Дикая маргаритка
Шрифт:
— У тебя огромная квартира. — Дейзи в изумлении остановилась посреди гостиной. — Эта комната больше, чем весь первый этаж моего дома. — Она подошла к окну. — Какой потрясающий вид! — Дейзи перевела дыхание. — Мне в голову не приходило, что ты так богат.
На секунду Феликс вспомнил Табиту, но быстро отогнал неприятную мысль. Конечно, Дейзи не такая. Деньги ее не волновали, иначе она не работала бы день и ночь в музее за смешную зарплату.
— Повезло с инвестициями, — пожал плечами Феликс. — Хочешь чего-нибудь выпить?
— Нет, спасибо. — Дейзи выглядела немного настороженно. — Какие планы на вечер?
— Хотел пригласить тебя в ресторан с хорошей вечерней программой, — улыбнулся Феликс.
Она прикусила губу:
— Было бы замечательно. Жаль только, что ты не предупредил меня заранее, — я не привезла нарядного платья.
— Не беспокойся, я позаботился.
— Каким образом? — нахмурилась Дейзи.
Он взял ее за руку и повел в гостевую спальню. На кровати в прозрачном чехле лежало платье, купленное им накануне.
— Что это? — Она нахмурилась еще больше.
— Платье для сегодняшнего вечера.
Дейзи посмотрела ему в глаза.
— Ты купил мне платье, — медленно проговорила она.
— И туфли, — немного растерялся Феликс. Разговор с самого начала повернул не в то русло. Когда он покупал платья сестрам, они были в восторге. Почему Дейзи так расстроилась?
— Думаю, я сделала ошибку, — холодно произнесла она. — Извини за беспокойство, Феликс. Я еду домой. — Она повернулась на каблуках и вышла из комнаты.
Он поймал ее в гостиной:
— Дейзи, что случилось?
— Ты купил мне платье, — процедила она сквозь сжатые зубы.
— Ну и что?
— Проблема в том, что ты не спросил меня.
— Тебе не понравилось платье? — удивился Феликс, потому что выбрал классический фасон из черного тяжелого шелка — простое, но очень женственное, как сама Дейзи. У него не было сомнений, что ей понравится. — Ничего страшного, мы пойдем и поменяем.
— Дело не в этом.
— А в чем?
Она подняла подбородок, и Феликс увидел слезы в ее глазах.
— Мне казалось, ты другой.
— Дейзи, объясни. Я не понимаю.
— Не имеет значения. Я еду домой.
— Ты никуда не поедешь, пока не успокоишься, — сказал Феликс, обнимая ее и прижимая к себе. — Расскажи мне, что тебя так расстроило, — я не умею читать мысли. Что плохого в маленьком черном платье?
Дейзи дрожала, и Феликсу показалось, что она плачет.
— Ты стараешься изменить меня, как все до тебя, — с грустью пробормотала она.
Кто хотел изменить ее и почему? Внутреннее чутье подсказывало ему, что сейчас он узнает истинную причину ее обиды. Он немного отстранился, чтобы видеть ее лицо.
— Дейзи, у меня и в мыслях не было менять тебя — ты мне нравишься такой, какая есть.
Она с трудом подавила слезы:
— Тебе хочется видеть меня в платье, но это буду уже не я.
— Между прочим, платья тебе очень к лицу, насколько я успел заметить, — сказал Феликс. — Просто мне хотелось доставить тебе удовольствие, чтобы сегодняшний вечер стал особенным. Знаю, ты любишь мюзиклы — все время напеваешь популярные мелодии. Я не стал говорить заранее, чтобы сделать тебе сюрприз: мне удалось забронировать места на вечерний спектакль. Обычно ты ходишь в брюках, и мне пришла в голову мысль подарить тебе платье, чтобы ты была в театре самой красивой. Что ж, я совершил непростительную ошибку. Мы избавимся от платья. Мне нужно пару минут, чтобы позвонить своей ассистентке: может быть, она возьмет билеты — жаль, если они пропадут. Потом ты скажешь, как хочешь провести вечер.
Разве она не этого хотела? Феликс ожидал, что Дейзи успокоится, но, к его удивлению, ее глаза снова наполнились слезами. Она плакала тихо, в отличие от Табиты, рыдания которой сопровождались драматическими всхлипываниями. Что бы там ни было, ее обида сидела очень глубоко, и Феликс был полон сострадания. Он снова прижал Дейзи к себе.
— Прости меня. Ни за что на свете не хотел тебя обидеть, — прошептал он.
— Нет, это ты прости меня. Я такая эгоистка.
— Совсем нет. Ты права: я должен был спросить тебя.
Дейзи, как и он, не любит сюрпризов, тогда он может понять. Феликс предпочитал сам контролировать ситуацию. Он нежно перебирал ее локоны.
— Кто хотел изменить тебя? — тихо спросил Феликс.
— Мой бывший. — Дейзи перевела дыхание. — Он учился со мной на одном курсе. Нам было по восемнадцать, когда мы начали встречаться. Все было хорошо, пока он не сделал мне предложение. — Ее передернуло. — Как только он надел мне на палец обручальное кольцо, начались упреки: не так одета, не так причесана, не пользуюсь косметикой. Он хорошо представлял, какая у него будет жена, и хотел, чтобы я соответствовала идеалу.
Феликс неожиданно вспомнил их разговор о типе женщин, которых он предпочитает. Он тогда подумал, что кто-то очень сильно обидел ее. Оказывается, он даже не представлял, насколько сильно.
— Дейзи, у тебя роскошные волосы и свой стиль в одежде. Тебе не нужна косметика, ты очень красива и без нее. Твой бывший непоправимо глуп: он не понял, какое сокровище ему досталось. Надеюсь, ты швырнула ему назад обручальное кольцо.
— Нет. — Дейзи слабо улыбнулась. — Просто вернула его и сказала, что не выйду за него. — Она задержала дыхание. — Но после этого все, кто начинал за мной ухаживать, поступали одинаково. Все было хорошо, пока они завоевывали меня. Потом старались изменить: я не устраивала их такой, какая есть.
— У меня не было намерения менять тебя, — он провел рукой по ее лицу, — мне хотелось провести с тобой незабываемый вечер. Вот и все.
— Прости, я неправильно поняла. — Дейзи закрыла глаза. — Выставила себя полной идиоткой.
— Совсем нет. — Он украдкой поцеловал ее. — Теперь, когда ты все объяснила, мне стала понятна твоя реакция. Дай мне пять минут, я отдам билеты.
— Феликс, — Дейзи прикусила губу, — ты можешь подумать, что я взбалмошная и непоследовательная, но я очень хочу пойти на спектакль.
— Но не в платье? — улыбнулся он.
Она кивнула:
— Извини, конечно, платье очень красивое, и ты потратил столько усилий, покупая его, но… я другая.
— Несмотря на то, что рос с сестрами, должен признаться, что совсем не понимаю женщин, — сказал Феликс.
Дейзи перевела дыхание:
— Дело не в тебе, а во мне. Даже моя семья утверждает, что я не похожа на других женщин.
— Не спорю, — согласился Феликс, — но не в смысле осуждения — именно в этом твоя индивидуальность, твое очарование. Давай-ка я приготовлю кофе, пока ты разбираешь свой багаж и приводишь себя в порядок. Надо решить, где ты хочешь поужинать после театра. — Он отпустил Дейзи, поцеловав в уголок губ. — Тебе придется принять еще одно важное решение: ты можешь оставить вещи в гостевой комнате или в моей спальне. Выбор за тобой. Я даже не буду жаловаться, если ты займешь мою душевую перед выходом.