Чтение онлайн

Глеб помог мне вылезти из бассейна, ведь мое состояние было мягко говоря непригодным: ватные ноги, замутненные глаза, учащенное дыхание и еще куча разных приятных остаточных признаков того, что у человека был отменный секс.

— Ты в порядке? — спросил он, когда я, наконец, выбралась из воды. Капельки воды сексуально стекали по кубикам пресса, бездонные глаза изучали мое тело.

— Мне очень хорошо с тобой, — я улыбнулась, глядя на него. Глеб протянул мне полотенце, чтобы я хоть немного согрелась. Я приняла его, как знак доверия и не отводила глаз. Он начал вытирать меня, а я в это время рассматривала его тело, любуясь им.

У Глеба были широкие плечи, грудь, которую хотелось гладить, длинные ноги и длинные пальцы на руках. Я посмотрела на его лицо и почувствовала, что краснею. Его глаза впились в мой взгляд, я не могла отвести от него глаз, мне было стыдно. Глеб улыбнулся и убрал полотенце в сторону.

— Принцесса, с тобой точно все в норме?

— Не знаю, — обессиленно протянула я, уткнувшись парню в грудь. — Еще недавно я была серой мышкой при большом боссе, а уже сегодня трахаюсь с первым встречным. Ты даже младше меня, Глеб.

Я приподнялась на локтях, чтобы заглянуть ему в глаза. Он смотрел на меня с улыбкой, но это была не та улыбка, что всегда. Это была улыбка человека, который все знал.

— Для тебя это так важно? Не имеет значения, кто родился раньше, главное, что нам комфортно вместе, Вик. Поверь мне, я знаю, что говорю.

Он поцеловал меня в висок и откинулся на подушку. Я смотрела на него, и видела перед собой совсем другого человека. Теперь он был не таким, каким я привыкла его видеть. Задумчивым, серьезным, рассудительным. В нем появилась какая-то уверенность.

И все это время я невольно ощущала какую-то дичайшую недосказанность. Будто Глеб говорил не полностью, а загадками, не раскрывая души наизнанку.

— Ты прав. Это совсем не важно.

Мы спокойно отдохнули, а после вышли из бассейна. Я пошла рассматривать апартаменты, пока Глеб решил освежиться в душе.

Его квартира выглядела стильно, дорого и красиво. На кухне пахло кофе, а в холодильнике лежали всевозможные продукты. В гостиной на диване лежал мой любимый плюшевый медвежонок, рядом с ним стояла тарелка с печеньем, а рядом — бутылка вина.

Я подошла к столу и взяла бокал, закусывая печеньем. Оно было такое вкусное, что у меня потекли слюнки. Взяв еще одно печенье, я села на диван и стала рассматривать фотографии, которые были на стене. Они были очень красивые, и я немного отвлеклась от своих мыслей. Камин, который был сделан из красного рудного камня, красиво переливался разными цветами.

Фотография со Светой. Они были где-то на островах, шикарный океан, песчаный пляж и бесконечное счастье на лицах. Глеб тут был совсем парнишкой, лет 18, не больше. Выходит, они были вместе достаточно долго. Она была дьявольски красива, как и сейчас, но слегка моложе. На ней было белое кружевное платье, которое подчеркивало ее безупречную фигуру.

А глаза… в них можно было утонуть, если бы не ее улыбка, которая ослепляла, а взгляд гипнотизировал. Змея, готовая на все, чтобы соблазнить жертву. С такими глазами не жить, с ними можно только умереть. Ее улыбка была настолько загадочной, что у меня по телу пошли муражки. Она будто смотрела мне в самую душу.

Прошла дальше по коридору, к тому моменту уже из душа вышел Глеб, укутанный в полотенце, вытер волосы, и посмотрел на меня. Я не могла не заметить, как он красив. На нем были черные шорты, которые прекрасно обтягивали его накачанные мышцы, белая футболка, которая подчеркивала его загорелую кожу. Он подошел ко мне, смотря на меня с улыбкой.

— Ты чего? — спросил он, обнимая меня за талию. Я была в его футболке, которая была ему чуть ниже пояса, от чего я чувствовала себя крайне игриво, примерно так, словно выпила не меньше литра шампанского. — Уже успела оккупировать всю квартиру, нашла заначку с вином? Признавайся.

— Нет, всего лишь смотрю на тебя, такого красивенького, голенького, — протянула я, обнимая Глеба за торс.

— Та-а-а-к, — улыбнулся моему состоянию Глеб, держа мое равновесие. — Вика у нас уже пьяненькая.

— Чуть-чуть.

— Тогда пойдем спать.

Я улыбнулась и кивнула. Глеб взял меня на руки и понес в сторону моей спальни. Положив меня в кровать, он лег рядом со мной.

