руках — телефон и опавший лепесток от розы. На мне буквально нет даже лифчика, о чем вообще я могла рассуждать? Побрела, куда глаза глядели. Паника, некое ощущение, что это — конец всем моим мечтам. Однако что-то поблизости привлекло мое внимание. Чёрный внедорожник, что до этого стоял на обочине, выехал ко мне на встречу, как только я вышла из подъезда. Ускорила шаг, но машина не отставала, лишь прибавляла газу. Неадекватный водитель был чём-то психотропным, ибо даже после моих очевидных попыток сбежать он не оставлял идеи догнать меня. Ноги практически не сгибались от усталости и гиблого холода, а сама я потеряла надежду, когда осознала, что заблудилась в каком-то темном переулке. А внедорожник лишь продолжал преследование. Выхода не было, ни единый луч света не указывал на верный путь спасения. Промелькнула мысль, что сейчас, в ночи, пока Антон, вероятно, жестко потрахивал свою законную женушку, я буду умирать, медленно и мучительно, быть может, задушена, ну или изнасилована и расчленена. Мозг придумал сотни вариаций того, как можно было расправиться с моим телом без особых усилий. Дыхание замерло. Неизвестный загородил мне проход. Теперь это действительно финал. Он вышел из машины и двинулся ко мне, вальяжно покачиваясь на одно бедро и ища в карманах что-то. Нож? Пистолет? Боже, пусть он сделает это быстро. Не хотела страдать ещё сильнее. — Ну здравствуй, миссис «я сняла ваш секс на телефон и теперь буду шантажировать вас до конца ваших гребаных дней», — послышался острейший сарказм и запах ментола. Я не успела прийти в себя, но время будто ускорило ход. — Ты как? Выглядишь так себе. — Спасибо, конечно, — сомнительно оглядела парня в кожаной куртке, достающего сигареты. — Ты что, черт побери, тут делаешь? Я думала, что меня сейчас маньяк расчленит, а это всего лишь ты, неосмотрительный козел! — я с злостью толкнула его в грудь, но из-за нашей разницы в росте это действительно выглядело смешно. И Глеб не сдержал свой высокий бархатный смешок, выдыхая дым. — Расслабься, пупсик. Я всего лишь проводил свою занятую жизнь. Меня ведь бросила моя женщина ради какого-то мужика с пачкой налички, огромным вагоном комплексов и маленьким членом, — теперь смех не смогла сдержать я, правда, он был сквозь слёзы. Снять нервное напряжение после погони было чертовски трудно. — Да и зачем я тебе это рассказываю, ты ведь сама там была. Как я понял, моя Света вернулась к твоему Антону. — Уже нет, — грудь схватило судорогой, но я не подала виду. — Антон выгнал меня из нашей квартиры, где я раньше жила. — Даже так? — В темноте Глеб заметил мое до ужаса кошмарный прикид, но, будто чувствуя мой дискомфорт, не сказал и слова. Лишь скептически хмыкнул. — И куда ты сейчас пойдёшь? — В этом и дело, что некуда. У меня даже наличных с собой нет, только телефон успела взять. Я хотела попросить взять вещи, но… Кажется, именно в тот момент мои силы были на максимальном истощении, а эмоции иссякли. Я сползла вниз по стене и сама не заметила, как слёзы покатились по щекам. Было так больно, словно тысячи игл одновременно вонзились в одну часть тела. Ноги дрожали от напряжения, руки не слушались, и я не могла даже пошевелиться. Внутри всё горело, я чувствовала себя абсолютно разбитой и опустошённой. Глеб не ожидал такой реакции, но не растерялся, потрепал меня по плечу и попытался обратить на себя внимание. — Э-эй, детка, ты чего? — впервые в его голосе не было иронии, лишь обеспокоенность и желание помочь. — Я… я… не могу… — шептала я, не в силах говорить что-то более вразумительное. — Так, я понял.08:14

