Чтение онлайн

Таковы основные положения критического анализа мемуаров, которыми руководствовались авторы при написании настоящей монографии. Более подробная характеристика этих положений содержится в целом ряде специальных работ 34 .

Изучение названных положений способствует выяснению достоверности мемуарных свидетельств. Кроме того, это позволяет определить, насколько мемуарные данные дополняют уже известные источники, а также установить, в какой мере изучаемые воспоминания могут быть пущены в научный оборот. Надо отметить, что мемуарные данные о политической борьбе большевиков в годы Первой мировой войны довольно широко используются в исторической литературе. Это относится к исследованию вопросов организации деятельности Русского бюро ЦК РСДРП в период войны, некоторых проблем партийного строительства в эти годы, большевистского бойкота военно-промышленных комитетов, деятельности «Тверской» и «Северной» групп Московской партийной организации и др. 35 . Между тем исследование мемуарной литературы, посвященной данной проблеме, позволяет говорить о далеко не полном использовании мемуарных данных при освещении деятельности большевиков в годы Первой мировой войны. Это замечание в равной степени относится ко всем вопросам, поставленным в настоящей монографии. Кроме того, использование большевистских мемуаров, насыщенных обилием фактов о разносторонней деятельности партийных организаций России, дает возможность ярче представить деятельность Московской партийной организации в полном объеме.

При определении структуры авторы исходили из основных задач, поставленных в исследовании. Монография состоит из введения, двух глав и заключения. В первой главе речь идет о деятельности Русского бюро ЦК РСДРП, о работе большевиков Петрограда в годы войны и деятельности партийных организаций на местах, а во второй – содержится анализ большевистских мемуаров об агитационно-пропагадистской деятельности, забастовочном движении и бойкоте военно-промышленных комитетов в период Первой мировой войны.

Большую работу по руководству партийными организациями в России проводило Русское бюро ЦК РСДРП. Основные направления деятельности этого центрального партийного органа в стране в период Первой мировой войны нашли отражение в целом ряде специальных исследований отечественных историков. Между тем некоторые вопросы нуждаются в уточнении и дальнейшей разработке. И.М. Дажина, один из исследователей настоящей проблемы, отмечает, что трудности в освещении деятельности Русского бюро ЦК связаны, главным образом, с недостаточностью источниковедческой базы 36 . Такое суждение представляется нам весьма обоснованным, поскольку известные документы Бюро ЦК, а также переписка партийных работников не создает всеобъемлющей картины работы Русского бюро ЦК в годы Первой мировой войны, особенно в первые ее месяцы. Восполнить этот пробел в определенной степени может исследование советской мемуарной литературы, посвященной деятельности большевистской партии в данный период.

В исторической литературе выделяются три периода в деятельности Русского бюро ЦК РСДРП в годы Первой мировой войны: с начала войны до 5 ноября 1914 года, с осени 1915 до весны 1916 года, с ноября 1916 до победы Февральской революции 37 . Целесообразно и мемуарную литературу разделить на три группы (по данным периодам).

К первой группе, прежде всего, относятся воспоминания большевиков – членов IV Государственной думы: А.Е. Бадаева, Ф.Н. Самойлова, Г.И. Петровского, а также мемуары Н.К. Крупской, А. Митревича, А.Т. Радзившевского (Р. Арского), Н.Н. Крестинского, Г.Л. Шкловского 38 . Ко второй группе можно отнести воспоминания Н.К. Крупской, А.И. Елизаровой, В.Н. Залежского, А.Г. Шляпникова, С.И. Гопнер, А.А. Андреева 39 ..Третью группу составляют мемуары Т.К. Кондратьева, В.С. Попова, Н.Ф. Свешникова, Е.Д. Стасовой, М.Г. Павловой 40 и упомянутые воспоминания Н.К. Крупской, А.И. Елизаровой, А.А. Андреева, А.Г. Шляпникова.

Некоторые мемуары (Н.К. Крупской, А.И. Елизаровой, А.А. Андреева, А.Г. Шляпникова) освещают несколько этапов деятельности Бюро ЦК, что помогает более последовательно и полно представить работу Русского бюро ЦК РСДРП по руководству партийными организациями России и его связи с Заграничным бюро ЦК.

