Чтение онлайн

Женщины в лагере в непривычном молчании делали обычную дневную работу.

Шеканатве вымыли неподвижное тело Ракат, натерли ее в последний раз ароматическими маслами. Расплели волосы, осторожно расчесали, аккуратно пустив вьющиеся пряди по плечам. Потом через голову надели длинное платье как раз в тот момент, когда край Хорли коснулся западного горизонта. Платье было без рукавов, но с богатой вышивкой. Линии узора сплетались в замысловатые диаграммы и медальоны. Голову повязали плотной лентой ткани с таким же вышитым узором.

Кхатеят поднялась.

– Стерегите, - тихо приказала она остальным.
– Я скоро вернусь.

– Нет!
– Шанат вскочила.
– Она должна заплатить за это!

– Шанат!
– Н'фрат поймала ее за руку и потащила в сторону, нахмурив свое круглое, обычно добродушное лицо.
– Это ведь не дело рук Лейты! Ты же знаешь, что Ракат сама перестала ее донимать. К тому же Лейта помогла ей порвать с этим подонком-сартвеном! Оставь девочку в покое!

– Сели, обе!
– тихо приказала Кхатеят, и они тут же повиновались. Очень плохо, стыдитесь! Придите в себя!
– Женщина нахмурилась. Позаботьтесь о Ракат. Я скоро вернусь.

Алейтис она нашла сидящей на берегу речки, печально и серьезно глядевшей на воду.

– Я слушаю тебя, хес'Алейтис.

Вздохнув, Алейтис откинулась на спину, легла на траву и внимательно уставилась на старшую из Шемквия, на лице которой лежала удрученная ночная тень.

– Прошлой ночью Ракат пробралась в мой чен с ножом в руке, собираясь убить меня.
– Она закрыла глаза, нервными движениями пальцев вырывая травинку за травинкой.
– Мне снился сон. Я видела Кхемско. Тело его было разрисовано узором. Он склонился над костром. Пламя было странным, каким-то зеленым, Он бросил в огонь порошок, и мгновенно поднялся тяжелый, ползущий дым, кольцами обвился вокруг него, словно змея, прополз наружу и медленно поплыл к чену Ракат. Потом я увидела, как этот дым-змея завис над спящей Ракат... и... вошел в нее...

– Мечениат!
– Кхатеят упала на колени, грустно глядя на свои ладони.

– Что ты говоришь?

– Не обращай внимания, дитя, на мои слова. Что же было дальше?

– Ты когда-то говорила, что диадема защищает сама себя... так и случилось на этот раз. Я не могла пошевелиться. Ракат дотронулась до диадемы. И я почувствовала, как в ее душе началась борьба. Ахай, Кхата, я не могла шевельнуться, не могла произнести ни звука. Но дым вышел из сознания Ракат, он был побежден. Потом она убежала, а я так и не смогла проснуться. Когда же открыла глаза, на небе занимался рассвет.

– Ты не позвала меня - почему?

– Я испугалась, - призналась неловко Алейтис.
– И устала.

Она прямо села, раскинув ноги, чтобы поддержать вес живота.

– Я думала, что это приснилось мне. Но я ошиблась.
– Она устало посмотрела на Кхатеят.
– Это у меня уже выходит в привычку - ошибки...

Старшая женщина нежно коснулась головы Алейтис.
– Ты еще молода, произнесла она тихо.
– Очень молода.

Алейтис коснулась ее руки: - А я...
– она сглотнула.
– А я когда-нибудь стану старше? Что будет со мной?

Кхатеят успокаивающе стала гладить ее по плечу.

Улыбнулась. Зубы ее блестели в свете лун.

– Ты в безопасности, пока мы не достигли гор. До тех пор Р'ненаваталава будет защищать тебя.

– Но... а Миаво?

– Ракат была ущербна. Теперь мы предупреждены. И больше он не найдет уязвимого места...

Она вздохнула.

– ...будь осторожна, девочка. Держись подальше от людей.

Женщина помолчала.

– Лейта?

– Да?

– Я к тебе благоволю, ты знаешь.

– Я...

– Да, да, можешь не отвечать.
– Глаза Кхатеят были устремлены к далеким горам.
– Как много у меня ответственности... Первое - это мой народ. Так должно быть, Лейта. Я мало чем могу сейчас помочь тебе...

– Я понимаю...

После минутной болезненно напряженной паузы Кхатеят резко сказала:

– Сегодня ночью не ходи на Несвеймвет!

Алейтис быстро подняла голову.

– Погребальный костер?

– Для Ракат.

– Но она не мертва!

Кхатеят смотрела вдаль, за реку, и лицо ее было тихо и печально.

– Сознание ее умерло. Мы дадим ей напиться ме'твата, а потом, поскольку она одна из нас, мы отдадим ее Несвеймвет, а тело вернем земле и воздуху и Р'ненаваталаве, чтобы дух ее был свободен.

Она наклонилась и ласково погладила волосы Алейтис.

– Сделай то, что я тебя прошу. Сделай это ради моих людей, Лейта. Они не должны видеть тебя сегодня вечером.
– Она тяжело поднялась.

– Подожди.

– Что такое?
– нетерпение усилило резкость в голосе Кхатеят.

– Свяжи меня.

– Что?!

– Свяжи меня, пожалуйста, - Алейтис неуклюже и неловко поднялась на ноги.
– Если вдруг диадема снова станет мною управлять... понимаешь теперь?

Кхатеят коротко кивнула.

– Подожди меня здесь...

Она принялась карабкаться вверх по берегу, ссутулившись, словно на плечи ее давило тяжелое коромысло с полными водой ведрами. Алейтис отвернулась к реке, осторожно опустилась на траву. Она смотрела на воду и ждала.

Кхатеят вернулась с короткими кожаными веревками. Концы их покачивались в такт ее тяжелым шагам.

8

Промежуток между схватками становился все меньше и меньше. Алейтис вцепилась в руку Кхатеят - ее терзали боль и страх.

– Кхатия...
– простонала она.
– Мама.

– Ну, ну, девочка, все хорошо, не волнуйся...

Голос Кхатеят пробивался сквозь туман боли, умащивая дух Алейтис, словно целительное масло. Старшая женщина сжала руку Алейтис и откинула с ее лица волосы.

Лицо Алейтис покрылось горошинами пота, она тяжело дышала, стонала. Низкий изогнутый потолок чена, казалось, давил на нее, дыхание застревало в горле, в голове пульсировала боль. Она дернулась, зашевелилась, попробовала сесть, но ласковые сильные руки не дали сделать этого, заставив лежать.

– Кхатеят, - простонала она.
– Не здесь. Пожалуйста, не здесь.
– Она оттолкнула руку, перекатилась на живот.
– Помогите мне.

– Времени уже нет!
– Кхатеят предостерегающе коснулась ее плеча.

– Помогите мне, - настойчиво повторила Алейтис, потом застонала новая схватка болью пронзила ее тело.
– Я хочу... возле реки, прошу тебя, Кхатеят!
– Она замотала головой, вся в горошинах пота.
– Мне нужно, чтобы это было у реки!!!

Кхатеят несколько секунд внимательно смотрела на нее. Потом кивнула. Р'прат и Н'фрат взяли Алейтис под руки и помогли выбраться из палатки. Остальные женщины свернули родильные кожаные подстилки, пошли следом. Кхатеят с неодобрением качала головой. Она вела Кхепрат за руку.