Чтение онлайн

Это притяжение между нами, скорее всего, и было распознаванием — одного сломанного человека другим.

— Ладно. Не стану спорить с тем, что я поврежденный. Это и так очевидно. Видимо, ты и правда эксперт, — сказал он, но я уловила нотки сарказма.

Я с детства привыкла собирать информацию о людях в городе. Кто из них опасен. Кого лучше избегать.

Ривер и его друзья всегда были в этом списке.

Черт, я однажды даже подралась с его другом Ромео, когда мы были подростками. Он тогда даже не стал сопротивляться. Я была вынуждена вступить в бой, потому что на меня накинулись несколько ребят по дороге домой из школы, и он пришел на помощь.

Я не могла этого допустить.

Не могла позволить себе показаться слабой.

Так что я врезала ему кулаком в живот и заявила, что могу справиться сама.

Он ничего не сделал в ответ. Просто кивнул, будто понял, почему я была вынуждена это сделать.

Но, в отличие от Ривера и его друзей, я всегда предпочитала летать в одиночку. Я не хотела полагаться ни на кого, кроме отца. Несколько раз я все-таки доверялась — и каждый из них заканчивался тем, что мне прилетало по полной.

Отец был единственным человеком, который ни разу меня не подвел.

Мы заботились друг о друге, как умели.

Сейчас Ривер смотрел на меня хмуро, и я знала, что разозлила его — даже если он пытался сделать вид, будто я не сказала ничего нового.

— Ты сам попросил, чтобы я сказала, что думаю. Так что не стреляй в гонца, — бросила я и потянулась за веслом.

— Ну и каково это — сидеть на своем высоком пьедестале и судить всех подряд? Должно быть, там наверху одиноко, Руби. В отличие от тебя, я нашел людей, которым доверяю. Да, у меня было дерьмовое детство. Как и у миллионов других. Но я что-то с этим сделал. Мне не нравилось, что со мной произошло, и я выбрал профессию, с помощью которой могу изменить мир. Чтобы подобное не случалось с другими. А ты выбрала профессию, в которой можно делать выводы о каждом встречном. Может, я и не психолог, но, по-моему, ты просто нашла способ держать всех на расстоянии. Признать, что все плохие — и тем самым отгородиться. Но, в отличие от тебя, я живу. Я наслаждаюсь жизнью. А ты сбежала и зарылась в книги, чтобы не сталкиваться с реальностью. Так кто из нас настоящий самозванец?

Сукин сын.

Он только что провел полный психоанализ меня?

И в паре моментов оказался не так уж далек от правды.

Но вот чего он не понимал — так это того, что я вовсе не отрицаю, кем являюсь.

Так что я поступила, как любая разумная женщина на моем месте.

Я взяла весло, резко опустила его в озеро и с силой ударила — брызги взлетели прямо ему в лицо.

Он даже не дернулся. Только ухмыльнулся, будто выиграл какую-то чертову партию.

Я показала ему средний палец — и свалила оттуда к чёртовой матери.

Ривер Пирс был не просто красным флагом.

Он был слишком умен для своей же безопасности.

Чертовски красив.

И только что разложил меня по полочкам — безо всякой учебы.

И от этого я возненавидела его еще чуть-чуть больше.

. . .Ривер

Я припарковался у больницы и заглушил двигатель.

Черт.

Руби снова влезла мне под кожу — этим утром, на воде. Почему меня так тянет к женщине, которая при каждом удобном случае меня оскорбляет?

Да, я ей отвечал — потому что не стоит бросаться дерьмом, если не умеешь его ловить в ответ.

Но то, как в тот момент вспыхнули её ореховые глаза… этого я не ожидал.

Я задел ее.

Черт возьми, я и не думал, что у нее вообще есть чувства.

А ее болтовня о том, что я боюсь… ладно, в этом что-то было. Я и правда не доверяю многим. Держу круг общения узким.

Но, по крайней мере, у меня есть этот круг.

А она убежала ото всех.

Я, по крайней мере, не прячусь от своих демонов.

Я вышел из машины и направился в больницу навестить Лайонела. Он только начал курс физиотерапии, был раздражен и ворчлив — так что визиты, насколько я знал, ему помогали.

Но, мать его, как же я ненавидел это место.

Я поднялся на лифте на шестой этаж. И как только двери открылись, я замер — услышав ее голос.

— Я хочу знать, почему мой отец сидит в собственной моче. Это абсолютно недопустимо.

Руби была в ярости. Что, по-видимому, для нее было нормой.

Я подошел ближе — сам не знаю зачем. Просто мне нужно было убедиться, что с ней все в порядке.

Она бросила взгляд в мою сторону, но, впервые с момента нашего знакомства, в ее глазах не было раздражения при виде меня.

— Мы не знали, что ему нужно в туалет, — сказала женщина по ту сторону стойки, на вид лет шестьдесят. Руки скрещены, взгляд — жесткий. Но я видел, как нервничает, несмотря на попытку сохранить равнодушие.

— Это интересно, Бетти, — произнесла Руби с ядом в голосе. — Он сказал, что вызывал вас четыре раза. Четыре, мать вашу, раза. А ему нельзя вставать самому, по вашим же правилам. Значит, вы просто позволили ему обмочиться, как ребенку? Вы хоть понимаете, насколько это унизительно?

— Наверное, я не услышала сигнал. У нас здесь есть и другие пациенты. Он не единственный, кому мы нужны.

— Ясно. То есть — ни извинений, ни попытки как-то это исправить? — голос Руби дрогнул, и это меня поразило. До сегодняшнего утра я ни разу не видел ее уязвимой. А теперь казалось, что она едва сдерживается.

Но потом она выпрямилась, подбородок поднялся, плечи расправились — как будто она собиралась идти в бой.

Черт, я знал это движение. Узнавал в ней себя.

Бей или беги? Я всегда выбирал бить.

— Бетти, — сказал я, и она повернулась ко мне, глаза жесткие. — У вас в семье был кто-нибудь, кто перенес инсульт и остался полностью зависим от других?

— А вам-то какое дело?

— Я просто к тому, что немного сочувствия не помешало бы. Подумайте о Руби. Видеть своего отца в таком состоянии тяжело. Она бросила дом, работу, все — чтобы быть рядом и помочь. Уверен, вы можете понять, как это тяжело — видеть его таким, правда?

Я ожидал, что Руби заорет на меня за то, что вмешался, но она этого не сделала. Ее плечи немного опустились, будто у нее просто не осталось сил сражаться со мной.

Блядь… когда в последний раз кто-то вообще встал на ее сторону?

— Я понимаю, как тяжело видеть, как страдает родной человек. Простите, что не успели вовремя. Я сейчас же схожу к нему и приведу его в порядок. Постараюсь следить за сигналами внимательнее, — сказала Бетти уже куда мягче.

— Благодарю. Я подожду здесь, пока вы закончите, — кивнула Руби.

— Это займет немного времени. Я могу его сразу отвести в душ, если хотите сходить перекусить или выпить кофе. Вернитесь минут через тридцать.