Диагност 2
Шрифт:
Дроны облетели все окрестности в пределах своей дальности, и пока никого не было видно из теплокровных. Все сигнатуры и телеметрию записывал Малай и тут же архивировал — все равно все отсмотреть просто не было времени. Потом они еще сделали четыре остановки на обоих материках и решили сворачиваться — им еще убитые движки менять. Собрали ракообразных, рыб и насекомых. Уже только того, что они набрали — это пара лет работы лаборатории ксенобиологии МГУ. Неделю провозились с двигателями и все-таки их поменяли, забрав убитые с собой для образцов. Заправились водой после ее фильтрации и санобработки ультрафиолетом. Но только для технических нужд — питьевая все еще была с Земли. Никто не хотел рисковать.
Когда столкнулись с тем, что как-то надо назвать звезду и планету, то долго спорили и решили, что звезда все-таки принадлежит к классу звезд под матрицей «К», то есть оранжевый карлик — то не заморачиваясь, ее назвали Оранж, а планета, имеющая два материка — так как по биосигнатурам ее нашел Влад, то решили назвать планета Вольфа, как и было принято на Земле. По имени первооткрывателя. А когда собрались в обратный путь, поразились количеству барахла, которое еще предстояло как-то разместить, но справились. Им уже пора возвращаться — на Земле уже прошло полгода, а им опять придется протыкать пространство. Но Зилар предупредил про парадокс течения времени — он могут вернуться и не через полгода по времени Земли, а гораздо раньше — это все так называемый эффект Эйнштейна, время в подпространстве живет по своим законам, и время в подпространстве и в обычной среде — разные вещи. Они с этим постоянно сталкивались, и им приходилось сверять время и даже держать отдельного спеца по времени, но он не знал деталей. Он все-таки был пилот, а не инженер.
«Лунь» приготовился к прыжку. Они разогнались по рассчитанной кривой, и Малай вовремя врубил форсаж.
Они вынырнули из подпространства на орбите Юпитера — точно по расчетам Малая. В тот же миг Малай, сверившись с данными, огорошил экипаж: по местному времени они отсутствовали всего три месяца, а не восемь, как показывали корабельные часы. Правота Зилара подтвердилась. Влад немедленно отмотал записи, чтобы изучить события тех дней, но ничего особенного не обнаружил. Он лишь напомнил всем о строжайшем режиме молчания. Двигатели просели на пятьдесят процентов, а запасы криптона истощились до критических двадцати пяти. Малай заверил, что в подпространстве время для внешнего контура корабля практически остановилось. Не имея возможности взять на борт что-либо еще, они взяли курс на Землю, старым маршрутом: через Южный полюс, Пальмиру и, наконец, домой. На Пальмире, по заведенной традиции, устроили дневку, наслаждаясь свежайшей рыбой и лангустами, что принесло долгожданное умиротворение. Никакой пищевой синтезатор не мог в полной мере воссоздать буйство вкусовых ощущений настоящей пищи, хотя, конечно, он не раз выручал в трудные времена. На одних пайках им пришлось бы туго.
В Кедровой пади их встретил роскошный обед от Дуси. Даже Алдан узнал Зилара и доверчиво ткнулся носом в его ладонь. Юнна, словно ведомая инстинктом, тут же побежала к детям — материнская любовь, казалось, была вшита у нее в подкорку. Звонить в Москву было бессмысленно — там сейчас глубокая ночь, звонок подождет. Они с Зиларом расположились на террасе дома, пили чай и непринужденно болтали. Зилар, наконец, почувствовал себя нужным и был безмерно счастлив. Теперь ему прямая дорога в пилоты-инструкторы по полетам в подпространстве. Влад не сомневался, что это только начало. Он уже успел понять нового императора — тот был человеком его поколения, деятельным и чуждым рефлексии.
— А ты чего не женишься, Зилар? — поинтересовался Влад. — Парень видный, и зарплата позволяет содержать семью.
— Не знаю, Влад, как-то не думал об этом, — признался тот. — У нас так не принято.
— Ой, да забудь ты про свою родину, — отмахнулся Влад. — Мы туда при твоей жизни не доберемся — слишком далеко. Так что дерзай. У нас знаешь, как говорят?
— В чужой монастырь со своими правилами не ходят?
— Нет, — с улыбкой ответил Влад. — С волками жить — по-волчьи выть.
— Да-да, слышал, — согласился Зилар. — У вас очень образный язык, с кучей идиом. Наверное, пора становиться волком.
— Вот-вот, и не затягивай. Дети растут медленно. Пока вырастут, ты уже на пенсию пойдешь, — усмехнулся Влад.