Я не успела ничего понять, как только Глеб оторвал мое тело от земли, невзирая на возгласы и попытки вырваться, потащил в сторону внедорожника. Я вырывалась, била его руками и ногами, но все было бесполезно. Он крепко держал меня за талию, прижимая к себе. — Ты что творишь? — шипела я, пытаясь вырваться, но он был сильнее. — Пытаюсь спасти тебе жизнь. Не вырывайся, я не железный. Мне удалось зажать его руку в районе локтя, и я стала бить его. От боли он застонал, но не отпустил меня. Наконец незнакомец остановился, поставил меня, как тряпичную куклу, и мило кивнул на дверь машины. Казалось, его взгляд пронзал насквозь. — Ну ты и дурак. — Приму за комплимент, — улыбнулся до самых ушей Глеб, придерживая тот бок, по которому я била, чтобы вырваться. — Но любезности оставим на потом. Прыгай в машину, я отвезу тебя домой. — Мне очень приятно, спасибо за твою заботу, — незаметно отдалялась от него, будто он не замечал происходящего. — Но мне правда пора идти. Это было весело, но ночлег искать придётся долго, лучше я начну сейчас, чем останусь на вокзале. Согласись, я знаю тебя не дольше дня, как я могу быть уверена в твоих намерениях? Глеб был настолько спокоен, будто и не стоял с утра в нескольких шагах от меня, не смотрел так, как сейчас. Спокоен как никогда. И в его глазах не было ни капли сожаления. Лишь безразличие и холод. Холод, который я так любила лишь в одном человеке. — У тебя не так много вариантов, красотка. Я пытаюсь помочь тебе просто потому, что тебе так же хреново, как и мне сейчас. Тебя бросили, черт возьми, как и меня. Солидарность, сочувствие — вот и вся причина, почему я помогаю тебе! — Мне хочется поверить тебе, но… — ком в горле помешал закончить мысль. Глеб приблизился ко мне максимально, практически прижав меня к дверям внедорожника. — Короче. Ты все еще хочешь, чтобы я тебя отпустил? Без проблем, куколка, я отпущу. Но не пожалеешь ли ты потом об этом, когда окажешься в лесу под утро, без связи и денег? Скажи мне в последний раз: ты хочешь, чтобы я уехал без тебя? Темные глаза брюнета исследовали меня, будто ожидая моего моментального ответа. Для него он был очевиден, а для запуганной девушки типа меня — это было ой как непросто.

— Ох-х, — наконец, вздохнула я, опустив голову вниз, и тут же почувствовала его руки на своих плечах. Он развернул меня к себе лицом. Сама не заметила, как начала трястись то ли от холода, то ли от стресса. Мелкая дрожь не ускользнула от цепкого внимания Глеба: он недовольно хмыкнул, оглядел меня и одним махом снял с себя куртку.

— Тот, кто выгнал тебя в одном халате на такой мороз — полный идиот, — мрачно пробормотал парень, поправляя на мне свою вещь. — Ты и так как спичка, а если еще и замерзнешь, я же тебя не откачаю потом.

Я благодарно улыбнулась, тепло закутываясь в куртку. В ней было намного теплее, чем в том же халате. Глеб, заметив это, лишь усмехнулся и, поправив кожанку, застегнул молнию. Я не могла не оценить его заботу, которая проявлялась даже в таких, казалось бы, мелочах.

— Ты все еще думаешь, что я злобный маньяк, который только и ждет, чтобы завалить тебя где-то в закоулке? — Глеб с сомнением посмотрел на меня, и я невольно поежилась от его взгляда. Он был слишком серьезным, слишком проницательным, словно видел меня насквозь. — Как видишь, я здесь, и сейчас мы спокойно разговариваем. Так что не стоит опасаться меня, как и моих действий.

— Хорошо. Я готова. Только не убивай.

Губы парня растянулись в ухмылке, а глаза сверкнули хищным блеском. Удивленный взгляд кофейных глаз. Он не ожидал от меня такой покорности. Видимо, это его смутило, потому что, как только он отвернулся, я сорвалась с места и отчаянно вырывалась, когда онГлеб пытался притащить меня домой.

Было сыро, холодно, но не так холодно, как в городе, и не так сыро, как во время дождя. Я была рада, что на мне куртка, ведь в ней мне было теплее. По крайней мере, от ветра она меня спасала.

