Дивизия имени Дзержинского
Шрифт:
В ту минуту решал все ответный залп. И по первому слову Кушнира «Огонь!» двадцать четыре снаряда смели картечью наступающие цепи шюцкоровцев... Враг бежал на дальние позиции.
Наиболее слабым местом был правый фланг – широкая поляна. Необходимо было тут же перегруппироваться. И капитан по-новому расставил бойцов. Подошедшая рота стрелков и взвод другой роты тоже заняли указанные им укрытия.
Едва была организована оборона, ливень мин обрушился на участок, занятый нашими бойцами. В эту минуту решали все ободряющее слово и личный пример.
– Слушай мою команду! – крикнул Кушнир.
Бесстрашно двигаясь от одного окопа к другому, стал разъяснять всем, как обороняться от мин. Приказ и шутка, призыв и объяснение были его оружием. Оно зарядило бодростью и решительностью сердца подчиненных.
А враг подползал. С правого фланга двигалась рота белофиннов, с левого – взвод, в лоб – рота. По всему участку свирепствовал огонь пулеметов, минометов и автоматов.
Для ответного залпа по бандитам орудие надо было выкатить на новую позицию.
И вот потащили его под градом пуль советские люди. Бесстрашно сблизились с противником на шестьдесят метров.
...Вся площадь нападения была залита ответным ливнем картечи. Неприятель замолк – и в наступившей тишине раздались стоны и панические крики убегающих врагов. Пятнадцать орудийных гранат разнесли в дым кучу белофиннов, не успевших откатиться...
Наступил самый критический момент боя. Силы врага были велики. Белофинны снова пытались прорвать правый фланг обороны.
С левого на правый фланг пушку ползком потащили лейтенант Тищенко, командир орудия Жадан, наводчик Черненко и замковый Мягкий. Не успело орудие открыть огонь, как был убит заряжающий, ранены комвзвода и командир орудия. Но никто из оставшихся в живых не отошел от пушки. Ее выстрелы снова обратили врага в бегство...
Вскоре подошло к Кушниру подкрепление: две роты и обоз. И капитан повел вперед огромную колонну, первым двигаясь на броневике. Впереди был взорван мост. Вся площадь вокруг него – под обстрелом мин.
Через несколько километров банда врагов перерезала колонну надвое.
Кушнир решил уничтожить белофиннов стремительным сжатием двух частей своей разорванной колонны. С возгласами «За Родину! Ура!» бойцы с двух сторон бросились на шюцкоровцев. Враг был зажат в железные тиски. Советские люди победили и на этот раз.
Орденоносец Афанасий Кушнир провел огромную колонну сквозь огонь и стужу. Командиры и бойцы выдержали сотни набегов, пережили непрерывный обстрел, десятки раз ходили в атаку.
Они на плечах подымали грузовики, ползком перетаскивали орудия, с налету одолевали горы, отважно шли по сугробам. Они действовали смелостью и хитростью, выдумкой и дерзанием. В каждую минуту боя находили самое верное решение, молниеносно его выполняли. Во имя любимой Родины громили врага, совершая чудеса храбрости с единственной целью: «Победить!».
Это и есть подвиг.
А. БЕЗЫМЕНСКИЙ Правда, 1940, 1 февраля.
ТРУДНЫЙ ПЕРЕХОД
В первых числах февраля 1940 г. заместитель наркома внутренних дел комдив И.И. Масленников, ознакомив меня с обстановкой на советско-финском фронте, сообщил, что по решению директивных органов в районе ст. Лоухи Мурманского отделения железной дороги сосредоточивается особая группа лыжников из состава пограничных войск. Численность группы около десяти тысяч человек. Отдельные лыжные батальоны начнут прибывать в указанный район в ближайшие дни. Мне было предложено включиться в работу по созданию штаба группы и штабов подгрупп за счет выделяемых для этой цели офицеров из Управления пограничных войск, Высшей пограничной школы, Военно-технического училища и Отдельной дивизии особого назначения.
Через несколько дней вызванное в Генеральный штаб Красной Армии руководство группы получило задачу: двигаясь в направлении Лоухи, Кестеньга и далее через Пяозеро на Коусамо, скрыто сосредоточить войска группы на границе с Финляндией в готовности к наступлению на Коусамо. Для выполнения поставленной задачи было признано целесообразным иметь в составе группы три подгруппы трехбатальонного состава каждая, с разведывательными и саперными подразделениями. В непосредственном подчинении группы оставались артиллерия, отдельная разведывательная рота и саперный батальон. Подгруппы, как и сама группа, именовались по фамилиям командиров – Артемьева, Клешинина, Никифорова, Забалуева.
Сосредоточение войск группы в районе ст. Лоухи закончилось в установленный срок (лишь с некоторым опозданием служб и подразделений тыла). Но ознакомление с личным составом прибывших батальонов выявило неожиданную вещь – более половины пограничников не умели ходить на лыжах. Потребовалась большая организаторская работа штаба и политотдела группы, возглавляемых комбригом Богдановым и полковым комиссаром Прокофьевым, энергия командиров всех степеней, чтобы в оставшееся до выступления время и в первые дни перехода научить всех бойцов пользоваться лыжами.
Выход в заданный район, до которого насчитывалось около 200 километров, осуществлялся в исключительно суровых погодных условиях – при 40—50-градусных морозах, по глубокому, до полутора метров, снегу, в метели и при полном отсутствии на пути движения и в районе сосредоточения населенных пунктов (за искл. м. Кестеньга). Марш совершался тремя отдельными колоннами с интервалами между ними до трех километров. Артиллерия находилась при средней колонне. Впереди действовала общевойсковая и инженерная разведка, в задачу которой входила и прокладка основной лыжни по заранее определенному штабом группы азимуту.
По ходу движения средней подгруппы прокладывался колонный путь, необходимый для движения средств усиления и тылов, а на рубеже ночлега делалась соединяющая колонны рокада. В рыхлом снегу боец деревянной лопатой мог расчищать за час площадку около 30 кв. м. На постройку снежного шалаша с настилом внутри из еловых веток каждое отделение бойцов затрачивало до 20 минут. При свечах температура воздуха в шалашах поднималась до 9 градусов.
С учетом перечисленных выше условий суточный переход группы не превышал 30 км.
...На третий день перехода на одном из приданных группе самолетов я прибыл в штаб 9-й армии, где встретил командира особого корпуса, действовавшего на Кандалакшском направлении, комдива Батова. Командующий 9-й армией комдив В.И. Чуйков ознакомил нас с обстановкой в полосе действия его армии и сообщил о готовящемся наступлении, в котором предполагалось участие и нашей группы. В штабе армии состоялась также моя встреча с представителями пограничных войск тт. Аполлоновым и Телегиным.
В установленный срок войска группы сосредоточились в заданном районе и приступили к оборудованию исходного рубежа для наступления. Частые снежные метели заносили колонные пути, затрудняя материально-техническое снабжение войск. Положение было поправлено выделением в распоряжение группы тысячи оленьих упряжек. В первых числах марта группа перешла в оперативное подчинение 9-й армии. В поступившей из штаба армии директиве ставилась задача на предстоящий переход войск группы в наступление, готовность которого определялась исходом 12 марта. Выделялись силы и средства авиационной поддержки наступления и представитель ВВС для организации взаимодействия.