Чтение онлайн

— Здравствуй, — недобро отрезал Антон, явно скрывая интерес к моим ногам, обрамленным в чулки. — Не позволишь поинтересоваться, какого черта ты творишь?

Я молча прошла мимо него, не удостоив даже взглядом. Антон постарался сохранить хладнокровие, но даже он не смог сдержать отвращение в голосе.

— Ты хоть знаешь, во что ввязалась?

— Я знаю, что ты — подонок, который кинул меня, подставил, и я не собираюсь тебе это забывать, — ответила я, а потом, развернувшись, ушла. Он схватил меня за руку, когда я уже собиралась уйти в другую комнату.

"Не сейчас", — подумала я, вырываясь. Антон попытался снова взять меня за запястье, но мне удалось вырваться. Он замахнулся для удара, но я успела перехватить его руку. В глазах Антона я видела ненависть, но его рука не дрогнула.

— Сколько раз я говорил тебе не уходить, пока я говорю с тобой? — прошипел он, хватая меня за предплечье. Я знала, что он имеет ввиду — он не привык, чтобы его слова игнорировали.

— Во-первых, прекрати так хватать меня. Я тебе не девочка, которую ты можешь лапать так, как тебе вздумается, — злобно ответила я, вырывая свое тело из его рук.

— А во-вторых, — Антон посмотрел на меня своими карими глазами, налитыми кровью. — Ты кто такая, дорогая, чтобы указывать боссу, что ему делать? Договор дороже денег. Захочу — опущу прямо здесь, не захочу — вылетишь из Москвы так скоро, что обратно не вернешься. Мне решать, что делать с тобой. Поняла?

Я промолчала. Сердце мое бешено заколотилось, а в голове пронеслась мысль о том, что я действительно смогла бы его убить. Было видно, что он не шутил. Его взгляд был настолько серьезен, что я не могла даже пошевелиться.

— Забудь о наших отношениях. Ты выбрал жену. Так катись к ней, а обо мне не вспоминай! — резко ответила я и ударила его по лицу. Он, не ожидавший от меня такой реакции, замер в шоке, а после подошел, заговорил сквозь зубы и, схватив за плечи, прижал к себе.

— Постой, постой. Не так быстро, Виктория. Ты отдалась первому встречному буквально через день нашего расставания, а выставляешь мудаком меня? — сквозь бархатный смех Антона была слышна боль. — Ты помнишь условия нашего контракта? Я уверен, таки да.

— Опять будешь потакать меня этой чертовой подписью? У тебя же так прекрасно получается выставлять меня беспомощной!

— Да нет, напротив. Мне осточертело терпеть твои выходки, твой идиотский характер твои бестолковые речи. Мне не нужна твоя лживая любовь. Не нужен ребенок от тебя.

— О чем ты говоришь, мать его? — импульс прошелся по телу болезненной волной.

— Ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду, детка. Я хочу сказать, что мне надоело притворяться и лгать тебе. Я устал делать вид, что у нас все хорошо, когда это совсем не так. Я больше не хочу изображать из себя крутого любовника, который счастлив быть рядом с тобой, которого ты так боготворишь.

— Между нами был лишь секс? — я сдерживалась до последнего, но слезы сами стыли в моих глазах. — Ты использовал меня только ради этого?

— Естественно, наивная, глупая девочка. Я не знаю, чего ты от меня ожидала, — он смотрел на меня исподлобья. — Любви? Не смеши меня. Ты никогда не знала меня. Ты не знаешь, что такое "любовь".

Я знала, что такое любовь, я видела, как она расцветает в сердцах людей. Как она преображает их, заставляет забыть о ненависти, о жажде мести, о боли и страданиях. Любовь способна творить чудеса, она вдохновляет, она толкает на подвиги, и, если человек в нее верит, он никогда не утонет в пучине своего отчаяния. Если же он в нее не верит, то нет ничего хуже, чем жить во лжи, потому что жизнь во лжи означает не что иное, как жизнь без любви.

— Я ненавижу тебя. Всем своим глупым, как ты сказал, сердцем.

— Ненавидь, сколько хочешь. Мне все равно, — он встал и пошел к двери. — Если это все, что ты можешь сказать, то выходи на улицу. Мы едем в аэропорт, — я не успела договорить.

Он хлопнул дверью. В горле стоял ком, и я, не в силах больше сдерживаться, зарыдала. Слезы катились по моим щекам, а перед глазами вставали картины нашей любви. Как он шептал мне слова любви, как целовал меня, его руки касались меня везде, где могли. Все это казалось таким прекрасным и нереальным. И я верила. Я верила ему.

В голове кружились мысли о том, что я снова потерпела поражение. На этот раз не только в отношениях с ним, но и с самой собой. Он был прав, я действительно любила его. Любила до сих пор. И ненавидела в то же время. И все мои эмоции, все чувства, которые были вложены в него, были настоящими. А с его стороны все было гребаной фальсификацией.

Мы ехали молча. Никто из нас не знал, что сказать. В машине было невыносимо душно, но открывать окна я боялась. На улице было слишком много посторонних глаз. Словно мы были на сцене, а вокруг собралась толпа. Странные чувства одолели меня.

С одной стороны мозг прокручил все те слова, что мне успел сказать Антон, конвертируя их в боль и разочарование. С другой, я, сама не зная причины, вспоминала все те хорошие моменты, которые мы успели прожить вместе.

— Ты слишком долго собиралась, — зло констатировал Антон, следя за дорогой. — Мы можем опоздать на самолет.

— Мы? Тебе ли не плевать, как я буду справляться?

Мужчина неспокойно выдохнул и перевел взгляд на меня. Мне стало некомфортно от одного его взора.

— Как бы то ни было, я остаюсь твоим главным начальником. Несу за тебя ответственность…

Я не дала ему договорить. Резко выдохнула и отвернулась к окну. В голове пронеслись мысли о том, что я, наверное, никогда бы не смогла заслужить его любви и заботы. Наверняка, он никогда не думал обо мне как о женщине, а лишь как о помощнице. Просто секс-игрушка для удовлетворения своих потребностей.

Не хотела больше чувствовать себя униженной, как и не хотела быть для него просто игрушкой. Лучше уж быть шлюхой, чем такой же подстилкой, которая готова лечь под любого, кто заплатит.

Посадка на рейс была уже через два часа. Я не смотрела на свои часы, но чувствовала, что, если не потороплюсь, я могла спокойно пропустить самолет. Я должна была быть там, чтобы он понял, что я могу быть сильной и независимой, а не только податливой и зависимой.

Но в тот момент машину развернуло так резко и грубо, что я и забыла думать. Антон громко выругался и вывернул руль, а я еле удержалась, чтобы не улететь в другой конец салона. Вдруг машина резко остановилась, и я чуть не упала на Антона. Он выругался еще раз, и мы снова двинулись вперед.