Чтение онлайн

Потом был пир. Радостные крики воинов при виде братьев, идущих рука об руку и не собирающихся убивать друг друга.

Мира, с которой так и не удалось поговорить, но впереди ещё столько времени – успею.

А главное, рядом Роу, его обволакивающий запах хвои и огня с терпкой ноткой.

Я расслабилась и начала успокаиваться, возможно, даже уснула бы прямо за столом, нарушив все приличия, слишком уж тяжёлым был день, если бы не рука мужа, как-то сразу по-хозяйски устроившаяся на моём колене и запустившая волны мурашек по моему телу. Полежав спокойно очень короткое время, широкая ладонь скользнула выше, заставив сердце биться чаще, а сонливое состояние скрыться в неизвестном направлении. Я с трудом сдержала стон, хотя вряд ли кто-то услышал бы его в таком шуме. Зато я услышала сказанное в самое ухо:

– Помнишь, что я обещал тебе перед отъездом? Что каждую ночь буду очень внимателен к тебе, – его дыхание переместилось выше, губы едва коснулись виска, а потом вернулись к уху: – Думаю, никто не заметит нашего исчезновения. Ты ведь очень устала.

Я вздрогнула, почувствовав, как его рука скользит выше по бедру, и услышала его довольный смешок.

А потом меня, обхватив за талию, вытянули из-за стола и увлекли через боковую дверь прочь из зала.

Длинные бесконечные коридоры, пронизывающие насквозь жилые строения, внутри крепостных стен. И хотя башня Роу была второй от центральной части, где находился пиршественный зал, расстояние показалось мне очень большим.

Вне помещений расстояние между башнями сокращалось за счёт прямых дорожек. А тут получается мы шли по кругу вдоль всей стены. Если это можно назвать словом «шли». Роу отпустил мою талию и перехватил за руку. Он двигался очень быстро своими длинными шагами, и я задохнулась, пытаясь поспеть за ним. В какой-то момент моя рука натянулась. Роу резко затормозил, обернувшись, а я от неожиданности налетела на него.

Остатки воздуха выбило из лёгких, и я открыла рот пытаясь вдохнуть и одновременно возмутиться. Судорожный вдох мне позволили, а вот все возражения остановили жадным поцелуем. Никакой дразнящей нежности. Роу просто собственнически смял мои губы, как будто хотел проглотить целиком. Что-то внутри меня возмутилось, стихия вырвалась из хранилища, расходясь кругами. И целое мгновение мне казалось, что произойдёт то же, что тогда на лестнице. Но нет, моя сила отказалась подчиняться. Жаркая волна рванула снизу, переплелась с воздушными ручейками, окатив изнутри всё тело. Затвердела и стала безумно чувствительной грудь, а губы ответили на поцелуй с неменьшей жадностью.

Я вздрогнула от раздавшегося неподалёку грохота. Роу застыл на мгновение и неохотно оторвался от меня. Какая-то служанка, пробегавшая мимо выронила поднос, и сейчас ползала по полу, пытаясь собрать разлетевшуюся на осколки посуду.

– Исчезни, – бросил Роу через плечо, не выпуская меня из объятий.

Служанку словно ветром сдуло.

Он снова наклонился ко мне, но вместо поцелуя мне прошептали прямо в губы:

– Горячая девочка. Но ещё немного, и до кровати мы не дойдём.

Это было сказано таким тоном, словно я первая схватила его и прижала в коридоре к гобелену.

Я возмущённо пискнула и попыталась отстраниться. Кажется, проще было отодвинуть ту стену, что была за моей спиной. А моё движение привело лишь к тому, что одно из его бёдер скользнуло между моими, задев горящую огнём чувствительную точку. Да так, что перехватило дыхание, и я застонала, ощущая как новая волна жара охватывает моё тело.

– Горячая, – прошептал он. – Моя. Но мы всё-таки попробуем добраться.

Роу подхватил меня на руки и ускорился. Несколько воинов, идущих навстречу бесцеремонно уставились на нас. Один из них что-то сказал другому, тот ухмыльнулся.

