Чтение онлайн

Христианская вера освящает королевскую власть. Король Оттон "никогда не забывал, что является государем и королем божьей милостью" 33 , государь всегда находится под покровительством "высшей божественной силы" 34 . Христианство помогает установить "порядок" внутри страны, ибо именем бога подавляется любая оппозиция и восстание против господина. "Когда ты восстаешь против господина и своего отца, ты выступаешь тем самым против бога". 35 Королевство умиротворяется "благодаря благосклонности всевышнего" 36 . Решительное покровительство бога гарантировало одновременно деятельность саксов и их государей за пределами страны. По всей Хронике рассеяны напоминания и уверения, что бог оказывает помощь саксонским государям и полководцам 37 . Божественное покровительство дает основание саксонским военачальникам не только отражать нападение внешнего врага, в частности венгров, - но преодолевать сопротивление покоряемых славянских княжеств, в частности ротарей 38 .

В какой степени Видукинд в этих рассуждениях исходит из философско - исторической концепции знаменитого Августина, оказавшего, как известно, громадное воздействие на историческую мысль западноевропейского феодального общества, а частности на многих хронистов Х—XIV вв. и даже более позднего времени? 39 Такой вопрос уместен, поскольку некоторые историки склонны были подчеркивать зависимость Видукинда от Августина 40 . Так, например, новейший исследователь Беуманн видит в одном из важнейших положений Видукинда — в проповеди установления саксонскими королями "мира" ("pax") в своей и соседних странах — трансформацию идеи о "христианском мире" Августина. Еще раньше Лубенов усматривал в оправдании Видукиндом завоевательной политики в славянских землях — развитие идеи Августина о задаче "божьего града" на земле — идеи о насаждении воинствующей церкви" 41 .

Так, действительно, можно подумать, если вспомнить слова архиепископа Гильдиберта, которые сказал тот. согласно Видукинду, новому королю Оттону, передавая ему атрибуты королевской власти в Аахене. "Прими этот меч и сокруши им всех противников Христа, варваров и плохих христиан, волей божьей тебе передана власть над всей державой франков для сохранения прочнейшего мира среди всех христиан" 42 .

Одно это место не дает, однако, основания утверждать, что Видукинд руководствовался концепцией Августина. Основные мысли Августина, высказанные им в знаменитом произведении "О граде божьем" 43 , сводились к историко - богословному обоснованию провиденциализма в политической жизни, к идее "воинствующей церкви" как высшего выражения "божьего царства" на земле, к мысли о положительной роли "земного государства", поскольку оно осуществляет "правосудие" и поддерживает общественное спокойствие, к идее решающего значения христианской церкви в союзе с истинно христианской властью императоров, к оправданию христианской миссии императорской власти 44 .

В "Деяниях саксов" Видукинда мы не найдем многих из этих положений. В описываемых фактах, исторических событиях, отраженных в этом сочинении, бог не вмешивается в ход истории, христианские добродетели героев часто уступают место таким качествам, как мужество, мудрость, щедрость; деяния в этом мире хронист не рассматривает под углом зрения вознаграждения на небе, он далек от идеалов последовательного монашества и выступает против попытки реформы церкви в духе последнего. Видукинд не является ревнителем церковного благочестия, он не провозглашает принцип превосходства интересов церкви, ему чужды интересы немецкого епископата, наконец, он лишь вскользь говорит о Риме и папах. Весьма характерна интерпретация Видукиндом понятия государственного порядка в духе последовательного упрочения центральной власти, ее внутренней и внешней политики. Этот порядок именуется автором термином "мир" ("pax"), однако в основе последнего имеется в виду утверждение власти саксонского короля как господина и внутри страны, и над другими народами, т.е. идея "мира" в ее античном, римском понимании (pax Romana), а не в христианском смысле 45 . Внешняя политика Оттонов, особенно восточная экспансия Генриха I и Оттона I, не мотивируется идеей воинствующего христианства 46 . Характерно, что Видукинд ничего не говорит об основании епископств в славянских землях — явлении, столь типичном для Х в 47 . Можно поэтому говорить об использовании Видукиндом лишь отдельных положений Августина (божественное происхождение королевской власти, божеское покровительство в событиях). Но используются эти мысли главным образом для того, чтобы показать решающее значение королевской власти в наведении "мира", в распространении христианской религии. Все произведение проникнуто идеей сильной королевской власти, не зависимой от церкви.

В политических воззрениях Видукинда религиозный момент выступает в специфической форме. Хотя автор и придает большое значение христианской религии в организации саксонского общества, отдает дань вере в божественное провидение и пр., однако он сдержанно относится к идее христианской миссии как решающему фактору в политике короля, а духовенству отводит подчиненную роль в политической системе государства. Между взглядами Видукинда на христианскую церковь вообще и на роль представителей этой церкви в Саксонской державе в действительности не было противоречия, так как автор хотя и являлся духовным лицом, а следовательно, носителем господствующей феодальной идеологии в ее религиозной форме, однако при решении конкретных политических задач исходил из концепции сильной королевской власти и самим служителям церкви отводил подчиненное место.

