Чтение онлайн

— Кроме тебя! — рассмеялась я.

— Я — это особый случай, — снисходительно улыбнулся Кибелл. — Я — венец рода, средоточие его достоинств, лучший из лучших. А если серьёзно, я был упрям, молод и влюблён, — его улыбка стала мечтательной, — я увидел Шилу и забыл обо всём. Она стояла под деревом и смотрела на меня ясными, как звёзды, глазами. Я подъехал к ней, что-то сказал, она ответила… Я посадил её перед собой в седло, привёз в столицу и сказал им всем: вот ваша королева.

— А Совет Храма?

— Они были против, — пожал плечами он. — Но когда я пригрозил взорвать здание Храма, уступили. Они ж знали, что когда на меня найдёт, со мной лучше не спорить, — какое-то время он ехал молча. — Читая ваши исследования по генетике, я как-то наткнулся на интересный вывод, сделанный одним земным учёным. Он писал, что любовь с первого взгляда — это реакция человеческого организма на генетически подходящего партнера. Может, он и прав, ведь, по мнению старейшин, Кирс не имеет отклонений от стандарта наследника, хоть его дедом со стороны матери и не был чистокровный Сын Аматесу. В Шиле удачно сложилась именно та комбинация генов, которая и должна быть у матери будущего короля. Видишь, — он улыбнулся, — мой мальчик не просто хорош собой, умён, ловок и рассудителен, он, наконец, соединил собой две давно враждовавшие ветви королевского рода.

— Замечательный мальчик, — кивнула я. — Таким сыном не просто можно, а именно следует гордиться.

— Что я и делаю.

— А что же стало с потомками младшего Борела? Они никогда не пытались вернуть власть своей семье или не знают о подмене?

— Знают, конечно, но признают разумность той древней комбинации и довольствуются положением ближайших родственников короля. Из их рода довольно часто выбирали будущих королев, для чего они охотно выдавали дочерей за Сыновей Аматесу. Моя мать была родной тёткой Донгора и Реймея. Правда, не знаю, влюбится ли мой парень в одну из трех дочерей первого или двух — второго.

— Реймей и Донгор — твои родственники и потомки древних королей Дикта? — с изумлением воскликнула я, вспомнив братьев, всегда державшихся в тени и одевавшихся более чем неброско.

Кибелл многозначительно поднял бровь.

— И первые лорды королевства наравне с Энгасом. Это Дикт, Бергара, страна, где благо государства ставят превыше своих амбиций и желаний. Они, кроме того, потомственные члены Совета Храма, а Орден умеет воспитывать своих питомцев так, чтоб они были полезны общему делу, а не увлекались собственными идеями. Хотя… — король усмехнулся, — иногда я и сам им удивляюсь. Такие скромняги и трудяги. Но можешь мне поверить, в случае необходимости они вполне могут настоять на своём праве, одолеть противника и повести за собой армию. Просто они очень хорошо знают, что они могут, и не нуждаются в том, чтоб доказывать это себе и другим. Своеобразная разновидность гордости и, признаюсь честно, она меня восхищает.

— Меня тоже, — согласилась я.

— Теперь ты знаешь всё о нашем роде и тебе известны самые главные тайны Ордена, — подытожил Кибелл. — И, похоже, ты не удивлена.

— Я повидала много удивительных вещей… — пробормотала я. — К тому же, мне понравилась эта история. В ней нет ничего, что вызвало бы моё неприятие. Она занятна, умна и поучительна.

— Ах, вот как… — он с усмешкой посмотрел на меня. — Я вижу, ты и впрямь много повидала.

— Видишь ли, король, — задумчиво вздохнула я, — мне пришлось побывать во многих мирах и в большинстве из них царят жестокость, корысть и коварство. Поэтому приятно наткнуться на место, где превыше всего ценят мир и благо для всех.

