Чтение онлайн

— У нас новорожденный ребенок, — пояснил хирург изумленной Горски. — Его родители погибли, а у нас нет необходимых средств, чтобы помочь младенцу выжить. Как видите, обходимся тем, что имеем.

— Господи Боже… — Майор неуверенно протянула руку ко свертку, но, так и не посмев коснуться его, убрала руку прочь. Ее взгляд вернулся к Данте, пронизывая его стальной решимостью:

— Вы по-прежнему настаиваете на том, что вашим людям не нужна помощь?

Парень замялся, ощущая, как многие смотрят на него. «Где Финеас, черт побери?» — подумал он. Предполагаемый вождь Паствы уже давно должен был быть здесь и решать этот вопрос сам, вместо Данте, который не мог, да и не имел права решать за множество людей. Кто знает, может им уже надоело таскаться по Штатам, изредка отбиваясь от демонов, и все, чего они жаждут — это уютные и безопасные дома с нормальными условиями для жизни? Он и сам порой мечтал найти какой-нибудь относительно спокойный дом, где можно было бы хоть немного отдохнуть от всего этого бардака, но душа была неспокойна при любом проявлении шанса на спокойствие. Чувствовать везде подвох и опасность уже давно вошло у Данте в привычку.

И сейчас он сомневался в правильности своих решений. Стоит ли людям дать возможность обрести спасение и спокойствие, или это приведет их к еще большей опасности? Демонов среди представителей Нью-Ватикана вроде не было, ангелов тоже. Но какова гарантия того, что эти люди не окажутся посредниками той или иной расы? Данте чувствовал ответственность за Паству, но даже если бы его не касалась вся эта бодяга — он все равно бы сомневался в благих намерениях пришедших.

— Чем могу вам помочь, мэм? — он чуть не подпрыгнул он голоса Финеаса за спиной. Резко обернулся — демон, в своем человеческом облике, бесшумно приблизился к автобусу, слепые глаза вопросительно смотрели куда-то вдаль.

— Вы — тот, кто ведет этих людей? — в голосе майора Горски звучало неподдельное удивление. Финеас обернулся на ее слова:

— Нет, мэм. Люди сами решают, идти им вместе со мной или нет. Я, как и вы, лишь предлагаю помощь, спасение. Но если вы сможете помочь им больше, чем я… — тут он сделал слабый кивок в сторону Данте: — …то я бы хотел быть в этом уверен.

— Минутку… Вы — Эммерих Доусон? Тот самый?

— Вы его знаете? — Данте напрягся, руки непроизвольно потянулись к оружию. За его спиной раздались редкие щелчки курков, но Финеас поднял высохшую руку:

— Да. Это я.

— Значит, мы не ошиблись, — голос Горски заметно потеплел. — Мы услышали вашу трансляцию пару дней назад, когда пересекали этот округ. Обычно мы не преследуем людей — просто проверяем поселения, где могут укрываться выжившие, но нас заинтересовало, что ваша группа, при таком количестве, продолжает путешествие. Не поделитесь секретом — куда вы направлялись?

— К морю, — тихо ответил Финеас. Данте расслабленно опустил руки. Значит, эти ребята нашли их с помощью того дурацкого радио, с которым игрался Пиггз. Если дела пойдут совсем хреново, этот гребаный диджей будет первым, кто получит по шее за свой треп.

— К морю… — повторила Горски. — Там ведь расположена военно-морская база! Вы знали об этом и потому направлялись туда?

Финеас ничего не ответил, продолжая смотреть куда-то вдаль. Краем глаза увидев приближающихся Анну и Бруно, Данте недоверчиво посмотрел на слепого. Поди разбери, о чем этот старик думает — а ведь действительно, на черта ему понадобилась база? Только ли для того, чтобы расположить там людей? Идиотизм — Данте считал, что где бы Паства ни пряталась — ее найдут везде, стоит только хорошенько поискать.

— Я предполагал, что у моря будет больше людей, — проговорил тем временем демон. — Насколько мне известно, сейчас многие пытаются перебраться в Европу. Считают, что там гораздо меньше всего… этого.