Особый интерес представляет исследование мемуарной литературы при подходе к вопросу об определении первого состава Бюро ЦК в годы войны. В отечественной исторической литературе лишь в 1964 году было высказано и обосновано мнение о существовании и деятельности Русского бюро ЦК с первых дней войны 41 . Обосновывалось это мнение, главным образом, путем привлечения обширного круга мемуаров, содержащих ценные сведения по данному вопросу. И в дальнейшем исследователи настоящей проблемы обращаются к мемуарам как важному источнику при определении первого состава Бюро ЦК в годы войны 42 .

Действительно, в данном случае мемуары являются основным историческим источником. Еще в 1924 году в воспоминаниях А.Е. Бадаева отмечался факт существования с самого начала войны Русского бюро ЦК РСДРП в лице большевистской фракции IV Государственной думы 43 . В дальнейшем А.Е. Бадаев более подробно освещает ряд организационных моментов в деятельности Бюро ЦК первого военного состава 44 . Другой член «пятерки» – Ф.Н. Самойлов – подтверждает высказывание А.Е. Бадаева о деятельности Бюро ЦК в это время, прямо указывая на то, что фракция большевиков совместно с «несколькими уполномоченными ЦК» осуществляла связь с заграницей и крупнейшими партийными организациями на местах, являясь до ноября 1914 года «основным организующим и руководящим… центром всего революционного рабочего движения …» 45 . Большую ценность представляет свидетельство Н.К. Крупской о том, что 6 сентября 1914 года В.И. Ленин передал свои тезисы о войне Ф.Н. Самойлову для «русской части ЦК» 46 . У Г.Л. Шкловского мы находим высказывание о присоединении «русской части ЦК» в середине октября 1914 года к ленинским тезисам о войне 47 . Эти данные находят подтверждение в биографической хронике В.И. Ленина, где говорится о том, что 16 октября 1914 года В.И. Ленин получил сообщение об одобрении Русским бюро ЦК и партийными организациями в России «Тезисов о войне» и присоединении к ним 48 . Важной вехой в распространении революционных идей в России стала Циммервальдская конференция европейских социалистических партий, прошедшая 5–8 сентября 1915 года в Швейцарии, на которой большевики решительно выступили против «революционного оборончества». Эта позиция нашла широкий отклик не только в большевистской среде, но и у части меньшевиков 49 . Таким образом, мемуарная литература весьма убедительно доказывает положение о существовании Русского бюро ЦК РСДРП с первых дней войны и тем самым выступает в роли важного исторического источника.

Деятельность Бюро ЦК первого военного состава развивалась в различных направлениях. Для нас наибольший интерес представляет организационная работа Бюро в тот период. Одним из важнейших организационных мероприятий явилось известное совещание «пятерки» с партийными работникам в Нейволе (30 сентября – 1 октября 1914 года), которое, по словам Ф.Н. Самойлова, выступило в роли руководящего центра 50 . Здесь же автор останавливается на ходе и результатах этого совещания. В воспоминаниях А.Т. Радзишевского (Р. Арского) и Н.Н. Крестинского содержатся оценки работы и значения совещания в Нейволе 51 . Эти мемуарные данные свидетельствует о том, что настоящее совещание выдвинуло на повестку дня вопрос о подготовке и проведении Всероссийского общепартийного совещания, которое должно было послужить дальнейшему восстановлению и укреплению партийных организаций на местах, а также способствовать установлению прочных связей периферии с центральными партийными органами. Наиболее подробные сведения о подготовке Всероссийского совещания, его ходе и результатах содержатся в воспоминаниях активных его участников: А.Е. Бадаева, Г.И. Петровского, А. Митревича 52 . Источниковое значение данного материала велико по причине практически полного отсутствия документальной базы по этому вопросу.

