Диктиона. Пламя свободы
Шрифт:
— Ты-то мне и нужен, — улыбнулась я, направляясь к мужу.
Он тоже улыбнулся, но как-то натянуто. И когда я обняла его, мне показалось, что его движения скованы нерешительностью. Отстранившись, я внимательно взглянула ему в глаза. Он не пытался отвести взгляд, и я заметила в нём какую-то непривычную тревогу.
— Я рада, что, наконец, всё разрешилось, и нам не нужно думать, на чьей мы стороне, — произнесла я, и вдруг подумала, что это звучит нелепо. Мне было не по себе. — Что-то случилось? — напрямик спросила я.
— Ничего, — он покачал головой, и его губы дрогнули в попытке улыбнуться, но потом он вздохнул и кивнул. — Да, кое-что произошло. И отчасти по моей вине… Мне нужно поговорить с королём.
Я с сомнением обернулась на дверь зала. Мне казалось, что если Кристоф войдёт туда и столкнется с Кибеллом, то от этого столкновения посыплются искры.
— Не думаю, что он будет рад тебя видеть, — пробормотала я.
— Почему? — он недоумённо взглянул на меня.
— Если б я знала… Он уверен, что ты явился сюда не к добру.
— Он прав. Но я не хочу, чтоб зло, которое явилось вместе со мной, оставалось бесконтрольным. И мне нужна помощь, чтоб остановить его.
Я не могла больше скрывать своей тревоги. Я внимательно смотрела на Кристофа и вспоминала свои тяжкие предчувствия, его странные слова во время прошлой встречи, и ту явную антипатию, которую испытывал к нему Кибелл.
— Ты имеешь какое-то отношение к тому, что произошло ночью возле дворца? — спросила я.
Он кивнул и, пройдя мимо меня, направился к двери в зал. «Спаси и помилуй», — невольно пробормотала я и двинулась следом. Я уже начала догадываться, что худшие мои предчувствия оправдались, и самое страшное совсем не позади. Оно начинается. И, кажется, сами боги не знают, куда это может нас завести.
В зале стояла тишина. Я была уверена, что Кибелл почувствовал его приближение, потому что когда дверь распахнулась, он стоял посреди зала и, положив руку на эфес меча, исподлобья смотрел на нас. Вернее, на Кристофа. Не было ни искр, ни грома, но мне сразу показалось, что воздух в зале наэлектризовался до предела. И в этом было что-то жуткое и абсурдное: два сильных и умных человека, которых я знала и в которых была абсолютно уверена, неожиданно встретились, как непримиримые враги.
— Моё имя Кристофер Джордан, — расправив плечи и стоя напротив короля, произнёс Кристоф. — Мне нужно кое-что рассказать тебе, и я надеюсь, что мы сможем избавить твою планету от дальнейших неприятностей.
Я заметила, как дёрнулся мускул на неподвижном лице Кибелла, потом он перевёл взгляд на Эдриола.
— Я не знаю, что делает здесь этот человек. По твоему мнению, мы обязаны ему миром, но это в прошлом. На сей раз, он явился сюда с оружием в руках в компании тех, кто убивал наших людей и разрушал наши жилища. Он пришёл сюда как враг, теперь враг побеждён. Что он делает в этом доме?
— Он мой друг и мой гость, — с вызовом ответил Эдриол. — Он сказал, что не убивал наших людей и не разрушал наших домов. И я ему верю. К тому же он спас моего племянника и твоего сына.
Кибелл медленно опустил ресницы и расслабил плечи, но руку с эфеса не убрал.
— Я выслушаю тебя, — произнёс он, наконец, снова взглянув на Кристофа. — Но я ничего не обещаю. Потому что я совершенно уверен, что мне не понравится то, что я услышу. Что ты хочешь сказать?
— Я хочу объяснить, что произошло ночью в центре столицы, — ответил Кристоф. — Я знаю, что это, и знаю, как это можно остановить.
— Говори!
Кристоф вздохнул и посмотрел на меня, словно искал поддержки. Я чувствовала, что ему мешает та позиция, в которую намеренно загнал его Кибелл. Ни заступничество Эдриола, ни спасение Кирса, ни его жертва на планете баларов не принимались в расчёт. Кристоф не боялся, это было ясно, но отношение к нему, как к врагу, сковывало его. Он не привык чувствовать себя виноватым, но доля правды в словах короля была, и он признавал это.
Я кивнула ему и подошла ближе, чтоб он мог обращаться не только к королю, но и ко мне.
— Хорошо… — произнёс он, наконец. — Я скажу, что это было. Вернее, кто… Начать придётся немного издалека. Впрочем… Для того чтоб было всё ясно с самого начала, я скажу, что виновником этой катастрофы был Проклятый Демон с планеты Беллдонна.
Он вздрогнул, и я заметила, как отшатнулся от него Кибелл, а его приближённые вскочили с мест и на их лицах отразился ужас. Кристоф медленно кивнул, глядя на них.
— Вы почти знаете, о чём идёт речь…
— Почти… — произнёс Реймей, делая шаг к нему. — Почти… Кто же привёз его сюда? Кто высвободил Хорузана из недр погибшей Аматесу и помог ему настичь наш народ через столько веков?
