Девять дверей. Секрет парадоксов
Шрифт:
Открыв глаза, я наткнулась на ещё один осуждающий взгляд. Марун, все это время, молча наблюдавший со стороны с мрачным видом, поспешно отвернулся к избитому парню.
– Отвечай на вопросы. Я - дознаватель из Логии, - он развернул удостоверение перед допрашиваемым.
– Я ничего вам не скажу!
– упрямо выговорил он разбитыми губами.
– Можно?
– робко спросила я разрешения детектива. Тот кивнул. И я подошла к парню и, присев перед ним на колено, прикоснулась руками к избитому лицу и выпустила из-под пальцев целительный огонь. Парень чуть скривился от жжения, а потом, когда раны исчезли, уставился на меня удивленными глазами.
– Кто ты?
– я спросила почти шепотом, потому что мальчишка выглядел ещё более напуганным, чем я, - Почему ты пришел сюда?
– Меня зову Лазар Гребнев - я визуар в "Посольстве 9-ти миров". Документы в кармане.
Бэрс вытащил у него из куртки красные корочки.
– Я должен был убить вас при первой возможности. Сегодня я увидел, как вы стояли возле регистрационного кабинета в "Посольстве" и узнал вас. Дориан Варк предупреждал меня, что такое может случиться. Он рассказал мне о готовящемся теракте, о том, что сеть террористов обширна и показал вашу фотографию и ваших сообщников, - парень кивнул на Бэрса, - и некоего Кремера Аравы. Я его потом видел в "Посольстве". Варк сказал, что как только Арава пойдет к вам на эту квартиру, я должен убрать его. Я проследил за ним. Он действительно направлялся сюда, как и говорил Варк. Я не колебался ни секунды и убил его.
– Что еще Варк поручал помимо слежки и убийства? – уже спокойно спросил детектив.
– Я должен был сразу предупредить его, если террористы появятся в Эгоцентриуме. Варк говорил, что вы каким-то образом узнали, что он хочет сорвать ваши замыслы, поэтому вышли на его след. Я так и сделал, как только Алексей Крынин стал спрашивать сотрудников "Посольства" о нем. Я понял, вы дышите ему в спину.
– Дурачок, - с сожалением произнесла я, - обычно не преступники гонятся за следователем, а наоборот. Этот человек, которого ты знаешь под именем Дориана Варка, на самом деле не дознаватель. Он использовал тебя.
Лазар поглядел на меня с ужасом и отчаянием. Возможно, в этот момент он стал осознавать, как обманулся и что натворил.
– Какие еще задания ты выполнял по его приказу?
– продолжал дожимать парня Бэрс, не особо ему сочувствуя.
– Он говорил, что здесь у нас ему не достать информацию, которая помогла бы в расследовании, потому что она засекречена. Для доступа к ней нужен официальный документ с печатями Логии и Эгоцентриума. Что в его мире эту бумагу выдали, а у нас из-за глупых формальностей он может упустить преступников. Варк показал мне документ с зачарованной печатью Логии. – взгляд паренька с надеждой на понимание метался от меня к Бэрсу.
– Поэтому я и поверил ему. Вечером влез в кабинет начальника следственного отдела и поставил печать на "разрешение". Мне повезло - чары с нее еще не слетели после долгого использования в течение дня.
Лазар опустил голову, было видно, что теперь он раскаивался в содеянном. Бэрс ушел на кухню поговорить с Гэрисом, который так и не выходил оттуда. Я на цыпочках прошла по коридору и из кухни услышала их разговор.
– Я отведу арестованного в "Посольство", а ты проводи Солари в гостиницу. Никуда не выпускай из номера, свяжи, если понадобиться.
Рис что-то тихо ответил ему, но я не разобрала. Зато ответ Бэрса было даже очень слышно:
– Да, она такая: себе на уме! Я сам, порой, не пойму, что творится в ее голове! Но нам и более непредсказуемые свидетели попадались! Но не дави на нее, а то мы потом с ней совсем не сладим. А у нас еще два дела не раскрыты до конца.
Слова Маруна были для меня, как пощечины. И они привели меня в чувство. "Что ж, дело, есть дело! Постараюсь больше «не откалывать» номера, но и миндальничать с детективами больше не буду!" - с такими мыслями я вернулась в комнату и, взяв сумку с одеждой, вошла на кухню.