— Ну тогда запрыгивай, красотка. Ехать недолго, но ты еле на ногах стоишь. Глеб открыт мне дверь, я спешно залезла на переднее сидение, рядом с ним. Внутри машина выглядела более, чем роскошно: кожа, дерево, хромированные детали. Дорогой салон, кондиционер, музыка — все, что нужно для приятной поездки. Я улыбнулась, на что он ухмыльнулся в ответ и завел машину. Дорога домой была быстрой и приятной, ночная Москва вдохновляла меня, что это ещё не точка в моей с ней истории. Я откинулась на спинку сиденья, чувствуя, как быстро билось сердце. Подумать только, я ехала в неизвестном направлении с абсолютно чужим мне человеком. Нас связала общая боль расставания, пожалуй, единственное связующее. Мы из разных миров. Он — безбашенный, импульсивный дурак, а я — боязливая провинциальная девочка, которая в Москве отроду не была. Наш союз априори невозможен. Это абсурд. Я не удержалась и провела пальцем по одной из позолоченных рельефов. — Ты это, поосторожнее там, — Глеб подмигнул мне. — Не расплатишься ведь, а я натурой не беру. — Кто сказал, что я вообще дам натурой? — зависла я, отчего Глеб рассмеялся. В воздухе витал запах цветущей вишни. Я вдохнула полной грудью и выдохнула. — Тот козел, что выгнал тебя, не достоин такой девушки. Он не стоит ни одной твоей слезы, — неожиданно произнес он. — К тому же, ты красивая. — Спасибо, — искренне посмотрела на него я, благодаря да поддержку. — Не убивайся насчёт Светы. У них с Антоном… — Любовь? А кем тогда был я? Мальчиком на побегушках? Молоденькой секс-обслугой? — Желваки Глеба заиграли, его явно злило все то, что происходило в последнее время. Он круче сжал руль, мрачно глядя на дорогу. — Это не так, — мягко поправляет меня девушка. — Ты был частью её жизни. — Пока был удобен. А сейчас где она? — Там же, где и мой Антон, Глеб. Мне тоже тяжело. Поверь, меньше всего сейчас я хочу разбираться в причинах их поступков. Просто нужно время и спокойствие. По крайней мере, мне. Он сочувственно глянул на меня, расслабляя плечи. — Да, да, прости, прости, меня унесло, — Глеб совсем растерялся, слушая меня. — Все, ни слова о них. Честное слово. — Да я верю. — Поспи пока. Я живу в частном секторе, отдельные многоквартирные дома и апартаменты, поэтому придётся подождать. Далековато от твое квартиры, но я все еще надеюсь, что тебе понравится.

Кошмары заполонили и без того травмированное сознание: мне снился секс Антона и Светы. Как он нежно обнимал ее плечи, она страстно целовала его в губы, а он гладил ее грудь и ягодицы. Тем временем я стояла в стороне и молча наблюдала за ними. Мне казалось, что я слышу их вздохи и стоны, чувствую, как они прижимаются друг к другу. Это было так реально, что по телу пробежал холодок. Сон был настолько ярким, что у меня даже мурашки пошли по коже. Я проснулась в холодном поту.

— Куколка, просыпайся, — голос у мужчины был приятный, глубокий и с легкой хрипотцой. — Вставай, соня. Иначе я возьму тебя на руки, и никакая борьба тебе не поможет.

— Да иду я, иду.

Апартаменты в самом деле оказались просторными, обставленными дорогой мебелью. На полу лежал чудесный ворсистый ковер, а стены были отделаны деревянными панелями. В комнате имелось четыре огромных окна, из которых открывался прекрасный вид на море и горы. Пока я осматривалась, в комнату вошел Глеб, ухмыляясь моей реакции.

— Ну, как тебе? — спросил он, подойдя ко мне.

Я подошла к окну и выглянула наружу. Вид был просто восхитительный, особенно если учесть, что Глеб жил на окраине.

— Спасибо, что пригласил. У тебя очень уютно.

— Прибереги благодарности на попозже. У меня есть идея, как скрасить тебе вечерок до самого конца.

