Чтение онлайн

Он замолкает, увядая под моим пристальным взглядом.

– Канна? – еле произношу я. – Дочь леди Дуни?

Меррин выглядит опустошенной.

– После гибели сестры она устроила переворот – при поддержке командира Тео и остальной стражи отняла власть у матери. Мать с отцом она держит взаперти, а сама захватила Облачный Дворец. На вечеринке у лорда Мвулы была представительница от Белого Крыла, и леди Канна приказала ей следовать за нами и передать мне своё предложение…

– Какое предложение?

– Принять меня в Белое Крыло.

Ужас пробегает по телу.

– То есть когда ты улетел от нас после ссоры на яхте – именно тогда она и вышла на тебя?

– Пойми же, Леи, – умоляет Меррин, – я этого не хотел! Меня вообще это не волнует! Я всегда был предан клану Ханно, но после того, что они сделали... – его голос становится кислым. – Кетаи Ханно – неподходящая кандидатура для руководителя этой войной. Ты это прекрасно понимаешь, Леи. Ты не доверяла ему с того момента, как встретила. Я это видел. Но это было до тех пор, пока Бо...

Он замолкает, отводя взгляд.

– Майна и Цаэнь – они позволили ему умереть. А потом они использовали Хиро, как будто он для них ничего не значил, как будто его жизнь – всего лишь разменная монета в их стремлении к власти. Когда я понял, что именно Майна убила Эолу в Облачном Дворце, это стало последней каплей. Я знал, что не смогу поддержать лидера, который настолько пренебрегает жизнями других. Такой Король у нас уже есть. Другого нам не надо.

Хуже всего то, что Меррин прав. И это злит меня ещё больше всего. Мне приходится напоминать себе дышать; я впиваюсь ногтями глубже.

На лице Меррина написано страдание.

– Я понятия не имел, что она выдаст королевской армии расположение лагеря! – плачет он. – Она пообещала, что будет только отборная стража Белого Крыла – ровно столько, чтобы справиться со всеми без особого применения силы. Вот почему я велел всем вернуться на лодку – чтобы больше никто не пострадал. Тебя должны были доставить во дворец Белого Крыла и держать там с леди Дуней и лордом Хидейем, с которыми клан обращается хорошо. Леди Канна обещала мне, что никто из вас не пострадает, – повторяет он, как будто от этого его слова станут правдой.

Однако, пока мы говорим, это становится неправдой.

Прямо сейчас, преодолевая мили пустой, залитой лунным светом пустыни, Майна, Цаэнь, Лова, Оза, Нор и другие воины Клана Кошек в одиночку противостоят армии из сотен демонов.

Я отшатываюсь в сторону, меня тошнит.

— Леи... – начинает Меррин.

– Не подходи ко мне! – я сглатываю, пытаясь унять бешеный стук сердца и крови в ушах. Я провожу тыльной стороной ладони по рту, затем объявляю: – Я возвращаюсь.

– Ч-что?

Не обращая на него внимания, я разглаживаю одежду и проверяю дрожащими пальцами свои раны. Бинты Озы на предплечьях держатся хорошо, но левое плечо ободрано там, где меч демона-собаки пронзил плоть. Боль пульсирует внутри и становится всё сильнее. Со временем она будет только усиливаться. Я изо всех сил поправляю ткань рубашки, чтобы внутрь не попал песок.

– Оставайся с Ниттой, – приказываю я Меррину. – Убедись, что она доберётся до Ханно в целости и сохранности.

– Тебе не дойти до них пешком! – кричит он, когда я трогаюсь в путь, еле волоча ноги по песку. – До них отсюда много миль!

Я поворачиваюсь, мои глаза сверкают:

– Не указывай, что мне делать! Ты даже не представляешь, на что я способна!

Он не отвечает, и я разворачиваюсь, сжимаю руки в кулаки и тащусь дальше. Пустыня колышется передо мной. Песчаные холмы, залитые звёздным светом, простираются до мерцающего горизонта, где зарождаются первые признаки нового дня. Небо окрашено бледно-розовым – цветом единственной капли крови в воде.

Идя дальше, я вспоминаю, как мы с Майной в последний раз нормально разговаривали – ту ужасную ночь в хижине, когда казалось, что наступает конец света.

Всё рано или поздно закончится.

Сколько ещё убийств ты совершишь во имя справедливости, пока не поймёшь, что ничем не отличаешься от тех, против кого мы призваны бороться?

Я ничем из этого не горжусь. Но если это поможет нам свергнуть Короля или остановить террор против Касты Бумаги по всему королевству и сделать Ихару снова безопасной для нас всех, тогда всё это стоит того.

Ничто не стоит того, чтобы потерять себя.

Я от этого не стала другой, Леи, Леи. Такой я была всегда. Вот что я пыталась рассказать тебе касательно своего слова на благословение рождения.

Жертвовать – не значит быть бессердечной! Знаешь, всё это время я считала, что Король – наш единственный враг. Теперь я понимаю, что всё это время был ещё один — твой отец, Ханно, все вы.

Как я могла так ей говорить? Майне, которая всегда любила и защищала только меня. Которая борется за то, во что верит. Которая готова сжечь дотла весь мир, лишь бы уберечь меня.

Она считает, что я её ненавижу.

Она умрёт с мыслью, что я её ненавижу.

Ноги скользят по песку, пока я взбираюсь на дюну. Я падаю. Левое плечо пронзает боль. С низким, гортанным рычанием я снова поднимаюсь, но потом опять падаю.

Боль, обезвоживание и истощение накатывают на меня волнами, после каждой из которых я становлюсь ещё несчастнее. Ноги подгибаются. Я падаю на песок ничком и беспомощно хватаюсь за прохладные крупинки, просачивающиеся между пальцами, столь же неуловимые, как и энергия, которую я пытаюсь призвать.

– Вставай! – кричу я себе. – Вставай!

Песок забивается в рот, но тело уже не подчиняется. Голова кружится. Чернота расползается по краям зрения.

– Майна… – шепчу я, прежде чем темнота окутывает меня полностью, как одеяло ребёнка или мёртвое тело.

Когда я просыпаюсь, уже светло. Должно быть, рассвело совсем недавно, горизонт светится тем же красновато-розовым цветом, который я видела ранее. Бледный свет заливает пустыню, ещё не жарко.