Чтение онлайн

О жизни, в которой я могу повлиять на мир — не только на тех, кто рядом.

Но когда я причалила к тихому уголку, где всегда находила умиротворение, там уже стояла другая лодка.

Глаза мои расширились, когда я увидела Ривера Пирса, который резко выделялся на фоне всей этой идиллии. Ни капли спокойствия в нем не было — и в его присутствии тоже.

На нем была черная обтягивающая футболка, а мускулистые руки покрыты татуировками. Темные волосы растрепаны, глаза спрятаны за золотистыми авиаторами. Он медленно повернул голову, когда я подплыла на несколько метров ближе.

— Не думал, что злые королевы любят солнце и воду, — бросил он, даже не моргнув.

— А где ты думал мы разрабатываем планы по уничтожению врагов? — мурлыкнула я в ответ, и он усмехнулся.

— Ну, теперь все ясно, — отозвался он, лежа, скрестив ноги, будто его тут вообще ничего не трогает.

Первым порывом было развернуться и уплыть. Я точно не собиралась вести светскую беседу с мужчиной, который меня до чертиков раздражал — и, похоже, это было взаимно. Но я заметила, как быстро он тогда встал, когда Сэм и Зейн собирались сцепиться, и я еще не вмешалась.

Я не привыкла, чтобы кто-то вставал на мою сторону. За исключением отца. Но даже он с возрастом все чаще оставлял меня разбираться самой.

Я крепче сжала весло, собираясь грести в другую сторону.

— Не плыви из-за меня. Я и так скоро уйду.

Я замерла:

— А откуда ты знаешь об этом месте? Оно довольно скрытое. Я всегда сюда приплывала. Никого раньше тут не видела.

Он сел, приподнял свои авиаторы, и его тёмно-карие глаза на солнце казались почти черными.

— Купил дом вон за тем поворотом, в конце этой заводи, пару лет назад. Никогда не думал, что полюблю лодки, но мне нравится бывать здесь один. Дает время подумать… о других карьерных путях, ты знаешь, раз уж я такой хреновый адвокат. — Он ухмыльнулся, выдав ту самую дьявольскую улыбку, от которой мои гормоны тут же вышли из-под контроля.

Какого черта?

Я терпеть не могла этого мужчину, но тело постоянно предавало меня, стоило ему появиться рядом.

Что злило меня еще больше.

Он был непредсказуемый, колючий, раздражающий и чертовски красивый.

Дикий Ривер.

Он лез мне под кожу, и это было совсем не окей.

Я очень рано усвоила, что единственный способ выжить в этом мире — держать все под контролем. Непредсказуемые люди были красными флагами, и я обходила их стороной любой ценой.

Я положила весло в каяк и откинулась назад, сделав вид, что его присутствие не трогает меня вовсе.

— Никогда бы не подумала, что ты такой чувствительный. Мое мнение о твоей работе действительно имеет для тебя значение?

Вода мягко плескалась у берега, и я попыталась расслабиться, хотя сердце колотилось в груди каждый раз, когда он оказывался рядом.

Может, это инстинкт пытался меня предупредить — держись подальше.

А может, я просто была до безумия к нему притянута.

Конечно была… Почему бы не потянуться к кому-то опасному? К тому, кто причинит тебе боль?

Это все, что я знала.

Я изучала психологию больше половины своей жизни. Я умела читать людей. И Ривер Пирс был — сплошной сигнал опасности.

— Меня задевает, когда меня судят несправедливо. В детстве этого дерьма хватило. А теперь, во взрослом возрасте, это меня чертовски бесит.

Я не ожидала такой реакции. Резко села, стянула с лица солнцезащитные очки и встретилась с ним взглядом.

— То есть, ты обиделся на то, что я тебя неправильно оценила?

— Я заикался?

— Почему тебе вообще важно, что я о тебе думаю? — прошипела я. — Я же Злая Королева, помнишь?

Уголки его губ приподнялись. Этот мужчина был хаосом в чистом виде. Я не могла понять, когда он злится, а когда шутит.

— А-а-а… значит, кто-то обиделся, что ее назвали Злой Королевой? Может, я и тебя недооценил, Руби? — его голос был хриплым и до невозможности сексуальным.

— Начнем с того, что мне плевать, что ты обо мне думаешь. Меня волнует только мое мнение о самой себе, — фыркнула я. — И, кстати, Злая Королева — это не оскорбление. Это значит, что я справляюсь со своей задачей.

— У тебя все по полочкам, да? Думаешь, твоя крутая степень делает тебя экспертом по людям?

Из моих уст вырвался саркастический смешок.

Очень в моем стиле. Очень по-королевски. Мне понравилось.

— Ну да, гений. У меня докторская степень по психологии. По определению это делает меня весьма неплохим специалистом в чтении людей.

— Ну что ж, доктор… расскажи мне, кто я. Раз ты такая умная и все обо мне знаешь. Интересно посмотреть, на что ты способна.

Я обожала этот момент. Когда кто-то позволял мне его оценить — и я могла показать, насколько легко его раскусила.

— С удовольствием. Даже бесплатно — потому что мне это доставит удовольствие. — Я приподняла бровь и задумалась. — У тебя сложное прошлое. Я, конечно, не знаю, что именно случилось в детстве, но теперь у тебя проблемы с доверием. Ты не умеешь быть в отношениях — вообще не выносишь ничего, что связано с обязательствами. Ты умнее большинства тех, с кем общаешься, — сказала я, и он расхохотался, будто я только что объявила его гением. — Не возгордись. Ты даже не самый умный человек в этом заливе.

— То есть, я умнее большинства, но не тебя.

— Мое мнение. Но я всегда стараюсь быть более подготовленной, чем мои оппоненты. Так что не обижайся, — пожала плечами.

— Думаешь, твой вывод, что я не умею строить отношения, делает тебя гениальным доктором психологии? Да это ни для кого не секрет. Весь город знает, что я не строю отношений. Вставай в очередь, Злая Королева. Ты ничего нового не сказала.

Теперь уже я рассмеялась:

— Может, и так. Но они не знают, почему ты закрыт. Они не знают, что если снять все слои, в основе всего будет страх.

— Ага. То есть я боюсь женщин, правильно?

Я поняла, что он развлекается.

— Ты боишься боли. Потери. Боитесь позволить себе радость. Ты боишься доверять кому-либо за пределами узкого круга.

Он замолчал и пристально посмотрел мне в глаза.

— Обалдеть. Все это время я думал, что просто люблю трахаться с разными женщинами, потому что мне быстро все надоедает. Спасибо, доктор Роуз. Теперь я могу дышать спокойно.

— Смейся сколько хочешь. Ты классика. Снаружи — броня, внутри — сплошная трещина. — Я это знала, потому что сама была такой. Только не собиралась ему в этом признаваться.