Чтение онлайн

Предложение Лондона направить Идена в Москву было всемерно поддержано Советским правительством. «Обсуждение вместе с ним, – писал Сталин Черчиллю о переговорах с Иденом, – и принятие соглашения о совместных действиях советских и английских войск на нашем фронте и осуществление этого дела в срочном порядке имели бы большое положительное значение. Совершенно правильно, что обсуждение и принятие плана послевоенной организации мира должно исходить из того, чтобы помешать Германии и прежде всего Пруссии снова нарушить мир и ввергнуть снова народы в кровавую бойню» [120] .

Однако не прошло и двух недель после заверения Черчилля о готовности Англии направить несколько дивизий на советско-германский фронт, как английское правительство само же отказалось от этого предложения. В директиве Черчилля Идену, датированной 5 декабря 1941 г., английский премьер-министр, ссылаясь на затягивание военных действий в Ливии, сообщал министру иностранных дел о невозможности использовать английские войска на советско-германском фронте. «Лучший способ каким мы можем помочь (не считая поставок), – говорилось в директиве, – это разместить на южном фланге русских армий сильное авиационное соединение, скажем, десять эскадрилий, которые могли бы, в частности, помогать защите русских военно-морских баз на Черном море» [121] . Но и от этой скромной военной помощи Советскому Союзу англичане отказались. 10 декабря Черчилль телеграфировал Идену в Москву: «…Вы в настоящий момент не должны предлагать десять эскадрилий» [122] .

Причины, побудившие Черчилля изменить свое первоначальное решение, лежали, видимо, в том, что, делая его, английское правительство опасалось дальнейшего продвижения гитлеровцев на юг СССР, на Кавказ, что могло угрожать английским интересам на Ближнем и Среднем Востоке. Однако разгром Красной Армией в конце ноября ростовской группировки врага и освобождение Ростова, а затем выдающаяся советская победа под Москвой развеяли эти опасения Англии, в связи с чем английское правительство и решило не посылать в СССР воздушные подразделения. Это косвенно признает и Черчилль в очередной телеграмме Идену от 12 декабря 1941 г. [123] Одним словом, Иден ехал в Москву с пустыми руками.

Цели визита Идена в Москву были изложены в английском меморандуме от 4 декабря 1941 г., адресованном в Вашингтон. В нем говорилось, что главная цель визита – по возможности ослабить подозрения и недовольство со стороны Сталина; пойти возможно дальше навстречу его пожеланиям, не беря на себя обязательств [124] . Среди вопросов, которые Иден предполагал поставить перед Советским правительством, были англо-советские отношения; будущее разоружение Германии; образование федеративных государств в Европе и некоторые другие.

Накануне Иден получил детальные инструкции от Черчилля по вопросам послевоенного устройства Европы, в обсуждении которых с Советским правительством английская сторона была весьма заинтересована. 5 декабря 1941 г. в беседе с послом СССР премьер-министр Великобритании уже затрагивал эту проблему, уделив основное внимание образованию федераций после войны (Балканской, Центральноевропейской, Скандинавской), созданию центрального органа безопасности в Европе, что-то вроде «Европейского совета» [125] . Эту тему Черчилль развивал впоследствии неоднократно.

Сообщение о предстоящем визите Идена в Москву вызвало беспокойство в Вашингтоне, где опасались, что между Советским и английским правительствами может быть достигнута договоренность как по европейской, так и мировой политике без участия США. Послу США в Лондоне Вайнанту была дана инструкция немедленно повидаться с Иденом и сделать ему устное заявление о том, что, по мнению американского правительства, «было бы нежелательным для любого из трех правительств (США, Англии и Советского Союза. – В.И.)… вступать в соглашения, касающиеся специфических вопросов послевоенного устройства» [126] .

