Чтение онлайн

У боковой стены была лестница, и сверху лился тусклый свет. Я поднялся по ней, и она стонала при каждом шаге. Я достал свой призрачный нож — я хотел быть готовым ко всему.

— Я не могу вам заплатить! — крикнул кто-то с верхней площадки лестницы — Кто бы вы ни были, у меня нет ваших денег!

Я слышал этот крик вчера. Он принадлежал Кэботу.

Я добрался до верхней площадки лестницы. Там не было двери, лестница просто вела в его кабинет. Я почувствовал кислый запах застарелого сигаретного дыма.

Кэбот сидел за своим столом, опустив голову на пресс-папье, в пепельнице рядом с ним дымилась сигарета. Он не поднял глаз. Если бы меня послали туда убить его, я мог бы всадить пулю ему в макушку и спокойно уйти.

Я огляделся. Половицы были покороблены, а стены, казалось, прогибались от времени. К стене была прикреплена огромная карта полуострова Олимпик. Она пожелтела и загнулась по краям.

— Уходи — повторил Кэбот. Он все еще не поднимал глаз — Мне нечего тебе дать.

— Не будь так уверен — сказал я.

Он вздрогнул и посмотрел на меня. Его глаза расширились от шока, он рывком открыл ящик стола и сунул внутрь руку.

— Эй! — Крикнул я. Мой голос эхом разнесся по комнате. Кэбот вздрогнул и застыл на месте — Если бы я хотел тебя убить, ты был бы уже мертв. Оставь пистолет в ящике стола. Ты и так достаточно глупил с оружием.

Я подошел к столу, подвинул стул и сел напротив него.

— Тебе следовало запереть входную дверь — сказал я ему — Что ты будешь делать, если Питер Лемли придет сюда за репортажем? Что, если жена мэра решит нанести тебе визит?

— Господи. Я не хотел, чтобы с ним что-нибудь случилось. Мне нравится Фрэнк.

— О, заткнись. Каждый придурок, который стреляет не в того парня, говорит так. Меня от этого тошнит.

Он выглядел смущенным. У него были такие же густые темные волосы, как у Синтии и Чарльза, но с проседью. У него был слабый подбородок, обрамленный жировыми складками. Под большими глазами залегли темные круги. Он был таким же ветхим и скрипучим, как и это здание, и таким же угнетающим.

Его рука все еще была в ящике стола. Он начал медленно выдвигать его, все еще ища пистолет.

Я вскочил со своего места и ударил ящиком по его руке. Затем я схватился за верхний край ящика и выдернул его из стола. Он отлетел назад и, прежде чем упасть, разбил угол его окна. Бумаги и ручки разлетелись по полу, но я сосредоточился на тяжелом лязге пистолета.

Еще один пистолет. Кэбот потянулся к нему, но я изо всех сил оттолкнул его. Он упал на стул и забился в угол.

Я поднял пистолет. Это был пистолет 45-го калибра, немного старомодный. Оттянув затвор, я увидел, что он заряжен, но его давно не чистили. Сырой. Все в этом парне было неряшливым.

— Иди сядь — сказал я ему.

Он дернулся, как маленький ребенок, которого отправляют в угол, но он это сделал — Кто ты? Чего ты хочешь? он спросил.

Для меня было облегчением найти кого-то, кто еще не знал всей моей истории — Просто парень, оказывающий услугу другу. Что ты собираешься делать, Кэбот?

— Ничего — ответил он — Меня посадят в тюрьму. И я обанкрочусь. Вероятно, мне придется продать дом на Уидби и...

Говоря это, он уходил в себя.

— Кэбот — повторил я. Он посмотрел на меня — Что ты собираешься делать с Синтией? С Чарльзом? Сколько у тебя еще пистолетов?

— О — сказал он — Ты извинишься за меня перед Синтией? Я был пьян, и я был в отчаянии, и... и я беспокоился о Чарльзе...

Я рассмеялся.

— Так волновался, что выстрелил в его сестру?

— Чарльз болен — обиженно сказал он.

— Насколько болен?

— У него опухоль или что-то в этом роде. Он сильно похудел, вы его недавно видели?

Я подумал о высоком, стройном, темноволосом парне, которого видел в магазине игрушек "Хаммер Бэй". Я кивнул.

— Ну, раньше он был толстым. Крупный, жирный как свинья, как самоанец или что-то в этом роде. Но он просто растаял. И у него были приступы.

— Что? Как эпилепсия? Я притворился, что ничего не знаю. Я хотел посмотреть, что он мне скажет.

— Не знаю. Насколько я могу судить, он не был у врача. У нас один и тот же врач, как и у всей семьи, и я знаю, что Чарльз к нему не обращался. И он тоже никуда не уезжал из города, так что больше ни с кем не встречался.

— Как долго это продолжается?

— Около двух лет, я думаю. Это началось примерно в то же время, что и...

— В какое время?

Кэбот потер нос.

— Во время, э-э, плей-офф. Мы смотрели финал НБА, и он упал в ванной. Он не позволил нам взять его с собой в "Каунти". Думаю, это было в первый раз. Он выглядел удивленным и немного шокированным, как будто раньше такого не случалось.

— Так вот почему вы пытались объявить его недееспособным?

— Если он серьезно болен — сказал Кэбот с угрюмым взглядом и упрямым выражением лица — ему нужно обратиться к врачу.

— И если ты получаешь пару баксов от сделки, это просто приятный побочный эффект, верно?

— Это не так.

— Если ты так говоришь.

Моя колкость вывела его из себя. Он наклонился ко мне, его голос стал выше и раздражительнее.

— Ты не знаешь, о чем говоришь! Ты даже не член нашей семьи!

— Слава Богу, что так получилось. Я не взял с собой свой кевлар.

Он несколько раз открыл и закрыл свой маленький рыбий рот, затем дыхание у него перехватило. Он откинулся на спинку стула.

— Как они это делают? — спросил он — Мой брат всегда знал, что нужно делать. Он всегда делал правильный шаг. Казалось, он точно знал, что произойдет. Я никогда не мог этого сделать. Я просто следую за своим чутьем и стараюсь поступать разумно, но понятия не имею, к чему это приведет.

— Из тебя не выйдет хорошего шахматиста — сказал я.

— В шахматы я не играю. В этом весь секрет? Шахматы?

— Я не знаю.

— Сейчас это не имеет значения. Я сидел здесь и пытался решить, стоит ли мне покончить с собой. Не думаю, что у меня хватит на это мужества.

— Хорошо. Тюрьма — это плохо, но ты можешь это пережить.

— Боже. По крайней мере, мне больше не придется смотреть на это. Он переложил какие-то бумаги на своем столе и вытащил тонкую газету. Это был номер "Маллет". Заголовок вверху гласил: "КЭБОТ ХАММЕР АРЕСТОВАН ЗА ПОКУШЕНИЕ НА УБИЙСТВО!"