Чтение онлайн

–  Мне тоже хотелось бы в это верить. Но сердце твердит - я прав. Я действительно кукушонок. Скажи, Габри, что они делают с нами, с людьми? Ты единственный, кому я решился довериться. У тебя могущественные друзья, связи. Как докопаться до правды? Как разоблачить их, этих "мирных пастухов человечества"?

Мидару почесал плохо выбритый подбородок, колеблясь, а потом все же решился тоже поделиться с гостем, справедливо рассудив, что раз уж затевать войну, то следует заручиться поддержкой надежных союзников. А то, что Бартеро Гисари теперь его союзник, Габриель не сомневался.

–  Знаешь, я на днях получил письмо, в котором жители острова Мирд жаловались, им негде теперь жить. Там богатые залежи никеля, свинца и каких-то минералов. На территории всего острова. Жителей согнали с обжитых мест, раздробили горы, расковыряли землю, у кого-то разрушили дома, погубили сады и посевы. И не дали никакой компенсации. Я как раз приготовил речь для Жисаса. Правда, в ней обвиняется "Горнодобывающая компания Винард и сыновья". Но она действует по указу гатуров. Это известно всем.

–  И ты…

–  Что я? У меня есть письмо, подписанное более чем пятьюстами жителями острова. А у тебя ничего. А если доказательства и существуют, то спрятаны в какой-нибудь лаборатории, которая может находиться где угодно, - он щелкнул пальцами.
– Есть еще архив Первопланетнного Дома, резиденции Сириуса на Земле!

–  Только навигаторы имеют туда доступ, - вздохнул Бартеро.

–  Слушай, сколько я тебя знаю, ты постоянно принижаешь свои достижения. Ты далеко не простой инженер. Тем более сейчас ты куратор экспедиции. Кстати, куда ты сейчас направляешься?

–  Опять на юг. В вечные льды, - он усмехнулся.
– Вечные, благодаря гатурам.

–  Но заметь, какую пользу они приносят, эти гребнеголовые. За двести пятьдесят лет их присутствия не было ни единой крупной военной стычки, - добавил Габриель.

–  Зато всякая гадость повылезла наружу.

–  Она была всегда, - справедливо заметил Мидару.

Глаза Бартеро сверкнули.

–  Я знаю, как разоблачить гатуров!

–  Как?

–  Через таких же наглых и беспринципных существ, как и они. Подлец способен обмануть подлеца. Помнишь, ты говорил, что знаешь самого Итеро Кинса.

–  Усача?

Габриель усмехнулся. Вовремя этот парень напомнил про гангстера. Ой, как вовремя.

–  Не лично, - поспешил добавить владелец "Пульса Спиры".
– Партия имела с ним дело. По его заказу мы протащили закон по смягчению санкций за сверхлимитную торговлю алкоголем. Только я бы не сказал, что он подлец. По сравнению с остальными он просто благородный рыцарь.

–  Почти благородный… Так пусть он нам поможет, - обрадовался Бартеро.

–  Как?

–  Снимет копии с архивных документов. У него наверняка есть связи с резиденцией.

–  Да-а-а, - задумчиво протянул Габриель, внутренне возликовав.
– Возможно. Но это не дело одного дня. Тут подумать надо как следует. А идея хороша, - оценил он.
– Я пошлю людей разузнать обстановку. Назначу встречу… - он взлохматил волосы на затылке.
– Кстати, ты когда уезжаешь и насколько?

–  В конце недели. Где-то на четыре месяца. А там как пойдет.

–  К твоему возвращению все документы будут у меня. Возможно, я уже дам делу ход.

–  Я знал, что ты поможешь!

Оставшись один, Мидару взялся было за телефонную трубку, но передумал. Из дома звонить безумие. Но идея хороша. Ой, как хороша! К тому же у Габриеля были свои мотивы разобраться с чужаками и их верными шавками. Особенно с Роузом. Этот человек, чрезвычайно влиятельный в политическом мире, стал создавать неприлично много проблем для партии Добрых перемен, и не только для нее. И с конкурентами посчитаться - самое то.

"Думаю, если провести подобающую работу, можно избавиться от них за чужой счет. Усач тут очень кстати", - решил Мидару и только тогда взялся за телефонную трубку. По памяти набрав номер, он дождался голоса на другом конце провода, кашлянул и, четко выговаривая каждое слово, произнес:

–  Песни забываются со временем. Ветры дуют яростнее к северу.

–  Уже как четырнадцать дней, - ответили ему.

Удовлетворенный Габриель Мидару положил трубку, закрыл окно и принялся одеваться. Ему предстояла прогулка по центральным улицам. Через час в кафе на площади Великого Прибытия его будут ждать. Не стоит опаздывать.

Бартеро, выйдя от Габриеля, отправился бродить по улицам, словно стеклышки в детском калейдоскопе так и сяк складывая воспоминания, оценивая каждый поступок, и все больше убеждаясь в правильности своих выводов - он дитя гатуров. НЕЛЮДЬ.

Он умеет слишком много для обычного человека. В древности такие способности приписывали волшебникам. Его чересчур заботливо опекали в гатурьей школе, ревностно следили за достижениями, ограничивали общение с семьей…

Семья… Красавица-мать, медсестра в городской больнице, отец - крупный издатель… Это благодаря ему Бартеро не стеснен в средствах, может капризничать, тянуть с экспедицией, выжидая наилучших условий. Строгое воспитание в детстве обернувшееся удивительным, похожим на игру обучением в школе пришельцев со звезд, заботой наставника Наридано, так и не заменившего ему отца… Сейчас обе части его жизни кажутся хрупкими хрустальными сосудами, готовыми разбиться при любой неосторожности. Как справиться с новым знанием? Как убедить себя, что он ослышался, ошибся, и жить в счастливом неведении дальше?

Он сам не заметил, как оказался на пустой в такую скверную для туристов погоду смотровой площадке башни Согласия. Его синему взгляду открывался почти весь Равидар, дождливая столица Спиры, медленно спускающаяся к Герийскому океану.

Высотные дома с коническими крышами, круглая белая башня центральной библиотеки, четырехъярусная пирамида Управления Мореходством, праздничные арки, ограничивающие автомобилям въезд на двенадцатигранные площади, и золотой купол храма, единственного выстоявшего за двести пятьдесят лет колонизации… На самом высоком холме в дождевой дымке угадывалось островерхое здание планетария и высокие причальные мачты, над одной из которой зависла темная туша дирижабля…

Год за годом в городе оставалось все меньше домов, построенных по людским проектам. Непривычная архитектура гатуров вытесняла простенькие, но уютные домики, придавая улицам иногда праздничный, иногда кичливый, но всегда чуждый вид. Гатуры меняли город, как и самих людей, соприкасавшихся с ними так или иначе. Да и останутся ли простые люди через век-другой при таких усилиях инопланетян?

Бартеро не любил Равидар. Впрочем, по-настоящему свободным он себя чувствовал в море. Гатуры почему-то побаивались воды и предоставляли освоение этой стихии людям. Естественно, контролируя их.