Чтение онлайн

— Тебе совершенно не идет такое надменное выражение, с ним ты становишься похожа на одну…хм, знатную леди, которая пригласила нас в свой замок и брезгливо морщила носик, унюхав запах пота. Надо сказать, хороша она была необыкновенно, да вот только за столом так же, как ты сейчас, задирала вверх подбородок и цедила слова сквозь зубы. А уж фигура…платье…одна шея чего стоила…наверное, она никогда не сгибала ее ни перед кем. Как ты думаешь, чем закончился тот ужин?

— Понятия не имею, — процедила я сквозь зубы.

— Как холодно это сказано…Где твоя теплота и душевность? Неужели это все, что ты можешь ответить сейчас?

— Меня не интересуют ваши…похождения по знатным леди.

— Так вот, — как будто не слыша меня, продолжал Схаркр. — В конце ужина эта леди произнесла короткую речь примерно с такой же теплотой, как ты сейчас, потом гордо удалилась из залы, а мы, бедные наемники, остались сидеть за столом, доедая остатки ужина. Ну, и немного прекрасного вина…у этой баронессы оказалось очень неплохое вино. Мы были очень скромны…никто не задирал друзей баронессы, и не гладил под столом, якобы ошибившись, ножки дам. Не морщись, мужчины иногда страдают такими низкими страстями…с одинаковым удовольствием можно шлепнуть по заду и трактирную служанку и знатную леди…Кстати, когда прелестная баронесса нас покинула, дамы возжелали поменять свои места под самыми невинными предлогами. Например, достать яблочко из блюда с птицей…или поправить скатерть на углу стола…Их кавалеры были возмущены столь недостойным поведением, но их пыл был почему-то не замечен никем…кроме дворецкого, разливающего вино…А ночью в дверь нашей комнаты поскреблись…наверное, мышки спасались бегством от кота…пришлось спасти одну маленькую мышку, которая оказалась совсем не холодной, а наоборот, чересчур горячей…

— Мне. Наплевать. На. Все. Ваши. Истории.

— Так вот к чему это я веду…а, вспомнил! — этот гад уже не просто улыбался, он откровенно ржал, сволочь такая! — что подобная холодность очень распространена среди аристократии…пока не создалась приличествующая моменту обстановка. А что ты думаешь по этому поводу?

— Ничего я не думаю! И думать не хочу!

— Рина, ну зачем столько страсти? Разве тут, на улице, ей место? Тут нас могут услышать…например, из того открытого окна…ах, нет, тем не до нас, ты слышишь звуки оттуда?

Непроизвольно прислушавшись, я действительно услышала ритмичный скрип и кое-что, сопутствующее ему. Что тут за идиоты, окно не закрыть, что ли? Или рот своей бабе заткнул бы…

— Куда же ты припустила? Нам налево надо…

Пришли мы опять в трактир Симона. В пустом зале, сгорбившись над коробочкой, сидел несчастный гоблин, передвигая квадратики. Ну-ну, у нас тоже в девятнадцатом веке играли все поголовно, пусть помучается, нечего было меня подначивать. И вообще, я сегодня злая и могу укусить, да еще Схаркр добавил…убила бы…а он веселится, чего только, не понимаю…

— Кирк! — рявкнул арк на весь зал, но гоблин только вздрогнул, не в состоянии оторваться от вожделенной игры. Держу пари, что ему уже наш предмет договора совершенно неинтересен, а вот игровая зависимость налицо. К «одноруким бандитам» пускать его нельзя, проиграет последнюю рубашку!

— Видишь, что ты с ним сделала? — начал обвинительную речь Схаркр. — Ты вывела из строя одного из наших бойцов, это можно приравнивать к вражеской вылазке в Тигорию. Р-раз! И нет гоблина! А знаешь, что делают в таких случаях? Ловят и судят, а потом либо казнят, либо отправляют на рудники. Ну, за такого тощего гоблина казнить вроде как и жалко, ты женщина все-таки, а вот насчет рудников надо подумать. Тем более, что в походных условиях у меня и Вердена имеются полномочия наказания пойманных лазутчиков. Так что сейчас тебе только осталось думать, что ты можешь сказать в свое оправдание!

Пристроившись в углу, я оскорбленно молчала. Хохми, хохми себе, я еще отыграюсь, я не злопамятная, просто я сейчас злая и память у меня хорошая!

Заспанная служанка притащила нам котелок с остывшим мясом и овощами и обещала скоро дать кувшин с отваром, только вот надо чуть подождать…Вопросы так и крутились на языке, но спрашивать — опять унижаться, пока посижу, да посмотрю, что дальше будет. Отвар подоспел, когда меня уже разморило…спала я мало, глаза стали непроизвольно закрываться.