Значительную роль в укреплении партийных организаций России сыграли неоднократные поездки большевистских депутатов в различные города страны, в ходе которых восстанавливались связи, создавался крепкий местный актив. Ярким свидетельством тому служат воспоминания Ф.Н. Самойлова о своей поездке в Иваново-Вознесенск и встречах с местными большевиками, что способствовало идейному и организационному укреплению этой партийной организации 53 , а также мемуары Д.З. Лебедя о роли Г.И. Петровского в выработке революционной тактики в деятельности Екатеринославской организации большевиков 54 . Мемуары не содержат сведений об аналогичной деятельности других членов «пятерки». Между тем известно, что в августе и сентябре 1914 года М.К. Муранов объехал рабочие промышленные районы Урала, Поволжья, Харькова; Н.Р. Шагов побывал в Костроме и губернии и т. д. Выступая перед членами партии и рабочими, большевистские депутаты вели антивоенную агитацию, призывали к саботированию оборонных мероприятий правительства, предлагали использовать военный кризис в интересах развития революции 55 .

К сказанному следует добавить, что все документы, разработанные и утвержденные депутатами (ответ Вандервельде, резолюция об отношении к материальным сборам в связи с войной, ряд листовок), исходили из центра партийной работы в России и носили общепартийный характер. Кстати, ответ Вандервельде был опубликован в «Социал-демократе» за подписью ЦК РСДРП 56 .

Таким образом, мемуарная литература убедительно доказывает то, что большевистская фракция IV Государственной думы была первым и совершенно официальным составом Русского бюро ЦК РСДРП в годы войны и в этой роли провела значительную работу по укреплению позиций большевиков в стране. Надо отметить, что тогда Г.И. Петровский являлся членом ЦК, А.Е. Бадаев был кандидатом в члены ЦК, остальные члены фракции – были доверенными лицами ЦК РСДРП. То есть «пятерка» приняла на себя функции руководящего партийного центра в России и успешно их выполняла вплоть до ареста 5 ноября 1914 года. После ареста большевиков-депутатов В.И. Ленин, обеспокоенный положением дел в стране, ставит вопрос о воссоздании Русского бюро ЦК. Он пишет: «”Правда” воспитала тысячи сознательных рабочих, из которых вопреки всем трудностям подберется снова коллектив руководителей – русский ЦК партии» 57 . В его словах заключалась не только постановка вопроса о восстановлении бюро ЦК, но и глубокая вера в успех дела. Руководствуясь этим, большевики России начали работу по воссозданию руководящего партийного центра в стране.

Наиболее подробные данные об этом содержатся в воспоминаниях А.Г. Шляпникова, который был в то время уполномоченным ЦК по связи с партийными организациями России 58 и принимал участие во многих важных делах партийной жизни. Он сообщает о своей поездке за границу осенью 1914 года, где установил связи с ЦК партии и получил указание от В.И. Ленина начать работу по воссозданию Всероссийского партийного мира и наладить прочный контакт с Заграничным ЦК 59 . Далее у А.Г. Шляпникова говорится о его приезде в конце октября 1915 года в Петроград и практическом решении вопроса о восстановлении Русского бюро ЦК на пленуме Петербургского комитета РСДРП 60 .

Таким образом, исходя из мемуарных данных А.Г. Шляпникова, началом работы Русского бюро ЦК второго военного состава можно считать конец октября – начало ноября 1915 года 61 .

Довольно остро стоял вопрос о подборе квалифицированных партийных работников для Бюро ЦК. В этой связи большой интерес представляют воспоминания А.И. Елизаровой, которая вела деловую переписку Бюро ЦК и, следовательно, была хорошо осведомлена о положении дел Бюро. В ее мемуарах есть сведения о том, что ряд кандидатур согласовывался с В.И. Лениным и это положительно повлияло на определение состава Русского бюро ЦК 62 . В работе А.Г. Шляпникова говорится о распределении обязанностей между членами Бюро ЦК 63 . Таким образом, исходя из мемуарных данных, мы можем назвать состав Русского бюро ЦК РСДРП: Е.А. Дунаев, К.С. Еремеев, В.Н. Залежский, И.И. Фокин, Г.И. Осипов, А.Г. Шляпников, К.М. Шведчиков 64 . В работе Бюро, как известно, также принимали активное участие М.И. Ульянова и А.И. Елизарова, которые вели деловую переписку Бюро ЦК.