Переговоры Идена в Москве происходили 16-18 декабря 1941 г. На них советская сторона предложила прежде всего рассмотреть вопрос о заключении двух англо-советских договоров: военного – о союзе и взаимопомощи в войне и политического – о послевоенном сотрудничестве. Последний должен был разрешить спорные вопросы о границах и содержать признание Англией после окончания войны западных границ Советского Союза, существовавших к моменту нападения гитлеровской Германии на СССР, то есть к 22 июня 1941 г. Идену были представлены советские проекты договоров. Ссылаясь на необходимость «дополнительного изучения» данного вопроса, английский министр от заключения договоров, однако, отказался, указав при этом, что английское правительство не может решить эту проблему без предварительных консультаций с США и доминионами. Ссылка на необходимость консультаций была чистой отговоркой. Черчилль был решительным противником признания западных границ Советского Союза в том виде, в каком они существовали к началу Отечественной войны. Это косвенно подтвердил Иден, который, будучи поставлен в тяжелое положение жесткими инструкциями своего правительства и по поводу открытия второго фронта, и по поводу признания западных границ СССР в том виде, в каком они были в 1941 году, был вынужден на переговорах со Сталиным и Молотовым апеллировать к своему прошлому сторонника англо-советского сближения, ссылаясь к тому же на ограниченные возможности министра иностранных дел [127] . Позиция Черчилля строилась на том расчете, что Советский Союз выйдет из войны ослабленным и при новом, выгодном для Англии соотношении сил западным державам удастся навязать СССР угодные им послевоенные границы. Хотя, по свидетельству некоторых источников, среди членов английского правительства были сторонники безотлагательного урегулирования спорных территориальных вопросов с Советским правительством, не их точка зрения определила линию английского правительства в этом вопросе [3] .

Отказываясь признать западные границы СССР, существовавшие до вероломного нападения Германии на Советскую страну, Англия ссылалась на Атлантическую хартию. Такая постановка вопроса не могла не вызвать справедливого удивления Советского правительства. Глава Советского правительства подчеркнул в беседе с Иденом: «Невольно создается впечатление, что Атлантическая хартия направлена не против тех людей, которые стремятся установить мировое господство, а против СССР» [128] . С этой позицией Советское правительство, разумеется, не могло согласиться. Было решено, что переговоры об англо-советском союзном договоре будут продолжены в обычном дипломатическом порядке.

Во время московских переговоров советская сторона поставила на обсуждение важнейшие проблемы, связанные с ликвидацией последствий фашистской перестройки карты Европы. По вопросу о материальной ответственности агрессоров за ущерб, причиненный союзникам, Советское правительство заявило о том, что гитлеровцы должны будут возместить ущерб, причиненный агрессией против свободолюбивых народов. Касаясь, например, частного вопроса – возможного потопления советского флота в районе Ленинграда, правительство СССР писало в Лондон осенью 1941 года, что «ущерб должен быть возмещен после войны за счет Германии» [129] . Отчитываясь о своих переговорах в Москве, Иден отмечал, что Советское правительство согласилось с тем принципом, что Германия должна будет возместить ущерб, причиненный ею оккупированным странам, товарами, в частности станками и т. п., и исключило репарации в денежной форме как нежелательные [130] .

Вновь был обсужден и вопрос о втором фронте. Английский министр ограничился общим заявлением об усилиях Англии, направленных к открытию второго фронта в ближайшее время.

Хотя московские переговоры не устранили всех разногласий в англо-советских отношениях, визит Идена в Москву позволил установить непосредственный контакт между правительствами и выяснить точки зрения по важнейшим международным вопросам. «Обмен мнений по вопросам послевоенной организации мира и безопасности, – говорилось в заключительном коммюнике о переговорах Идена, – дал много важного и полезного материала, который в дальнейшем облегчит возможность разработки конкретных предложений в этой области» [131] .

Во время своего пребывания в СССР Иден и его коллеги могли лично убедиться в огромных усилиях советского народа в борьбе против гитлеровских захватчиков. Они получили возможность посетить действующую армию в районе города Клина и ознакомиться с результатами наступления Советской Армии под Москвой. Неизгладимое впечатление на английскую делегацию произвел боевой дух советских воинов. «Английская делегация вернулась с чувством веры в своего русского союзника» [132] , – пишет биограф Идена Л. Броод.