— Поела? Пошли, у нас время до вечера. Я всю ночь не спал…да и ты носом клюешь…Лийка, давай ключ, мы пойдем!

— Никуда я с тобой не пойду…еще чего…туда идти… — начала было я, но Схаркр сгреб мои мешки, одеяло, и приобняв за плечи уже подталкивал к лестнице на второй этаж.

Да ведь он вчера вот так же шел туда с пьяной девицей, он что, тащит меня в ту же комнату? Не пойду, пусть он сам со своими девками и баронессами там…

— Пошли, поспим, потом все выскажешь, из-за чего ты меня чуть не покусала!

Комната была небольшая, но кровать в ней — четверо лягут и еще место будет. А как тут с клопами и прочими тварями дело обстоит? Но ноги несли меня уже к вожделенной кровати…сколько ночей подряд я спала то на сене, то на голой земле, возможность нормально лечь, даже не раздеваясь, перевесила все остальное…сбросив сапоги, я повалилась на покрывало и провалилась в глубокий сон.

Днем я проснулась отдохнувшая, Симон обещал нагреть воды и очень удивился, что я обошлась практически ведром кипятка. Печь в трактире была колоссальных размеров, свое ведро я получила достаточно быстро с напутственным шлепком от хозяина. Ладно, не убудет. Уже вовсю ощипывалась птица, крошились овощи и кипела крупа, трактир готовился к вечеру. Пока я мылась и стиралась, повылезали постояльцы, требуя кто пива, кто еды, кто служанку. Лохматая девица с помятым лицом, которую я уже видела то ли с Куртом, то ли с Даратом, топталась в коридоре у одной из дверей, пока оттуда не заорали с требованием еды и вина. Чуть не сшибив меня по дороге, она ринулась к Симону вниз.

— Значит, Гэрк никуда не идет, — задумчиво рассуждал арк, сидя на кровати. И Крилл, и Курт, а Верден вообще ничего не слышал. — Пошли вниз, там уже все собрались наверняка.

В зале уже сидели по углам посетители, потягивая пиво, памятная мне компания наемников заняла отдельный стол. При нашем появлении все обрадовано загудели, только Кирк безучастно сидел со своей коробочкой, а Гэрк время от времени заглядывал к нему.

— Всем доброго дня! Кирк, расстанься со своим сокровищем, твое мнение тоже всех интересует, — начал Схаркр. — Позавчера мы решали вопрос, как мы пойдем догонять Брента. Курт, Хайлор, вы уже давно оправились, так чего вы торчите в Пейвесе, не в состоянии тронуться с места? Мы с Норкхаром задержались в Харлахе…кстати, а где Норкхар? Кто-нибудь его видел со вчерашнего вечера?

Наемники переглянулись, а Гэрк хихикнул.

— Гэрк, раз ты хихикаешь, полагаю, что ты знаешь, где его искать! Давай-ка иди за ним, чтобы не орал потом, что его не спросили. Давайте сообща решим, что нам дальше делать. В Пейвесе сейчас находится капитан Верден с тремя солдатами, они идут в крепость Барнарда с грузом оружия. Мое предложение таково: присоединиться к ним и следовать вместе до крепости, зайдя по пути к Гномьим горам. Слушаю ваши возражения.

— Схаркр, почему мы должны присоединяться к Вердену? — Хайлор сложил пудовые кулаки друг на друга на столе и сверху припечатал их головой. — Мы прекрасно можем дойти и сами, без захода к горам. Хотя лично я не отказался бы прикупить у гномов хороший меч и боевой топор. Но спешить за солдатами…Брент ушел давно, вряд ли мы его нагоним по дороге, не вижу смысла торопиться, в Барнарде нам будут рады и на неделю позже, а обстановка там сейчас спокойная…

— Хайлор, спокойная обстановка может взорваться в любой момент. Проход через перевал охраняется, но равновесие может быть нарушено…Следующий!

— Присоединяюсь к Хайлору. — Это темноволосый Курт, они вчера вместе с Хайлором тискали тут девиц. — Считаю, что спешить нам некуда, мы едва выкарабкались после того побоища с темными и их тварями и учениками, чуть-чуть отдохнули в Харлахе, постояли тут — а нас уже гонят в Барнард, дескать, там возможен прорыв через перевал. Да если и будет прорыв, то камни тут же покажут это и весь гарнизон Барнарда встанет на перевале намертво. С наблюдательными камнями всегда есть пара часов форы, чтобы успеть прийти на помощь тем, кто стоит на перевале.