Я слегка остановилась перед Глебом. Его слова меня зацепили, будто он хотел спасти меня из той тьмы, которая окружила нас обоих. Мы были знакомы всего день, не был идеальным человеком, у него были свои слабости, и я их знала, но он искренне желал помочь мне. С огоньком в глазах. В душе я хотела верить ему, хоть и не знала его. Некоторое время мы молча смотрели друг на друга. — Зависит от того, что ты задумал, — слабо улыбнулась я, пока Глеб подходил со спины. Его сильные руки притянули к себе, тёплые объятия сзади успокаивали. — Мне на сегодня хватит сюрпризов, да и тебе тоже. — Ох, поверь, от такого не отказываются, — его тёплое тело, слышимый стук сердца, горящие глаза, словно в них искрила капля безумия. — Пойдём со мной. Глеб повёл меня вглубь своих апартаментов, огромных, но таких тёмных. Поднявшись на второй этаж, он слегка кивнул на неприметную дверь, а после раскрыл ее. В тот момент у меня точно отвисла челюсть, хоть я и явно пыталась сдержать себя в руках. Посреди огромного помещения стоял бассейн с голубой подсветкой. Его дно спускалось вниз под углом, и там же находилась лестница. Дно бассейна было отделано белым мрамором, а над ним возвышался белый же купол. Я подошла ближе к краю бассейна. На этом фоне было видно, что пол выложен светлыми плитками, которые заканчивались в нескольких метрах от лестницы, ведущей к воде. Она была теплой, мягкой, обволакивающей, точно парное молоко. В свете ночного города, что проявлялся сквозь панорамные окна, вода переливалась всеми цветами радуги. — Как красиво… — выдохнула я. — Умеешь удивлять, господин похититель. — Ай-ай-ай, как некрасиво, — фирменная ухмылка озарила его лицо при виде моего детского восторга. — Я пытаюсь ее расшевелить, а она потом меня преступником выставляет. И не стыдно ли? Не знала, что мною двигало, в воздухе были растворены специальные феромоны, или мое тотальное одиночество наконец сказалось на поведении, но мозг отключался стремительно. Глеб стоял в десятках сантиметров, я слышала его тяжёлое дыхание, видела, как глаза цеплялись за мои эмоции. Перестав управлять рассудком, я медленно, точно плывя, подошла к нему в темноте, и легонько прикоснулась губами к его щеке. Нежный поцелуй длился мгновение, но это мгновение показалось мне вечностью. — Нет, не стыдно, — сказала я, все ещё находясь в трансе. — Ты даже не спросил моего имени, а уже привёл в свой бассейн. — Принцесса, я запомнил твоё имя ещё в день нашего знакомства. Вик-то-рия, — произнёс по слогам, смаковал, пробуя на вкус. — Только смотреть будешь? Лично я уже мечтаю прыгнуть в воду. Глеб медленно стянул с себя футболку, оставшись лишь в плавках. Я хотела отвернуться, но он придержал меня за плечи, настаивая на доверии. Взгляд невольно зацепился за кубики пресса. — Любуйся, я разрешаю. — Вот ты дурак самовлюблённый, конечно. — Ни капли! — рассмеялся он в ответ. — Так что, ты идёшь со мной? Поверь, в такой компании скучно точно не будет. — Не сомневаюсь, но… у меня нет одежды подходящей, а без неё я стесняюсь. — Куколка, это не проблема. Бери мою футболку и прыгай сюда. Обещаю не подглядывать. Я бросила на него укоризненный взгляд, а Глеб, напротив, сделал вид ангелочка. На мне был лишь тот самый халат и кружевные трусики. А футболка не смогла бы перекрыть тело целиком. Парень будто прочёл мои мысли и бросил невзначай: — Бери ту серую футболку, она длинная и плотная, перекроет все, чем так стесняешься хвастаться. — А гардеробной нет? — наивно спросила я, будто бы Глеб мог ответить мне положительно. — Ах, совсем забыл. Уборщица сегодня приходила и случайно, как назло, утопила ключ где-то в бассейне. Поэтому принцессе придётся перебороть свои страхи и раздеться перед злобным цербером. — Да пошёл ты, — то ли с усмешкой, то ли с злостью бросила я. — Если увижу, что ты подглядываешь… — Накажешь меня? Прыгнешь ко мне и начнёшь бороться? Давай, я только «за», — опять самодовольная ухмылка и взгляд, достойный лишь короля. Я отвернулась от Глеба, быстро развязала с себя пояс от халата. Грудь наконец-то была освобождена от плотной ткани, я осталась лишь в трусах. После сняла с шезлонга футболку и надела на себя. Несмотря на мои просьбы, все это время я продолжала чувствовать на себе дикий пристальный взгляд внимания. Обернулась, но Глеб уже успел отвернуться в другую сторону.

— Вот ты извращенец, конечно.

— Симпатичные трусики, принцесса, — улыбнулся мне Глеб, разгоняясь перед прыжком. Я побежала за ним в бассейн.

Он нырнул в воду, а я последовала за ним. Вынырнув, он улыбнулся мне, показав свои белоснежные зубы, и подмигнул мне. Я улыбнулась ему в ответ.

— Ты чего улыбаешься? — спросил он меня, когда мы уже были в воде.

— Тому, что ты меня подталкиваешь на сумасшествие.

— Неверно. Ты становишься причиной моего сумасшествия.

Глеб нырнул и стал плыть под водой. А я наблюдала за тем, как он плыл. Необычно было видеть его под водой, но это было в какой-то степени завораживающе. Через некоторое время Глеб всплыл на поверхность. Он посмотрел на меня и сказал:

— Ты так надеялась, но даже моя одежда не выдержала напора хлорки и моей надежды.

Я опустила взгляд вниз и поняла, что практически была голой. Ткань промокла насквозь, грудь проявилась в явных очертаниях, а соски выглядели довольно отчетливо. Меня тут же переполнило чувство стыда за мою наготу, рука невольно поднялась, чтобы скрыть оголения. Но Глеб подплыл ближе и задержал руку, так и не дав совершить задуманное.