Мое следующее утро оказалось на удивление приятным. Проснувшись в восемь утра, я осознала, что в кровати находилась совершенно одна. За окном еще не успело подняться солнце, как я поняла, что сегодня новой спокойной жизни пришел конец. Сегодня я должна была бросить Глеба и улететь в Казань — все так, как велел мне Антон. Но вместо этого я не смогла заставить себя вылезти из постели и начать собираться. И не потому, что мне не хотелось ехать в аэропорт или встречаться с Антоном. Хоть это и было откровенной ложью. Я боялась видеть Антона после всего, что произошло между мною и Глебом. После того, как босс обошелся со мной, выбрав Светлану. После всех его слов, которые он произнес в мой адрес. После всего, что я сделала, чтобы спасти Антона. Я не хотела видеть его. Он был моим врагом, и я не хотела видеть в нем любимого. Но он продолжал оставаться моим боссом. И Антон Дмитриев по-старому обладал огромной властью надо мной. Мне не хотелось, чтобы Антон видел меня такой… подавленной, униженной, растерзанной. Даже если он и хотел бы увидеть во мне ту прежнюю девушку, которая была ему верной пленницей. Не позволила бы ни за что. Через силу встала с постели. Мороз обладал мое тело насквозь — видимо, вчерашние игры в бассейне не прошли даром. У меня было примерно четыре часа на сборы, прежде чем Антон заехал бы за мной и отвез меня в аэропорт, подальше от Москвы и ее будничных проблем. А главное, что и от него самого. На кухне я обнаружила чашку свежего кофе и записку от Глеба: «Возникли неотложные обстоятельства. Приеду совсем скоро. Не скучай, принцесса!» По крайней мере, у меня была объективная причина, почему я могла так бесстыдно свалить из его дома после секса. Не у него бывают срочные вопросы. Дальнейшие сборы проходили слишком интенсивно. Пожарила яичницу с беконом, порезала овощной салат, допила кофе, что сварил для меня Глеб. Быстро сходила в душ, высушила волосы, сделала укладку и макияж. В таком же темпе был выбран наряд. Я надела джинсы, белую футболку, черную жилетку на голое тело и черные классические туфли на небольшом каблуке. Волосы зачесала наверх, закрепив их заколкой. Вещи упакованы в маленькую сумку. Как бы я ни противилась, все мысли вновь и вновь устремлялись к боссу. Вспоминала его слова, его прикосновения, его запах. Как бы я не старалась, не пыталась забыть, он упорно лез в мои мысли и не давал покоя. Копаясь в себе, всплыла мысль, что я и вовсе переспала с Глебом только лишь ради мести Антону. Мне просто хотелось ощутить то, что чувствовал он, когда выбрал другую женщину, а не меня. Но мои чувства были далеки от счастья. Был секс, была эйфория и страсть, но явно не любовь. И вот именно тогда, я поняла, что Антон для меня как наркотик. Я не могу без него. Он единственный, кто делает меня счастливой. Боль и любовь, смешанные в одном флаконе, вновь и вновь отрезали мне крылья, выращивая на их месте новые. Это была моя ошибка, что так сильно влюбилась. Самая главная ошибка. Я чувствовала, как мое сознание медленно погружается в сон. Но вдруг раздался звонок: — Привет, — грубый, сухой, чужой голос разбудил меня своим ледяным тоном. — Я стою под твоим домом. Черт. Под моим домом. А я была дома у Глеба, о чем Антон, конечно же, и в помине не знал! — Здравствуй, Антон, — сохранила такую дистанцию, хотя в душе хотелось расплавиться, точно сахар в пустыне. — У меня форс-мажор произошел, ты сможешь подъехать на новый адрес? Он неодобрительно хмыкнул, размышляя. — Ты не ночевала дома? — он постарался оставить безучастный тон, будто его это не трогало, но нотки тембра выдали его недовольство. — Подробности моей личной жизни вас никак не касаются, Антон Дмитриевич. — Виктория, вам не кажется, что… — мой дерзкий ответ ошарашил его, а я была горда тем, что сумела отстоять и ответить достойно. — Адрес сброшен вам в сообщениях. Приезжайте так скоро, как только сможете. Я сбросила трубку перед тем, как он успел ответить мне что-то. Через каких-то полчаса мой страшный кошмар и самый желанный грех в одном обличии мой босс уже мог забрать меня. И от этой мысли колени начинали трястись, а сердце — бешено колотиться.

Я попыталась взять себя в руки, но тут же поняла, что это бесполезно. Так как не могла себя контролировать. Не могла. Это было выше моих сил.

— Успокойся, — сказала я себе. — Ты должна успокоиться. Ты этого хотела. Ты говорила с ним. Он согласился. Все идет так, как надо.

Но и это было ложью. Оставалось только ждать своей участи, медленно и мучительно.

Время пролетало сквозь меня со скоростью света. Все те несчастные полчаса я была в сомнениях и раздумьях, чего мне стоило ожидать от встречи с Антоном. Безусловно, боль на сердце еще не утихла, напротив, только продолжала разрывать мое сознание на кусочки.

Я верила ему, верила в нашу сказку, а он разрушил все, оставив пепелище на месте моей любви к нему. Выбрал другую. Изменил. Я не чувствовала вины перед Глебом, хоть и поступила, как последняя тварь. Он даже не знал, что сегодня я должна улететь. И, как бы то жестоко ни было, он и не должен узнать о том, что наша с ним история не больше, чем лекарство от одиночества.

Мерзко, склизко внутри, будто меня облили ведром грязи и оставили умирать в тридцатиградусный мороз. Ненависть в крови достигла накала, кровь вскипела практически до финальной точки. Я еле сдерживала себя, чтобы не пойти и не разбить всю посуду в этом чертовом доме Глеба. Но я желала, чтоб Антон понял, словно мне было все равно. Чтоб сделать ему так же больно, так же ужасно, как было мне.

Лучшая месть — безразличие, это факт. Но сохранять безучастное лицо было все сложнее и сложнее.

Как назло, прозвучал стук в дверь, пока я старательно натягивала черные чулки. Посмотрела в глазок и обомлела. За дверью стоял мой главный страх и главная мечта. Антон всем грозным видом показывал, как ситуация с моими новым парнем его раздражала.

Одет, как всегда, с иголочки: дорогое темное пальто, кожаные перчатки, из-под которых виднелась белоснежная рубашка и галстук, и костюм, который был на нем в тот день, когда я впервые его увидела. Волосы были тщательно уложены, а из кармана пиджака торчал дорогой портсигар. Он стоял, опершись о стену и скрестив руки на груди. Я молча провернула ключ, отворяя боссу дверь.