Я представила, как сейчас выгляжу. Волосы растрёпаны, губы опухли, щёки наверняка пунцовые. Вся личная жизнь напоказ. Я дёрнулась, пытаясь освободиться, зашипела:

– Пусти, я сама пойду.

Но Роу только крепче прижал меня к груди.

– Будешь сопротивляться, на плече понесу, – невозмутимо пообещал он.

Пришлось затихнуть. Всё, что мне оставалось, спрятать лицо у него на груди. Хороший вариант. Если я никого не вижу, то и меня никто. Я в домике.

Убаюкивающее покачивание, запах хвои и раскалённых на огне камней – всё это прервалось коротким полётом и встречей с мягкой поверхностью кровати. Я тихонько охнула. Роу издал рычащий звук, и мимо с быстротой молнии промелькнула Алита. Только дверь хлопнула.

Лязгнул засов. Я почувствовала, как опускается защитный купол, отсекая нас от всего мира.

Роу стоял напротив кровати, разглядывая меня. Он, который всегда не упускал момента схватить, дотронуться, поцеловать, сейчас стоял неподвижно. Его жадный взгляд скользил по ногам, обнажившимся из-под задравшегося подола, по вцепившимся в покрывало дрожащим пальцам, по часто вздымающейся груди, по закушенным в попытке сдержать стон губам. И я порадовалась, что в комнате всего один светильник. Роу вряд ли сможет разглядеть, как снова разгорается моё лицо.

Ох, недолгой была радость.

– Нет, так не пойдёт, я хочу тебя видеть, – Роу щёлкнул пальцами, и свет десятка светильников залил комнату.

Я невольно зажмурилась и тут же почувствовала, как меня перевернули на живот, и один за другим крючки на платье стали расходиться под очень уж умелыми руками. Не успела я додумать эту мысль, как меня словно куклу поставили на ноги, и платье поползло с плеч. Попытка закрыть обнажившуюся грудь вызвала лёгкий смешок.

– Горячая и стеснительная, такое сочетание меня заводит, – огромные ладони скользнули вниз по талии, а затем по бёдрам, окончательно освобождая от платья.

Осесть вниз не позволили. Роу бережно уложил меня на кровать и отстранился.

– Ты изумительная, – услышала я его отдалившийся голос и открыла глаза.

Он стоял там же, где и прежде, не отводя от меня взгляда. Довольно глупо прикрывать руками грудь, когда всё тело обнажено. Сознание заметалось. Но все мысли разбежались юркими ящерками по норкам, едва Роу быстрым движением стянул через голову и отбросил рубашку. Глаза больше не хотели закрываться.

Рельефные грудные мышцы, штаны, слишком низко сидящие на бёдрах – где-то я это уже видела. Но теперь это перестало мне казаться неприличным.

Я сглотнула, пройдясь взглядом по поджарому животу и темной дорожке волос, уходящей вниз от пупка. А потом как тогда перевела глаза вверх и увидела изогнутые в хищной улыбке губы. Штаны полетели вслед за рубашкой.

Краснеть было уже некуда, поэтому кровь отлила от моего лица, разжигая костёр внизу живота. Тело лучше меня знало, чего хочет, и тяжесть, придавившая к кровати, вызвала нетерпеливый стон, и ответное движение бедрами навстречу.

– Тише девочка, не спеши. Тебе всё ещё может быть больно, – он чуть отодвинулся, и рука, скользнув между моих бёдер, нажала на самую чувствительную точку, скрутив все мечущиеся внизу ощущения в тугой узел.

Я тихонько взвыла, впиваясь в его плечи.

– Не спеши, – повторяет он, выписывая сводящие с ума узоры, пока пальцы не начинают скользить. – Вот теперь хорошо.

Он нависает надо мной, опираясь на локти, и я вскрикиваю, когда лёгкая боль, пятится от накатывающей волны удовольствия. Медленно, нестерпимо медленно огненная стихия заполняет меня, тесня мою исконную воздушную. Давление усиливается. Огонь и воздух скручиваются в тугой узел, до боли, до сладкой судороги. Замирают. Боюсь пошевелиться, чтобы не спугнуть это болезненное наслаждение.