Утром он дозвонился до Александра и вылетел в Москву. В столице он направился прямиком в Кремль, где его уже ждала аудиенция у канцлера. Влад беспрепятственно миновал все посты по разовому пропуску. Юсупов-младший встретил его широкой улыбкой и обнял, как брата. Его кабинет располагался в Сенатском дворце и когда-то принадлежал его деду.
— Ну, бродяга, рассказывай, — с нетерпением произнес Александр. — По тебе видно, что что-то нарыл.
— Саня, тут такое дело, что просто так потом придется пересказывать десять раз. Я, конечно, доклад подготовил, он у меня в папке, но между нами… Мы вышли и разгадали процесс перемещения в подпространстве. Ни много ни мало. Так что думай теперь ты, что с этим делать. Это не должно выйти наружу, старик, иначе нас всех вместе схарчат. А еще, короче, мы нашли живую планету с биосферой, но без людей — там даже теплокровных не обнаружили. Правда, далековато, но не для нас. Он открыл ноутбук и стал показывать кадры, а затем смонтированный фильм — время в подпространстве позволило спокойно заняться монтажом.
Александр потерял дар речи.
— Ты… сукин… чертов гений, Влад, — прошептал он.
— И еще — нами открыт эффект Эйнштейна. Мы по корабельному времени пробыли за пределами Земли почти восемь месяцев, а здесь прошло только четыре. Саня, ты понимаешь, что это такое? В подпространстве наше внешнее время практически останавливается. Мы даже с Малаем не стали расследовать, к чему может привести этот эффект. У меня полно биоматериала с планеты, так что думай, что делать, а я пока сам не осознал, что мы наделали.
Александр молчал, не веря своим ушам.
— Ты… бл… чертов гений, Влад, — повторил он. — Ты хоть понял, что ты открыл? — Да ни хрена ты не понял, бл… Он тут же позвонил референту императора и попросил срочно соединить с ним. Раздался звонок, и Саня проговорил в трубку код — три восьмерки.
Иван ворвался в кабинет, словно ураган. «Что случилось? Ты задействовал суперкод?» — выпалил он, хватая ртом воздух.
Александр лишь молча указал глазами на Вольфа. Иван замер на полушаге. «Ты что-то нашел?» — прозвучало с ледяным оттенком в голосе.
Влад поднялся. «Можно и так сказать, Ваше Величество. Информация… крайне деликатная.»
Иван, всегда готовый к неожиданностям, мгновенно все понял.
«Все вон отсюда!» — скомандовал он, жестом приглашая следовать за собой. Они спустились в лабиринт казематов под Кремлем. Иван, словно тень, вел их по тайному маршруту, завещанному ему отцом. Свернув в неприметный отнорок, они оказались перед древней дверью. Император поднес к ней какой-то прибор, и дверь бесшумно отворилась, являя взору помещение средних размеров. Тяжелый дубовый стол и стулья, явно не соответствовавшие современности и занимали центр комнаты. Иван кивнул, предлагая занять места. «Здесь безопасно, — заверил он. — Говори, Влад.»
Влад открыл ноутбук и принялся рассказывать, подкрепляя слова пейзажами неведомой планеты. Он поведал об открытии, о перемещении в подпространстве, об эффекте Эйнштейна. Но он был ученым, а не государственным мужем, и тяжкое бремя организации процессов лежало вне его компетенции. Иван и Александр, нахмурившись, погрузились в раздумья. Казалось, их нейросети скрипят от напряжения. Лишь сейчас они осознали всю ценность этого дара, когда мозг работал на пределе возможностей.
Иван резко встал. «Александр, вызывай своих — будем решать коллегиально. Нам понадобится свежий взгляд их учеников, без них мы рискуем совершить ошибку. Влад, с тебя клятва крови — ни единый байт информации не должен просочиться наружу. Для всех вы летали в пояс астероидов на разведку. Александр, еще с тебя — Кирсанов. Приведи его к клятве, а затем поручи ему всестороннее исследование материала, что привез Влад. Это его стихия. ИСБ пока не уведомляем. Это будет в рабочем порядке, чтобы не привлекать внимания. Предлагаю тихо создать новое управление, в рабочем режиме, дабы бюрократы ничего не почуяли. Тебе поступит письмо из моей канцелярии, отпиши его по регламенту. Поиск руководителя — на тебе. Потом подключим ИСБ с официальной проверкой на лояльность. Думаем, где их разместить, чтобы уши не торчали. Легально — где-то на наших площадях, секретно — будем решать с Юсуповыми. А я поговорю кое с кем еще. Тут нужна тотальная секретность, иначе — крышка. Все в нас вцепятся мертвой хваткой. Общий сбор — на рождественском балу, во время вручения премий перед Новым годом. У нас есть месяц на подготовку. Все по коням, господа!» — заключил Иван.