Чтение онлайн

Но сейчас он был трезв как стеклышко, и в голове прокручивались различные варианты решения сложившейся ситуации. Наверняка вся эта кутерьма с Нью-Ватиканом — чистой воды мышеловка демонов или ангелов, а рисковать целой кучей народу Данте не хотелось. Но с другой стороны, многим в Пастве требовался отдых, лечение, нормальный теплый дом вместо палатки. Будет ли жестоко с его стороны позволить нуждающимся уйти?

За спиной раздались шаги. Несколько человек, опустив оружие, приблизились к ним. У одного из них рука бережно покоилась на лангетке, другой держал свою винтовку на коленях, продвигаясь вперед на инвалидной коляске. При взгляде на них Данте ощутил легкий укол совести.

— Вы действительно можете помочь нам? — тихо спросил мужчина в коляске. Горски сухо кивнула в ответ. К подошедшим раненым подошло еще несколько человек, дети, прячущиеся в палатке Пэм, тоже вышли наружу. Постепенно все больше людей Паствы приблизилось к автобусу, молчаливо наблюдая за майором Горски, оглядывающей толпу.

— Думаю, всем им нужна Ваша помощь, — чуть усмехнувшись, Данте спрятал руки в карманы и обратился к майору: — Ну как, справитесь?..

«В конце концов, кто не рискует, тот не выигрывает», — подумал он, наблюдая за тем, как солдаты начинают распределять людей по вертолетам и автобусам. Тут вдалеке раздался рокот моторов — к лагерю приближались огромные бронетранспортеры.

— Твою мать, — выдохнул парень. В подтверждение его слов, несколько мужчин, стоявших поодаль, шарахнулись прочь от лагеря. Один из них, уже знакомый Данте человек с рыболовной шляпой, подхватил винтовку и рюкзак:

— Ну, вас к черту! Слишком уж у вас все хорошо устроено!

— Вы уходите? — подошел было к нему один из солдат, но мужчина в рыболовной шляпе оттолкнул его:

— Бесплатный сыр меня не устраивает. Я долго живу на этом свете, и знаю, что подобные подачки дают простым людям не задаром. Так что можете засунуть свой Нью-Ватикан себе в задницу, а я пойду своей дорогой.

— Чокнутый! — крикнул кто-то из Паствы. — Тебя же убьют!

— По крайней мере, я буду знать, что меня убили эти твари, а не обманщики! — отозвался мужчина, поправляя лямки рюкзака. — Быть может, я не обладаю ясновидением и тому подобной сверхъестественной ерундой, но я верю своей интуиции. И она мне подсказывает идти своей дорогой. Всем чао! Надеюсь, что я ошибаюсь на Ваш счет, — закончил он, обращаясь к майору Горски. Затем, помахав рукой, мужчина медленным шагом направился в сторону покинутого Моберли. За ним, поминутно оглядываясь, последовало еще несколько десятков человек. Паства поредела.

— Вы их не остановите? — Горски развернулась к Финеасу. Тот лишь пожал плечами:

— Я говорил вам, майор — я не указываю людям, что делать. Если они вам не доверяют — это их право. Мне остается лишь надеяться, что с ними все будет в порядке.

Майор ничего на это не сказала, но ее взгляд был полон недоумения.

*

— Признайся — это была часть твоего плана?

Хоть Финеас и сидел спиной к Данте, но все же чувствовал его взгляд, полный подозрения и настороженности. За окном автобуса, где они сидели вместе с одной из множества групп людей, возвышался океанский лайнер, медленно покачивающийся на волнах. Снегопад возобновился и, врываясь в приоткрытое окно, злыми ледяными колючками кусал щеки слепого.

Автобусы и вертолеты Нью-Ватикана доставили Паству прямиком на военную морскую базу Штатов. Там предполагалось переправить людей через океан прямо в Рим, где располагался главный пункт распределения. Несмотря на то, что в руках у властей Нью-Ватикана находилась вся Италия и прилежащие к ней регионы, Паству было решено переправить сразу в старый Ватикан. По словам майора Горски, столь успешное выживание людей Паствы заинтересовало Святой Престол — представителей власти старого Ватикана, оставшихся у руля в новой стране.

Предполагалось, что Паства поможет жителям Нью-Ватикана сражаться с демонами и находить других беженцев — Финеас все же поведал майору о том, что в Пастве много сильных медиумов, способных помочь Нью-Ватикану. Горски была не то чтобы обескуражена этим — она оказалась в восторге, схожем с детским и настоятельно посоветовала слепому отправляться в путь.

Все же он не ошибся в людях. Несмотря на то, что Мундус практически подавил их волю, они сумели в трудное для себя время скоординироваться и научиться выживать в новом мире. А значит, они вполне смогут начать защищаться от ангелов, и ему больше не придется скрываться вместе с Паствой. Его работа окончена.

Финеас чувствовал огромное облегчение от осознания этого факта — как бы там ни было, он все же оставался демоном, а после слияния миров все без исключения выходцы из Лимбо начали катастрофически слабеть. Возможно, на это повлиял тот факт, что люди увидели правду о своей роли для демонов и начали активно этому сопротивляться, возможно, что врата Ада подпитывали не только Мундуса, но и всех его слуг — кто знает?

В любом случае, сейчас Финеас стал не так могуществен, как был когда-то. Даже в тюрьме Барбаса у него было куда больше сил, чем сейчас — когда его способности к ясновидению превратились в обрывки снов и неясных образов.

Хотя возможно, что он просто уже слишком стар.

— Ты слышишь? — по спине его постучал палец. Данте, как и всегда, был нетерпелив и прямолинеен, с самого детства. Разумеется, ему бы стоило немного взять себя в руки и не действовать прежде, чем думать — но для этого было уже слишком поздно. Да и без своих этих черт характера парень не стал бы таким, какой он есть.

Но, несмотря на это, Финеас видел в Данте большой потенциал, как и в людях. Он во многом походил на своего отца — вспыльчивого, зачастую действовавшего по наитию Спарду. Но и тот, в конце концов, смог обрести спокойствие и научиться следовать голосу разума благодаря Еве, подарившей ему не только внутреннее равновесие, но и способность любить и сопереживать. Несмотря на то, что Ева была одной из сильнейших ангелов, ее происхождение оставалось загадкой — среди ангелов еще не было того, кто по своей доброте и мягкости был подобен Еве. У Финеаса была своя теория на этот счет — но он опасался высказать ее вслух, избегая гнева Мундуса.

А теперь, спустя столько лет, он смог, наконец, убедиться в том, что был прав. Доказательством его мысли служила маленькая Хоуп, которая, сонно причмокивая губками, спала на руках у Кэт. Сама девушка также дремала, накинув на голову капюшон и прислонившись к плечу Данте, который нетерпеливо постукивал ногой.

— Нет, — медленно ответил Финеас. — Я знал, что тут есть база, но не думал, что люди уже окажутся здесь.

— Разочарован?

— Наоборот. Как и ты, я думаю.

Данте ничего на это не сказал, мельком посмотрев на серый бок лайнера. Подозрения все еще беспокоили его, хотя ни демонами, ни ангелами не пахло. Все равно, для него вся ситуация казалась слишком наигранной, слишком благополучной. Как бы он ни верил в людей, вряд ли бы они смогли прийти в себя за такой рекордно короткий срок.

Автобус остановился. Водитель — человек средних лет, одетый в военную форму — вышел в салон:

— Приехали. Выходите сразу на трап, и аккуратно. Не толпитесь.