— Разные люди… — ответил Кристоф. — Виновных много… Никто не имел намерений свершить такое… Но дорога в ад вымощена благими намерениями, и никто не застрахован от козней дьявола. В этом мире нет святых.
— Говори, — повторил Кибелл, снова взяв себя в руки. В его глазах зажёгся очень нехороший мрачный огонь, но в остальном он был совершенно спокоен.
— Это было несколько лет назад, может, десять или около того, — начал Кристоф и посмотрел на меня. — Я тогда находился на Арсиное, преследовал банду сумаронских шаманов, вырвавшихся из огненного кольца белых донзаров на Рутаве. Я нашёл их в самой глубине арсинойских джунглей, но при этом понял, что в одиночку ничего не смогу сделать. Их было немного, но они притащили с собой с Рутавы целый батальон жёлтых зомби. Они стояли военным лагерем, и подобраться к алтарю Зевы, чтоб лишить зомби силы, было невозможно. Несколько недель я шатался вокруг, ища выход из этого положения, и неожиданно встретил отряд хорошо вооружённых людей. Это были люди из экспедиционной армии инопланетного легиона Ормы. Ими командовал капитан Рен Басар, бывший командир одного из повстанческих соединений в горах Ормы. Они уже выполнили свою задачу, но слегка заблудились в джунглях, и потому не смогли выйти к месту рандеву с транспортником, который должен был вывезти их с планеты. Впрочем, и до рандеву у них было время… Я рассказал им о своей миссии, и они согласились мне помочь, — Кристоф на какое-то время замолчал, вспоминая те далёкие дни. Потом заговорил снова: — В отряде было полно инопланетян. Этакая сборная солянка, но они были очень сплочённой командой и полностью доверяли своему командиру, которого называли Барсом. У него было два друга, очень близких, насколько я успел тогда понять. Это была такая странная троица. Ормийский горец, слегка помешанный алкорский рыцарь и землянин, забавный парень по имени Лю Чен. Он был китайцем и заверял, что в прошлой инкарнации был монахом Шао-Линя, таскал с собой самурайский меч, и, к его чести нужно сказать, неплохо умел им пользоваться. Он был сдвинут на мистике, каждый вечер гадал по Книге Перемен, медитировал, распевал какие-то мантры и всюду разыскивал магические предметы. Всю свою коллекцию он носил с собой в заплечном ранце. В общем-то, он был добрый и честный парень. Его все любили, особенно Рен и Норан Лоуорт, его друзья.
Медленно пройдясь по залу, Кристоф подошёл к окну и, остановившись возле него, негромко произнёс:
— Лю Чен погиб в том бою с жёлтыми зомби. Мы сделали своё дело, и все шаманы были дезинтегрированы, а алтарь разукомплектован. Мы засунули его кристаллический мунтор под кожух атомного реактора на ормийском транспортнике, и он распался. Зева и вся сумаронская ложа прекратили своё существование, но Лю Чена это вернуть уже не могло. Рен и Норан были в таком отчаянии, что я был просто поражён. Опытные солдаты привыкают к потерям, но маленький китаец значил для них слишком много. Я чувствовал вину, что втянул их и его в это опасное дело, иначе ни за что не согласился бы на ту безумную авантюру, которую они мне предложили.
Он снова смолк, глядя на улицу, потом заговорил, и голос его звучал глуше, чем до этого.
— В его ранце была одна реликвия. Он купил её где-то на распродаже и долго занимался изучением. Кое-что он понял, но теперь я должен признать, что он неверно интерпретировал некоторые вещи. Это был пергамент. Чёрный свиток с четырьмя пентаграммами и текстом, написанным красными чернилами. Он пытался прочесть свиток и выяснил, что он содержит описание ритуала, связанного с вызыванием души мёртвого и возвращением её в тело. Он был уверен, что это ритуал для возвращения к жизни тех, кто умер. Норан ухватился за это, он был уверен, что Лю Чена можно оживить. Басар отнёсся к этому более скептично, и всё же какая-то отчаянная надежда была и у него. Они уговорили меня лететь с ними на Беллдонну и провести ритуал. Я в это не верил, но думал, что хуже не будет. Однако чем ближе мы были к цели поисков, тем хуже были мои предчувствия, но мне почему-то казалось, что отступать некуда. И координаты планеты, и местоположение святилища были зашифрованы в свитке. Планету расшифровал сам Лю Чен, это была Беллдонна. С остальным пришлось повозиться. На планете не было атмосферы, приходилось действовать в лёгких скафандрах. К тому же постоянно изменялся уровень гравитации. Мы искали то место несколько дней, и на свою беду нашли. Это оказалось что-то вроде гробницы глубоко под поверхностью планеты. Мы обнаружили это место и спустились вниз, — он как-то странно пожал плечами и покачал головой. — Там ничего не было, только каменное яйцо у стены. Когда Норан толкнул, оно упало, распалось на несколько частей, и из него вывалилась мумия чёрной птицы. Тем не менее, мы решили попробовать. Это было несложно. Только верно прочесть текст. И я его прочёл.