– Пошли, - обратилась я к Гэрису, - отконвоируешь меня в гостиницу. Можешь расслабиться, не сбегу, - зло добавила я.
Он растерянно посмотрел на меня, не зная, что сказать. А Бэрс, повернувшись к другу, картинно повел бровями, мол, я же тебе говорил!
Мы вошли в мой номер уже за полночь. Не обращая внимания на Гэриса, я достала из сумки чистый сарафан и ушла в ванную. Стоя под душем, я придумывала, что сейчас выскажу ему.
Тщательно расчесав высушенные феном волосы, я вышла из ванной. Как пользоваться парадоксом, вызывающим ветер, я вспомнила уже давно, но под монотонное гудение электроприбора мысли приходили в порядок, подбирались верные слова, передающие все мои чувства. Собравшись с духом, я решительно вошла в комнату. Но резко остановилась, так и не начав заготовленную речь. В кресле возле моей кровати дремал Гэрис. Будить его для серьезных объяснений, у меня не поднялась рука. Я содрала со своей кровати покрывало и укрыла его. А сама залезла под одеяло и тут же провалилась в сон.
В дверь стучали, а я никак не хотела просыпаться. Но поднявшись, увидела, что Гэриса в комнате уже не было. Я открыла. На пороге стояла горничная, спросив, нужна ли мне уборка. Отослав ее, я залезла под одеяло и решила, что до самого вечера ни за что не вылезу. Но похоже, моим планам не суждено было сбыться. В моей сумке трезвонил мобильник. Пришлось вставать. Даже не глянув, кто звонит, я поднесла телефон к уху:
– Ларка, привет!
– раздался в трубке веселый голос Вики.
– Мне вчера вечером Сэм сказал, что вы у нас в гостях. Это надо отметить!
– Ой, Вика, привет! Но знаешь, мы же здесь по делу, - притормозила я подругу.
– Да, знаю. Сэм говорил. Ничего, отдыхать тоже надо. Сегодня Сэм за вами в гостиницу машину пришлет.
– Вика, у нас на семь вечера назначена встреча с Ричардом Дэвисом в ресторане "Престиж", - предупредила я.
– Отлично, значит и мы туда подъедем. Тогда, до вечера!
– и Вика отключилась.
Закинув телефон обратно в сумочку, мне под руку попалась пачка еще непрочитанных писем. Я залезла под одеяло и развернула письмо Коригана. Мне на колени из конверта выпал листок, весь исчерченный схемами и стрелочками. В нем Кори дал подробную расшифровку древнего ритуала открывания междумирных "дверей". Чем больше я вчитывалась в описание магических пассов и заклинаний, тем больше осознавала, что брат действительно смог разгадать секрет забытого обряда. Конечный этап открытия звездного перехода в любой из миров, мне показался особенно простым, даже наивным, но зато весьма логичным. "Дверь" нужно было просто нарисовать. С обратной стороны листка мелким шрифтом были написаны примечания к обряду. Я уже начала их разбирать, как ко мне в номер опять постучали. Мне пришла в голову мысль, что если не открою, то горничная уйдет.
Развернув письмо, я замерла. Кори помимо прочих разглагольствований на тему "соединения не соединяемого" (ох, уж этот изобретатель!) может в шутку, а может серьезно, составил "рецепт", в котором "смешивались" свойства таких "ингредиентов", как ветер, вода, огонь, земля, любовь, ненависть, дружба, радость и горе. Соединив эти "вещества", можно было получить "напиток жизни".
Из всех наиболее понятных мне веществ были вода и земля. Остальные "ингредиенты" вызывали у меня сомнения. Да и как можно трогать то, что является лишь абстрактным представлением, а уж тем более соединить это?!
Стук в дверь мешал мне сосредоточиться на размышлениях о том, как добыть чуточку радости или дружбы. Я с головой накрылась одеялом, представляя себе, как я на манер сказочной бабки-ворожеи варю в котле чудные корешки какой-то невиданной травы, добавляю кожу змеи, зубы вампиров, улыбку младенца и с хохотом перемешиваю этот дивный супчик!
Я, наверное, увлеклась, что даже не заметила, как кто-то вошел ко мне в комнату. Лишь когда с моей головы стянули одеяло я, сощурившись от света, рассмотрела Бэрса.