Чтение онлайн

— Нужно что-то ещё, — Бес. — Что-то особенное... Чтобы не было шансов отказаться или уйти.

— Ну да… Она, может, до сих пор думает, что мы своих детей бросаем, а чужих крадём.

— Это надо, чтобы Эндрай сказал, как он здесь оказался. Вот так и сблизятся.

— Я сам застегнул цепочку, — вдруг говорит Аир.

— Сам? — Априоль. — Какого дьявола, Аир?

— Надел. Застегнул. А она не сняла. Так и пошла к Априолю.

— Теперь ни хрена непонятно, — Вонт. — Она согласилась или нет?

— Она же назвала себя королевой, — принц неуверенно. — Это ведь согласие?

Нэйдин

— Доброе утро, моя королева, — шёпот над ухом, поцелуй под ним, язык обводит мочку. — Завтрак уже здесь, — вставший член касается бедра.

— М-м, — мычу в подушку, но уже окончательно выплываю из дрёмы. — Давай свой завтрак, — облизываю губу.

— Придётся присесть, — Априоль приподнимает меня, подкладывает под спину подушки, ставит передо мной столик.

— Выглядит аппетитно, — обмакиваю хрустящий ломтик неизвестного овоща в соус, кладу в рот. — Я думала, под завтраком ты подразумевал другое…

— Хотелось бы этим продолжить, но мне пора уходить. Я и так позволил себе слишком долго отдыхать. Нужно уладить несколько вопросов с главой. Ты же знаешь, что глава города Дарисвальд, и местные подумывают назвать первый новый город Марсании Дархоум?

— Не знала… Дар мне ничего о себе не рассказывал. Я знаю только, что он был первым, кто ступил во Льдистые скалы.

— Он тебе позже расскажет, а пока с тобой побудут Гели и Джай. Ты не против?

— Нет, конечно. Буду рада с ними провести время.

Как только ответила, дверь в спальню Априоля открылась, вошли упомянутые парни. Геликус идёт с демонстративной уверенностью, а Джай с исследовательским интересом. Садятся с двух сторон от меня. Априоль прощается, страстно целуя в губы, и уходит.

Пару минут молчим, а потом я начинаю с простого, спрашиваю, завтракали ли они, какие планы на день, где все остальные. Разговор не вяжется, всем становится неловко. Парни часто посматривают на кулон на моей шее, перекидываются взглядами, разговаривают между собой.

Я закончила с завтраком, отложила столик, встала на колени.

— Секса хотите? — спрашиваю и опускаю одеяло.

— Нет… То есть да… — Геликус.

— Нет, Нэйди, — Джаймир поднялся, прикрывает меня одеялом. — Извини, мы просто не можем отвести от тебя взгляды. Ты слишком красива, но мы пришли не домогаться тебя, а позволить тебе лучше нас узнать.

— Ну так разговаривайте со мной, а не между собой.

— Извини, Нэйди, — Геликус поднялся, прикрыл пах руками. — Невозможно не хотеть, если хотят все. Цепочку утром запустил Априоль, когда упирался тебе в бок. Мы до сих пор не отошли. А переговариваемся между собой, чтобы сбить напряжение. Знаешь, ничто так не отвлекает от похабных мыслей, как очередная историческая справка от Аира.

— Ладно, простите, ребят, я немного погорячилась. Я тогда переоденусь и пойдём гулять?

— Как пожелаешь.

Деликатно отворачиваются, пока я выскальзываю из комнаты, бегу в свою гардеробную. Оставшись наедине с собой, немного сокрушаюсь от собственной глупой выходки. Нужно помягче с этими парнями. Они ведь тоже в числе «дозволенных»? Нет, они уже в числе желанных мной.

Пока выбираю, что надеть, Аир вихрится рядом, щекоткой касается бёдер, стремится проникнуть между ногами, но я изворачиваюсь и смеюсь. Меня там парни ждут, а он тут снова влезть в меня норовит. И ведь приятно же, сложно отказаться.

— Хватит, хватит, Аир, — я уже прижата к шкафу, тяжело дышу. — Мы сейчас гулять идём… С Джаем и Геликусом… Хочешь, пойдём с нами, только не лезь мне в трусики.

Из гардероба буквально вылетаю. На мне платье из невероятно нежной ткани, плетёные босоножки и шляпка. Парни встречают меня с восхищением в глазах. Их улыбки романтичные и влюблённые. А мне хорошо под этими взглядами. Тепло и спокойно.

Выходим на улицу. С двух сторон меня поддерживают под локоть. Пока идём к реке, Джай рассказывает о местном климате, о природе. Геликус больше молчит и старается держаться по правую руку.

— Извини, Джай, что перебиваю. А расскажи об айраконах и о том, как вы объединились.

— Ладно, — романтично улыбается и переводит взгляд вдаль. — Это случилось спустя три недели, как мы прибыли в Марсанию. Из людей здесь был только Дар. Мы считали его странным, потому что он разговаривал сам с собой. Позже мы поняли, что он общался с айраконом (все мы так делали, пока не овладели мысленной речью). Дар стал первым носителем магии айров, а позже отобрал ещё несколько магов. На подходящих указывал Аир, а Дар был своего рода связным. Сложнее всего оказалось с Геликусом, потому что ему было десять. Аир отобрал и его. Дар и Вонтер были против, потому что Гели… Может, ты сам расскажешь?

— Мне было всего десять, — перехватил Геликус, — но слабой единицей я был ещё и потому, что рождён без магии. Во мне не было силы, а первыми айраконы всегда отбирали магов. Владыка должен был собрать самых сильных, но взял меня. Я до сих пор не знаю почему.

— Может, потому что он выбирал не по силе, а по внутренним качествам?

— Аир не сказал. А я согласился без раздумий и нисколько об этом не жалею. Я был мелким и хилым, без магии. А о чём мечтает такой мальчишка? Стать сильным, смелым, спасти мир.

— Насчёт мелкого и хилого, соглашусь, — с улыбкой перехватил Джай, — но он точно не был слабым. Когда мы с Троем его увидели, не поверили, что это ребёнок. Он сражался с двумя гесейрами, отбивался от хвостов так рьяно, что ему позавидовал бы главный военачальник. Гели продержался дольше, чем десятки взрослых, хотя был ранен в голову и потерял много крови.

Я подошла к лавочке на берегу реки, присела, не скрывая своего изумления от услышанного. Парни сели с двух сторон от меня.

— Вот почему Аир выбрал тебя, — поворачиваюсь к Гели, прикасаюсь пальцами к его гладкой щеке, — ты очень стойкий. Морально и физически. Но мне жаль, что тебе пришлось столько всего пережить.

— В тот день он потерял всю свою семью, — продолжает Джай, а губы Гели начинают подрагивать, — он не хотел уходить без братьев, не понимая, что они больше не встанут.

— Какой ужас…

Он старается не подавать виду, что разговор о прошлом его ранит. Усиленно сохраняет вид равнодушным, но я знаю, что в душе он рыдает, как должен был рыдать десятилетний мальчишка. Теперь я понимаю, что смешки и ухмылки Геликуса — обычный способ защититься от страшащей действительности.

— Значит, сейчас тебе сорок. Почти как Априолю. Подождите, Аир ещё выбрал шестилетнего принца. Он вряд ли соображал, на что соглашается. Дар, Вонт и Дес старше, с ними понятно. Но есть ещё Эндрай. Он совсем молоденький. Сколько ему сейчас?