— Эта мудрость Аматесу, — с теплотой произнёс он, словно говорил не о боге, а о близком человеке. — Он несёт свет не только глазам, но и душам. Мне известно, что такое Тьма, я предавался всяким порокам и потому знаю, что истинный путь души — это тот, который был указан мне Орденом в самом начале моей жизни. Я верю, что Кирс тоже будет следовать ему, тем более что он вступил на него вполне осознанно и по собственному желанию. Правда, я надеюсь, что если он влюбится, то не станет жертвовать своим счастьем, чтоб ублажить Совет. Король тоже имеет право на любовь и гармоничный союз, верно?

— Это точно, — усмехнулась я. — А как дочери Донгора и Реймея попали в число невест, они же не дочери чистокровных Сыновей Аматесу?

— Они — дочери тех невест, которых отверг я, и к тому же красавицы, в отличие от остальных претенденток. Пока они — это тот компромисс, на который мне удалось склонить Совет. У них тоже подходящие комбинации генов, хотя, чёрт возьми! Если мальчишка всерьёз втрескается в кого-то другого, неужели я дам ломать ему жизнь! Я-то знаю, что значит лишиться той, кого любишь всем сердцем!

В голосе Кибелла послышалась горечь. Он взглянул на звёзды, мелькавшие в разрывах между кронами деревьев. Потом взглянул на меня.

— Ты понимаешь, что я хочу сказать, Бергара?

— Конечно, понимаю, — вздохнула я. — Ещё как…

— Ты скучаешь по нему?

— По кому? — уточнила я.

— По королю баларов. Ты ведь не просто дурила ему голову?

— Нет… Но, понимаешь, — я взглянула на него. — Ладно, король, откровенность за откровенность. Военный король баларов появился на их планете чуть раньше, чем я прилетела на Диктиону. У него была почти та же миссия, что и у меня: избавить планету и народ от войны. Наши миссии не случайно так совпали и не зря мы помогли друг другу выполнить их. Мы были связаны с ним задолго до этого, мы знали друг друга во многих жизнях и мирах. Нас связывает одна кровь, одна судьба и древний обряд Звёздных странников. Военный король баларов — мой муж.

— Что? — неожиданно рявкнул Кибелл и его конь испуганно встал на дыбы.

— А что? — опешила я.

— Твой муж? Король баларов? Так ты просто встретила там своего мужа и он, победив это чудовище, освободил нас всех от войны, а потом вы вместе отправились на Рокнар? И тот сын, о котором ты говорила Шиле тогда, это сын военного короля баларов?

— И что с того? — я никак не могла понять, почему его голос так гневно рокочет.

— Ничего! — он вдруг дёрнул узду, и конь послушно встал. Кибелл успокоился так же быстро, как и возмутился. — И где же сейчас этот герой?

— По-моему, это уже не твоё дело, — фыркнула я, увиливая от честного ответа, потому что не знала, как он отреагирует на правду. — У мужчин свои дела. Я тогда и понятия не имела, что он на планете баларов, пока не услышала его голос.

— Глядя на такую женщину, как ты, жутко подумать, что могут быть за дела у таких мужчин, как твой муж! — съязвил Кибелл. — И с кем же ты оставила своего сына? С драконом или малыш упражняется в схватках с великанами?

— Малыш изводит своих братьев, — поморщилась я, в очередной раз посочувствовав своим старшим сыновьям. — Или развлекает своих племянников. Или гробит грандиозные проекты дедушки. Я не знаю, что он творит сейчас. Надеюсь, он не объедается кексами и не устраивает манифестации, требуя подарить ему батискаф.

Кибелл внимательно смотрел на меня,

— Сколько тебе лет, красавица? — неожиданно спросил он.

— У нас не принято задавать подобные вопросы женщинам, — обиженно заметила я.

— У вас таких вопросов я задавать не буду, но пока ты у нас, и на вопросы короля здесь принято отвечать. У тебя есть старшие сыновья, а у них есть дети, коль скоро твой сын имеет племянников. Так?

— Верно, — кивнула я, подумав: «Какого, собственно, чёрта!» — Моя внучка старше моего младшего сына на два года. А что? — я невозмутимо взглянула в глаза Кибелла и смутилась.