Чтение онлайн

– Нет, я хочу увидеть мой дом, вернее то, что от него осталось. Там такой чудесный вид на море, Полетта!

Она недовольно нахмурилась, но тактично умолкла, хотя было и без слов понятно, что она недовольна моим решением.

– Не дуйся, дорогая! Мы быстро вернемся – просто туда и обратно, без долгой задержки.

Она просияла:

– Вот и чудесно! Честно признаться, я жуть как соскучилась по маленькому Прайму!

Я кивнула и громко крикнула:

– В горы, прямо по дороге!

– Да, госпожа! – откликнулся возница и пришпорил лошадей.

Ехали мы долго, потому что дорога еще не просохла после вчерашних дождей и колеса то и дело увязали в весенней грязи. Вознице даже пару раз пришлось выталкивать карету из луж, и я успела пожалеть о том, что решилась на эту поездку.

Но до дома на горе оставалось всего ничего, я даже увидела знакомые места: большой корявый дуб, знакомую развилку и большой камень около нее.

У меня поднялось настроение, и я крикнула вознице:

– Быстрее, вверх! На холм, мой дом там!

– Да, моя госпожа! – устало откликнулся возница и подстегнул натруженных лошадей. Они протащили по грязи нашу карету еще с полмили, когда ось гулко треснула, и вся конструкция завалилась назад, от чего Полетта с визгом свергнулась со своей лавки на меня. Я словила ее и сказала:

– Давай, вставай скорее! Полетта! Когда это ты успела стать такой тяжелой?

– Это все ваш повар, госпожа! – сказала со смехом она, неловко поднимаясь на ноги. Ей пришлось упереться руками в стену за моей спиной, чтобы подняться.

Массимо, наш возничий, шагая по колено в грязи, практически выломал дверь кареты и сначала вынес меня из нее, а затем и раскрасневшуюся Полетту.

– Ты только не влюбись в него, дурочка маленькая! – сказала я, со смехом наблюдая, как она пытается разобраться с внезапно сбившимся дыханием.

Она раскраснелась и потупила взор. Мы стояли на обочине дороги в этом диком краю и ждали вердикта Массимо, который залез под днище, чтобы оценить масштаб поломки.

– Сломано знатно! Ось треснула! – сказал он наконец-то и почесал от досады затылок.

– Да это и так понятно! – ответила я. – А сколько нужно времени, чтобы ее починить?

– Ну, дня три-четыре…

– Сколько?! – воскликнули мы вместе с Полеттой.

– Ну, говорю же – три, а то и четыре дня. Сначала нужно дойти до Кальдас-де-Эстрач. Там найти кузнеца и плотника, потом привезти сюда. И это в том случае, если они не померли, как все здесь.

– Да, перспектива не из лучших, – сказала я и нахмурилась.

– А еще можно расседлать лошадей и верхом вернуться в Барселону, – сказал Массимо, – но тогда мне нужно будет сначала соорудить седла из чего-то. Возьму сидения и занавески, в общем как-то справлюсь.

– Хорошо, а много тебе времени нужно для этого?

– Ну, час-другой, – ответил Массимо.

Я кивнула в ответ.

– Мы же почти добрались! – сказала я с досадой в голосе, глядя в сторону моего бывшего дома.

Там, стоял мой старый дом, до которого было рукой подать, и вот я нахожусь совсем рядом и не могу туда попасть. Мое сердце рвалось вперед, потому что я знала, что вряд ли вернусь сюда снова. Если я сейчас развернусь и пойду назад, то точно себе этого не прощу. Стоп! Ну уж нет, я все-таки туда пойду, если нужно – поползу!

– Массимо! Ты готовь лошадей, найдешь нас наверху. А мы с Полеттой доберемся туда пешком, правда, милая моя? – спросила я ее, увлекая вверх по дороге.

– О, да! Теперь еще и пешком идти вверх! – пробурчала Полетта, недовольно топая за мной следом.

Я же с энтузиазмом подхватила юбку и зашагала вверх по склону, не обращая внимания на неудобства.

– Ну же, где твои дух авантюризма и жажда нового? – спросила я ее, подразнивая и улыбаясь, как маленькая девчонка.

– Нет его уже. Остались только голод и усталость! – ответила она честно, нахохлившись, как недовольная птичка.

– Ну хватит дуться! Тебе там понравится. Там такой вид на закат! Могу поспорить, что ты такого не видела раньше! – ответила я ей.

– О, мы чудесно им перекусим! – сказала она и послушно потопала за мной, стараясь не пачкать свои синие бархатные ботинки с бронзовыми пряжками.

Когда мы дошли до верха горы, то остановились, вконец запыхавшись. Я опиралась на руку Полетты, которая тяжело дышала. Она быстро окинула взглядом открывшийся пейзаж и спросила:

– Бесподобно! Можно уже назад?

Я разозлилась на нее, но когда присмотрелась к моему бывшему дому и саду, то почувствовала даже угрызения совести – настолько картинка не отвечала моим рассказам и обещаниям неповторимых видов.

Двор непозволительно зарос бурьянами, скрыв когда-то прямоугольную лужайку с зеленой травкой. Тропинки и дорога полностью исчезли под травой, а обгоревшие бревна дома, которые торчали, как ребра какого-то невообразимого животного, поросли диким виноградом и навевали тоску. Тут даже запах поменялся – пахло сыростью, мятой, крапивой и… землей. Кто бы мог подумать, что когда-то кареты подъезжали ко входу в усадьбу, а внутри жила семья? Я замерла и даже перестала дышать, наблюдая эту унылую картину – еще год, и лес поглотит это место, не оставив даже воспоминания о нем. Но к моему удивлению я заметила, что мне все равно, мое сердце рвалось не сюда, а к дому Прайма, который стоял еще выше, за виноградниками. Но как туда дойти? Полетта не согласится идти со мной, но если ее немного заинтересовать, то все может получиться…

– Я никогда не говорила тебе, почему назвала сына Праймом? – спросила я как бы невзначай.

Она с интересом посмотрела на меня и ответила:

– Я всегда подозревала, что за этим скрывается какая-то тайна, если честно!

Я кивнула головой и продолжила:

– Вон там, – я указала в сторону дома Прайма, – жил один… молодой человек, который однажды спас меня от ужасной смерти в лесу. Я возвращалась домой, а моя лошадь чего-то испугалась и скинула меня прямо в грязь. Лил жуткий дождь, и я не могла идти, потому что подвернула ногу…

Рассказывая все это, я снова взглянула на дом, и вот он преобразился, благодаря воспоминаниям: у него появилась черепичная крыша, окна, второй этаж, увитый виноградной лозой, входные двери… Я улыбнулась сама себе и продолжила рассказ:

– И вот, сижу я в грязи и думаю, что моя песенка спета, но тут появляется он… Высокий, сильный, невероятно красивый…

Перед моими глазами появился образ Прайма – он идет по дороге и мое сердце отплясывает тарантеллу, а рука… сжимает острый кинжал.