Чтение онлайн

Из моего горла вырывается рычание. Я сжимаю кинжал дрожащими руками, пытаясь удержать клинок солдата. Даже несмотря на чары своего оружия я чувствую, как руки слабеют.

Освещённый пламенем силуэт Меррина проплывает над головой. Недалеко от нас раздается ещё один тошнотворный глухой стук; в воздухе раздаются новые крики боли.

Демон-рысь силой отвёл мои руки к груди. Толстый конец его сабли касается моего левого плеча, сначала нежно, как поцелуй, затем покусывает – поцелуй с зубами.

Медленно, очень медленно лезвие погружается. Мышцы ноют от усилий, когда я пытаюсь удержать его. Но демон слишком силён, и его сабля проникает всё глубже.

Боли пока нет, только сильное давление.

А затем давление возвращается к норме.

Солдат-рысь с бульканьем падает в сторону. Кровь хлещет сбоку из его шеи, а голова медленно отрывается от того места, где лезвие Майны оставило глубокую кровавую рану.

Первой падает его голова, секундой позже – тело.

Я смотрю, тяжело дыша, его горячая кровь брызжет мне в лицо.

Майна уже развернулась, её мечи-близнецы вращаются в яростном металлическом вихре вокруг тела. От неё исходит магический треск. Хотя солдат за солдатом гибнут вокруг неё, на смену им приходят новые.

У меня как раз хватает времени, чтобы прижать руку к плечу, почти удивляясь тому, что она становится влажной и красной. Я чувствую шорох воздуха над головой.

Я уклоняюсь в сторону. Лезвие проходит так близко, что срезает прядь моих волос. С рычанием я разворачиваюсь, нанося удар. Мой кинжал попадает солдату — высокому, широкоплечему демону-псу – в верхнюю часть левой руки, вспарывая рукав его чёрной солдатской бацзюй.

Он отвечает шквалом поспешных ударов. Металл сталкивается, мы пишем песню своими ударами и контрударами, тяжёлое дыхание создает уродливый ритм.

Солдат-пёс неумолим. Хотя я и пытаюсь наносить смертельные удары — Цаэнь всегда учил меня наносить точные и быстрые удары, чтобы экономить энергию, — это невозможно. Он смеётся, его клинок танцует в воздухе, отбрасывая меня назад.

Нога наступает на тело на песке позади меня.

Я оступаюсь о комковатую массу, теряю равновесие и вижу, что машу руками, падаю назад и растягиваюсь на земле.

С уродливой ухмылкой пёс-солдат подпрыгивает в воздух…

Направляет острие своего меча вниз…

Яркая струйка крови вырывается из его живота, прежде чем он успевает пронзить меня.

Тело солдата плавно переламывается пополам.

Его ноги и бедра падают на землю. На одно долгое, сюрреалистическое мгновение кажется, что верхняя половина его тела парит надо мной, подвешенная в воздухе, покрытое коричневой шерстью лицо демона смотрит на меня сверху вниз с торжеством.

Я отталкиваю локтем его меч как раз перед тем, как на меня приземляется его разрубленный торс. В промежности и ногах становится тепло. Сначала я думаю, что описалась. Потом понимаю, что это кровь солдата.

Я сбрасываю с себя его тело, меня тошнит.

Когда я, пошатываясь, поднимаюсь на ноги, увязая в пропитанном кровью песке, передо мной встаёт огромный демон.

– Тебе же приказывали не убивать девушку, – рычит генерал Ндезе.

Он пинком разбрасывает разрубленные половинки пса-солдата. Кровь капает с изогнутых серповидных лезвий его оружия.

У меня леденеют вены. Я пробую поспешно развернуться, делая круг с высоким ударом ногой, но генерал Ндезе отбивает мою ногу, словно муху.

Демон-крокодил выше меня более чем в 3 раза. У него огромная фигура, созданная из напряжённых мышц и тёмной кожистой оболочки. От света костра у него светятся глаза, обрамляя его силуэт мерцающим золотом. Его иссиня-чёрная мантия почти в идеальном состоянии, подолы рукавов загнуты назад с нелепой асимметрией, толстый узел на талии удерживает рубашку, как кулак. Он смотрит на меня сверху вниз, рот кривится от отвращения. С его похожих на бабочек лезвий капает кровь.

Он улыбается.

– Леи-чжи, – приветствует он.

И бросается прямо на меня.

Я бегу.

Склоны дюны – это кладбище, заваленное трупами. Продвигаясь вперёд, я смутно осознаю, что мы выполнила план Ловы по разделению массы солдат на более мелкие группы, с которыми легче справиться. Битва бушует вокруг меня в рёве пламени и звоне мечей. Я перелезаю через упавшие тела. Проваливаюсь в залитый кровью песок. Я не оборачиваюсь, чтобы проверить, насколько близко генерал Ндезе. Зрение сосредотачивается на одном, может быть, двух метрах впереди. Каждое движение, которое я совершаю, инстинктивно.

Гора тел, оказавшаяся под одной из досок Меррина?

Не взбирайся. Обойди их.

Кричащий солдат несётся на меня?

Отклонись в сторону.

Действие – реакция. Просто, как выдох перед вдохом. Кажется, мои боевые навыки работают и при бегстве. Я тяжело дышу, пробираясь зигзагами сквозь корчащуюся массу сталкивающихся тел. Плечо кричит от боли, но от страха слёзы сохнут. Я сосредотачиваюсь только на том, чтобы остаться в живых и ставить одну ногу в сапоге перед другой. В какой-то момент я замечаю вспышку золотых волос, красивое, свирепое лицо девушки-львицы, но оно поглощается извивающимися телами слишком быстро, чтобы я могла его разглядеть.

В следующий раз, когда я вижу знакомое лицо, ошибки быть не может.

Впереди Шифу Цаэнь прорывает брешь в рядах королевских солдат. Он прыгает и вращается, его меч мелькает в воздухе. Он схлёстывается с пятью солдатами одновременно, сражаясь с ними с искусной точностью. Я меняю курс, проскакиваю мимо, испытывая облегчение от того, что вижу его живым и резво сражающимся…

И врезаюсь прямо в демона, который встал у меня на пути.

Я падаю назад, ветер вырывается из лёгких. Надо мной появляется голова: зелёные глаза, круглые уши, украшенные обручами и пирсингом, бежевый мех с бледно-коричневыми завитками в форме раскрывающихся лепестков розы.

– Леи! – ахает Нитта и поднимает меня. — Ты не ушиблась...

Она замолкает со стоном и покачивается, лицо её расслабляется, и она падает на колени.

Я хватаю её, глядя на тяжёлого солдата в форме быка, нависающего над нами. Он поднимает толстую деревянную дубинку, которой ударил её. Его лицо ничего не выражает. Полное сосредоточение.

Я прижимаю Нитту к груди и мечусь с ней в сторону, когда он опускает дубинку. По чистой случайности он попадает по оброненному мечу, лежащему в песке, о который я лишь по чистой случайности не поранилась, когда падала назад. Пока он пытается отцепить его, согнувшись пополам под ставшим теперь неуклюжим весом двух видов оружия, я полосую его по запястью.