— Вынуждена Вас огорчить, мистер Доусон, но это не так. Европа также охвачена этими тварями. Но мы стараемся держать оборону.

— Стараетесь? — переспросил Данте с сарказмом. Горски лишь кинула на него строгий взгляд, словно на нашкодившего мальчишку:

— Именно. Нью-Ватикан — это огороженный регион, включающий в себя всю Италию и ближайшие к ней страны — Францию и Австрию. Мы скрываем у себя беженцев, даем им кров и дом, но одновременно с этим мы стараемся расширить границы, сражаясь с этими созданиями.

— Как трогательно, — заявил Бруно. — Я слышал, что Ватикан обычно не ввязывается в мировые проблемы.

— Видимо, вы плохо читаете газеты, уважаемый, — ответила майор Горски. — До того, как в мире появились эти твари, Ватикан активно сотрудничал с Интерполом и ООН, что в дальнейшем позволило нам быстро принять экстренные меры по безопасности людей.

— Вы предусмотрительны, — сказал Финеас. — Но люди, которых я веду, не слишком доверяют незнакомцам. Как мы можем узнать, стоит ли Вам доверять, мэм?

— Нам можно доверять, — ответила Горски. — Но если вы опасаетесь чего-либо с нашей стороны — тогда вы можете идти своей дорогой. Мы лишь постараемся помочь вам вещами или припасами. Однако… — ее взгляд, блуждавший по лицам людей, задержался на Чарли, который отошел в сторону и укачивал Хоуп: — …с моей стороны будет крайне жестоко бросить некоторых из вас здесь. Но, как я уже сказала, решение остается за Вами, мистер Доусон.

— Повторюсь — я лишь веду людей, майор, — покачал головой Финеас. — Решение им надо принимать самим.

Толпа людей позади него негромко зашумела, обсуждая варианты. Кто-то предлагал отправиться в Нью-Ватикан, но эти слова заглушались паническими возгласами «Это наверняка подстава!». Особо выделялся голос Пигги — диджей явно не доверял новоявленным спасителям и твердо настаивал на том, что Пастве лучше продолжать идти своей дорогой. Хотя его идея могла предполагать и личные мотивы — слишком сильно он прижимал свой драгоценный приемник к груди, словно опасался, что люди из Нью-Ватикана разобьют его.

Данте сложил руки на груди — в его голове сейчас металось сильнейшее чувство дежа вю, когда примерно такие же речи произносил Вергилий. Тогда, по идее, ему тоже предлагался выбор, и можно было бы забить на делишки Ордена, на спасение человечества и все остальное… а Данте решил остаться. Не из-за того, что ему вдруг захотелось поиграть в войнушку — чисто из любопытства. Ну, и еще из-за таинственной фразы братца «Я покажу тебе, кто ты на самом деле».

Обычно собственная личность Данте никогда не интересовала, намекая о себе лишь временами — спутанными кошмарами, ноющей болью во всем теле и во всех смыслах оригинальным взглядом на мир. Ему частенько хотелось разобраться в себе — но это было чревато последствиями в виде полного сноса рассудка или же осознания тех фактов его сущности, которые и знать бы не хотелось.

Так или иначе, он решил все же понять, что с ним вообще происходит — а если уж появился такой добрый человек, который поможет ему, то грех упускать такой шанс. Но иногда Данте продолжал задаваться вопросом, почему он все же доверился Вергилию и Кэт. Обычно те люди, которые предлагали ему помощь, лишь в открытую лгали, или использовали его на всю катушку, за что обычно расплачивались головой. Но в этих двоих было что-то… спокойное, надежное, и в какой-то степени наивное. Вергилий с его Орденом был похож на довольного собой старшеклассника, приволочившего на школьную выставку охуительно сложный и многогранный проект, который, по всем параметрам, должен был победить в выставке. Можно было бы, конечно, его немного подразнить на эту тему, но в тот момент Данте был слишком ленив. К тому же, на момент первой встречи с братом его еще не полностью отпустило похмелье.