Фактический материал, излагаемый хронистом, дает основание судить о тех средствах, которые должны были привести к осуществлению его идеи. Ими были: независимое положение королевской власти по отношению к церкви, служение саксонского духовенства интересам короля, независимое положение последнего по отношению к папскому Риму, подавление социального протеста и феодальной оппозиции и борьба с внешним врагом. Независимое положение королевской власти по отношению к церкви классически сформулировано в отказе Генриха от помазания архиепископа во время коронации. "...Когда архиепископ, которым в то время был Гиригер, предложил ему помазание с диадемой, [Генрих] не отверг это, но и не принял. "Мне достаточно и того, — сказал он, — что вы провозгласили меня и десигнировали [предназначили] в короли перед лицом моих знатных людей и в покровительстве бога, даруя свою милость. А помазание и диадема пусть будут у более лучших, чем мы, мы же полагаем, что недостойны такой почести"" 48 .

Духовенство должно помогать королю, который использует богатства и сокровища монастырей и церквей. В решающий момент борьбы с венграми Генрих "вынужден обирать храмы и служащих храмов" 49 , и духовенство на это соглашается. Король независим от римского папы и римского звания императора. Как уже было отмечено в историографии 50 , Видукинд почти не говорит о папах 51 . Только в добавлении к Хронике, сделанном в 973 г., он бегло упоминает о римской коронации папой, что может служить лишь свидетельством об определенной эволюции взгляда Видукинда к концу его жизни в результате изменения соотношения сил внутри страны и победы тех кругов, которые ориентировались на римскую коронацию Оттона I.

Видукинд очень глухо говорит о внутренней жизни и социальных противоречиях, но даже из очень эпизодических и вскользь брошенных замечаний можно заключить, что сильная королевская власть нужна была для водворения социального "мира" внутри Саксонии. Архиепископ Майнцский, вручая Оттону скипетр, говорит, что первейшей обязанностью короля является наказание подданных 52 . Видимо, под "подданными" (subiectos) хронист имеет в виду прежде всего порабощенный народ, о котором он, к сожалению, умалчивает, а о социальной структуре саксонского общества роняет лишь одно замечание: "до сего дня народ саксов делится, в зависимости от занимаемого положения, на три вида, не считая служилого состояния" 53 . Во имя примирения социальных противоречий, о которых хронист говорит мало, но которые явно его беспокоили, он провозглашает: "Кто восстает против своего господина, восстает против бога" 54 .

Когда он говорит о "внутренних войнах" в Саксонии, о подавлении их королевской властью, установившей мир в стране, то речь, конечно, идет не столько о борьбе с феодальными распрями, сколько об усмирении социального протеста низов саксонского общества. Очевидно, именно в таком смысле следует понимать слова хрониста: "И после того как Генрих воссоединил, усмирил и упорядочил королевство, которое во многих своих частях было приведено при его предшественниках в беспорядок в результате гражданских и внешних войн, он отправился в поход против Галлии и державы Лотаря" 55 .

Сильная королевская власть, конечно, нужна была и для борьбы с феодальными распрями. Губительные последствия их хорошо видит хронист. "Распря, которая произошла между Эберхардом п Брунингом, приняла такие размеры, что убийства стали совершаться публично, поля опустошались, нигде не было пощады от пожаров" 56 . Большое место в Хронике занимает описание борьбы разных групп феодальной знати в 938 - 941 и 953 - 954 гг 57 . Среди мятежников были известные знатные саксы и даже родственники короля: Людольф, Конрад, Вихманн, брат Оттона — Генрих. Отношение Видукинда к ним часто двойственное: с одной стропы, он осуждает выступления против короля, с другой стороны, при личной характеристике многих из них наделяет положительными качествами (храбрость, мудрость и т.п.) 58 . М. Линтцель на этом основании сделал даже вывод, что Видукинд в принципе находился на стороне большинства мятежников и в глубине души был противником дома Оттонов, а его восхваление династии было не результатом убеждения, а объяснялось победой соответствующей партии знати 59 . Правильнее, как нам представляется, заключить, что Видукинд симпатизировал лишь тем мятежникам, которые выражали интересы восточной экспансии, и тем косвенно высказывал свое отрицательное отношение к итальянской политике Оттона I. Вместе с тем автор не одобряет действия, ведущие к сепаратизму, к подрыву сильной королевской власти, в которой хронист видит залог мощи саксонской державы. Именно этим определяется его отношение к руководителям мятежа, в частности Генриху (брату короля).

Только сильная королевская власть может обеспечить победу над самым страшным внешним врагом — венграми, чему хронист уделяет большое внимание 60 .

Именно сильная королевская власть дала возможность Оттону I "освободить [саксов] от их врагов и победить гордых неприятелей — авар, сарацин, датчан, славян... подчинить Италию, а у соседних народов разрушить идолов... насадить церкви и божественный порядок" 61 . Все исторические, религиозные и политические рассуждения об особой роли саксонского народа и его государей нужны хронисту для оправдания далеко идущего плана завоеваний и подчинения других народов. Так формируется его понятие "империи" и на основании этого — понятие "императора". Генрих I и Оттон I становятся "императорами" не в результате имперской коронации в Риме, а в результате победы над венграми, и звание императора дает им не папа, а войско, избирающее их в императоры. После победы Генриха над венграми у Риаде "войско провозгласило его отцом отечества, повелителем и императором, а славу о его могуществе и доблести разнесло среди всех народов и королей далеко во все стороны" 62 . И Видукинд продолжает называть Генриха I императором, хотя известно, что такого титула тот не носил, так как не был коронован в Риме. Он остался только в звании саксонского короля. А впоследствии, продолжает хронист, и сын Генриха I — Оттон, — разгромивший венгров на р. Лех, "благодаря славной победе, снискавшей славу, был провозглашен войском отцом отечества и императором" 63 .