Чтение онлайн

Она рассмеялась.

— Что ж, похоже, сегодня я твой личный бармен. Наслаждайся. Я подойду к тебе через минуту.

Запрокинув голову, Тарген сделал большой глоток гуроша. Напиток был холодным, но обжигающим, жгучим, но сладким. Это было именно то, чего он с нетерпением ждал с тех пор, как ушел из дома. Он остановил себя после того, как выпил две трети напитка, и поставил кружку на стол.

На несколько мгновений он зажмурился и сосредоточился на затяжном огне гуроша, позволив всем остальным звукам и запахам вокруг себя исчезнуть. Пройдет некоторое время, прежде чем выпивка подействует на него достаточно сильно, чтобы заглушить Ярость, но это было начало.

Когда он открыл глаза, то позволил своему взгляду блуждать по клубу, отмечая позиции сотрудников службы безопасности и двери, которые он мог разглядеть сквозь переплетения света и тьмы. Всегда полезно иметь представление о том, где находится все и вся на случай, если что-то пойдет не так.

И обычно для него все заканчивалось плохо.

Танцоры продолжали свое разгулье, в основном посредством движений тазом и тесных контактов, едва отличавшихся от имитации полового акта, а музыка продолжала задавать бешеный ритм. Он мог только представить, как громко было на танцполе.

Он понемногу допивал остатки своего напитка, время от времени переводя взгляд на терранку. Она была в постоянном движении, обслуживая посетителей, и ее улыбка — эта чертовски красивая улыбка — ни разу не дрогнула. Он поймал себя на том, что прикусывает нижнюю губу всякий раз, когда его взгляд опускается ниже. Этот пирсинг в ее пупке был особенно соблазнительным; ему хотелось обвести его языком.

Его член запульсировал, подпитываемый искрой Ярости — но эта Ярость почему-то ощущалась по-другому.

Когда она, наконец, вернулась к нему, ее улыбка стала шире — по крайней мере, так ему показалось. Вполне возможно, что подсознание заставляло его видеть то, что он хотел.

— Готов к следующей? Или к чему-то еще? — спросила она.

Обычно он предпочитал гурош; это был напиток, который предпочитали его друзья, и к тому же это был напиток воргалов. Но эта ночь показалась ему подходящей для того, чтобы отважиться отойти от типичного и нарушить свой распорядок — тем более, что распорядок уже был нарушен.

— Что ты порекомендуешь? — спросил он. — Есть ли здесь хорошие земные напитки?

Она рассмеялась, звук был теплым и легким.

— Боюсь, что спроса на них пока недостаточно, чтобы убедить владельцев импортировать какой-либо алкоголь с Земли.

— Ну, тогда как насчет того, чтобы удивить меня? Я всегда заказываю одно и то же, черт возьми. Помоги мне изменить привычный ход вещей.

Терранка сузила глаза, поджала губы и задумчиво скривила их. Затем она ухмыльнулась.

— Я поняла.

Она поставила рюмку на стойку бара, схватила бутылку со светящейся ярко-красной жидкостью и перевернула ее, наполнив стакан наполовину. Она взяла бутылочку поменьше и потемнее, когда убирала первую, и позволила упасть в стакан только двум каплям из второй. Смесь на мгновение забурлила, и светящаяся красная жидкость стала ярко-фиолетовой.

— Попробуй.

Тарген потянулся вперед, взял рюмку и, запрокинув голову, осушил содержимое одним глотком. Если гурош был жидким огнем, то это было нечто совершенно нового уровня — возможно, ближе к употреблению плазмы, с таким сильным ожогом, что на несколько мгновений у него исчезло чувство вкуса.

Он поморщился, разлепив губы, и выдох обжег почти так же сильно, как напиток. Он поднял пустой стакан и посмотрел на него, выгнув бровь.

— Черт возьми, что это за хрень?

Она рассмеялась.

— Это напиток крен. Они называют его «яд пустоты».

Как его друзья-крен до сих пор не рассказали ему об этом? Они получат нагоняй, когда он придет домой.

Ухмыльнувшись, Тарген поставил рюмку на стойку и подвинул к ней.

— А как они называют тебя?

Она фыркнула и закатила глаза, снова наполняя его бокал.

— Жалкий землянин.

— Я бы сказал, что красивая землянка подходит больше. У тебя есть имя, или это оно?

Несмотря на неровное освещение, Тарген увидел, как потемнели ее щеки, прежде чем она отвела от него взгляд.

— Юри, — сказала она, возвращая ему бокал. — Меня зовут Юри.

Кончики пальцев Таргена на мгновение коснулись ее руки, когда он брал у нее напиток, но этого оказалось достаточно, чтобы он почувствовал, какой мягкой, гладкой и теплой была ее кожа. Его рука была в два раза больше ее.

— Юри, — повторил он, поднимая бокал в очередном приветствии. — Меня зовут Тарген. За новую дружбу.

Румянец на ее щеках стал еще темнее.

— Мне запрещено пить во время смены.

— Ну что ж, — Тарген допил напиток, зашипел от ожога и снова подвинул стакан к ней, — Тогда я выпью один за тебя. Не волнуйся, это за мой счет.

Она усмехнулась и налила ему еще «яда пустоты».

— Я вернусь. Не теряй сознание пока я не приду.

— Потребуется гораздо больше, чем немного крен-напитка, чтобы вырубить меня, — со смехом сказал Тарген, прежде чем залпом сделать следующий глоток. Он сильно покачал головой, желая избавиться от боли, и со стуком поставил пустой стакан на стойку бара. Он уже чувствовал кайф, который обычно приходил на восьмой-девятой кружке гуроша. Ему нужно было сбавить обороты, если он не хочет вскоре выставить себя полным дураком.

Пока Юри наливала другим посетителям, Тарген сосредоточился на коллекции бутылок и бокалов, выстроившихся в ряд на стене за стойкой бара. Падающие на них огни теперь казались еще более яркими и красочными, а музыка, подгоняемая этим безжалостным ритмом, была еще более притягивающей. Внезапно ему захотелось танцевать, захотелось почувствовать басы в своей груди и движения тел вокруг, захотелось отдаться этому гипнотическому ритму.

И ты еще не настолько опьянел, чтобы притворяться, что не знаешь, чем это закончится, идиот.

Он нахмурился. Может быть, какое-то время там и было бы весело, может быть, можно было бы расслабиться и отдаться музыке. Но в конце концов сладкое блаженство забвения, обеспеченное алкоголем, исчезнет, а шум, жара и толпа пробудят что-то глубоко внутри него. Они всколыхнут обрывки воспоминаний, разожгут его Ярость, и что тогда? Драка на кулаках в его старом баре ни у кого бы не вызвала переполоха, но здесь его, скорее всего, арестовала бы Вечная Стража.

К нему подошел один из других барменов и спросил, не хочет ли он чего-нибудь еще. Тарген покачал головой, не выпуская рюмку из рук. Его внимание снова переключилось на Юри; она разливала напитки в нескольких метрах от него. Когда она наклонилась, чтобы достать что-то из-под стойки, его взгляд опустился на ее задницу. Новая волна похоти захлестнула его, и член дернулся, натягивая штаны. Он застонал, к счастью, этот звук был заглушен музыкой.