Диагноз: Смерть
Шрифт:
Я зачерпнул черную мазь.
— Борис, держи его. Сейчас будет жечь.
Гигант в рясе подошел к кровати. Его огромные руки легли на плечи Епископа, вдавив его в матрас.
— Не дергайся, святой отец, — пророкотал Бритва. — А то грех на душу возьмешь.
Я начал наносить смесь на швы.
Варлаам завыл. Тихо, сквозь стиснутые зубы.
Скверна, содержащаяся в клее, вступила в реакцию с его Светом и некротикой «Кукол». Пошел серый дым.
Но через минуту вой прекратился.
Епископ расслабился. Его дыхание выровнялось.
Черная корка сковала гниющие стыки, блокируя нервные окончания и останавливая распад.
— Благодать… — прошептал он, закрывая глаза. — Тишина…
Я стянул перчатки.
— А теперь плата.
— Деньги? — он вяло махнул здоровой рукой в сторону сейфа. — Бери все.
— Мне не нужны ваши деньги. Мне нужен вход. В «Костницу».
Варлаам открыл глаза. В них плескался страх.
— Нет… Туда нельзя. Там… там Древние. И сервер Орлова. Охрана… Паладины «Мертвого Дозора». Они не подчиняются мне напрямую.
— У вас есть ключ. Допуск высшего уровня.
— Есть… Но если я дам его вам, Орлов узнает.
— Если вы не дадите, Орлов узнает, что я отправил ваши фото в Синод. И вы сгниете не в этой роскошной постели, а в камере Инквизиции. Выбирайте.
Епископ дрожащей рукой нащупал на шее массивный золотой крест. Нажал на секретный механизм. Крест раскрылся, внутри лежал чип.
— Это мастер-ключ от лифта в ризнице. Он ведет на минус третий уровень. Но дальше… дальше вы сами. Барьер там такой плотности, что плавит плоть грешников.
— О моей плоти не беспокойтесь.
Я забрал чип.
— Вера, Вольт, на выход. Борис, отпусти святого отца.
Мы двинулись к двери, замаскированной под книжный шкаф в углу комнаты.
— Кордо! — окликнул меня Варлаам.
Я обернулся.
— Ты ведь понимаешь, что оттуда не возвращаются? То, что лежит в древних склепах… Орлов разбудил это, чтобы питать свой сервер. Это не техника. Это голод.
— Я привык работать на голодный желудок, — бросил я.
Мы вошли в потайной лифт. Кабина была старой, с коваными решетками.
Я вставил чип в панель. Кнопка «-3» загорелась багровым светом.
Лифт дернулся и пошел вниз.
Свет наверху становился все дальше и дальше, пока не исчез совсем.
Вольт, который все это время молчал, притворяясь ветошью, вдруг поднял голову.
— Сигнал… — прошептал он. — Я чувствую его. Сервер. Он близко. И он… огромный.
— Барьер давит, — прорычал Борис, срывая с себя душную рясу. — Кожа горит!
Я посмотрел на свои руки. Вены вздулись. Магия Света здесь, внизу, была густой, как сироп. Она пыталась выдавить нас, как инородные тела.
— Терпеть, — скомандовал я. — Мы почти у цели.
Лифт остановился с лязгом.
Решетка отъехала.
Перед нами открылся длинный коридор, выложенный желтыми человеческими костями. Черепа скалились со стен.
Костница.
Воздух здесь был сухим и холодным. И он вибрировал от напряжения.
В конце коридора, в темноте, пульсировал синий огонек.
Индикатор работы сервера.
Или глаз чего-то, что его охраняет.
— Ну что, грешники, — я достал тесак, чувствуя, как его рукоять холодит ладонь. — Добро пожаловать в чистилище. Постарайтесь не испачкать ковры кровью. Своей кровью.
Понравилось? Подписывайтесь и добавляйте в библиотеку! Это ускоряет выход проды!
Глава 15
ЦИФРОВОЙ НЕКРОПОЛЬ
Лифт уехал наверх с тихим шелестом, отрезая нас от мира живых, грешных и, что самое главное, прохладных людей.
Здесь, на минус третьем уровне, воздух был сухим, горячим и плотным, как наэлектризованная вата.
Я сделал вдох.
Легкие обожгло. В нос ударил запах озона, тлена и старой бумаги.
— Жжется… — прорычал Борис.
Он сорвал с себя остатки маскировки — рясу, которую мы купили в прачечной. Грубая шерсть, пропитанная его потом, дымилась. На его коже, там, где были свежие шрамы, выступали волдыри.
Магия Света в такой концентрации действовала на Мага Крови как кислота.
— Терпи, — я достал из саквояжа банку с обезболивающим гелем (обычным, не магическим). — Намажь шею и плечи. Это снимет зуд.
— Мне нужно кого-то убить, — гигант сжал кулаки так, что побелели костяшки. — Боль уйдет, если я выпущу кровь.
— Здесь не из кого выпускать кровь, кроме нас самих. Идем.
Мы двинулись по коридору.
Стены здесь были сложены не из кирпича.
Желтые, отполированные временем бедренные кости укладывались в идеальные геометрические узоры. Черепа, вмурованные в кладку на уровне глаз, скалились тысячами беззубых улыбок.
Это было не страшно. Это было… инженерно.
Кто-то очень давно решил проблему перенаселения кладбищ, превратив предков в стройматериал. Прагматизм, достойный уважения.
Вольт шел рядом со мной, уткнувшись в экран своего деке. Его пальцы летали по виртуальной клавиатуре.
— Фонит… — бормотал он. — Сигнал чудовищный. Это не просто Wi-Fi. Это широкополосная передача данных через структуру реальности.
— Переведи, — попросила Вера, не опуская пистолет. Она единственная чувствовала себя здесь относительно нормально, если не считать того, что ее «пустая» аура звенела от напряжения.
— Стены, — Вольт провел рукой по черепу в стене. — Кости — это резонаторы. Орлов использует саму структуру Костницы как антенну. Весь этот некрополь — один гигантский передатчик.
Мы свернули за угол.
Коридор расширился, переходя в круглый зал с куполообразным потолком.
В центре зала, окруженный кольцом саркофагов из белого мрамора, стоял Он.
Сервер.
Черный монолит высотой в три метра. Гладкий, матовый, поглощающий свет. По его поверхности бежали красные руны — некротический код, сплетенный с кибернетикой.
От монолита во все стороны, как щупальца спрута, тянулись толстые кабели.
Они уходили не в розетки.
Они уходили в саркофаги.