Чтение онлайн

Пассажиры молча начали продвигаться к выходу. Порывистый ледяной ветер ворвался в салон, невольно напомнив Данте о последней не самой приятной встрече с братом. Тряхнув головой, он легонько толкнул Кэт.

— Я не сплю, — пробормотала она и плотнее укутала Хоуп. Малышка что-то промямлила, но так и не проснулась.

— Напомни мне, когда ты решила подработать нянькой? — Данте не спешил вставать, позволяя другим людям покинуть автобус.

— Чарли попросил. Сказал, что девочке нужны женские руки.

— Ну, предположим, мне они тоже нужны, — при этих словах Кэт непонимающе обернулась и увидела легкую усмешку Данте. Тот, обратив внимание на нахмуренные брови девушки, поспешил продолжить:

— В Пастве до фига взрослых баб, которые вполне могут стать для ребенка матерью. Тебе-то это зачем?

Кэт задумчиво посмотрела на сверток в своих руках.

— Сама не знаю… — пробормотала она. — Вряд ли ты это поймешь, но рядом с этой девочкой я ощущаю себя как-то… иначе.

— Давай подскажу. Это называется материнским инстинктом.

— Не в этом дело! — возмутилась Кэт, но, опомнившись, понизила голос: — Эта девочка… она ведь ребенок человека и ангела, понимаешь? Еще один гибрид, как… ты.

— Но она ведь не нефилим.

— И не совсем человек. Но ангелы хотят ее смерти. Почему, интересно?

— Не хотят осквернять свою расу, как какие-нибудь гребаные нацисты Третьего Рейха? — Данте помолчал, наслаждаясь очередным изумленным взглядом Кэт, и продолжил: — Не смотри на меня так. В том мире, где мы жили, только ленивый не болтал по телеку об этих ребятах. Трудно пропустить это мимо ушей.

— Разумеется, — Кэт встала и, протянув ребенка Данте, начала поправлять свое пальто, данное ей одним из спасателей Нью-Ватикана. Парень тем временем осторожно отвел край одеяла от личика младенца. Ребенок как ребенок — пухлые щеки, бледная кожа, сжатые на груди кулачки. И не скажешь, что его отец был ангелом.

Впрочем, и по самому Данте трудно было сказать, что он — не человек. Если бы еще и голова его не была похожей на черт-те что…

Хоуп начала сонно бормотать, кулачки замолотили по воздуху.

— Ш-ш-ш… — действуя скорее интуитивно, чем осознанно, Данте начал тихонько укачивать ребенка. Хоуп на мгновение замерла, затем опустила кулачки. Но ее личико было напряжено, словно малышка вот-вот могла заплакать.

Все чувствует, подумал Данте. Понимает, что ни мамы, ни папы рядом уже нет. Боится.

Он с трудом сглотнул — дыхание вновь сперло от горького чувства вины.

Эй, не раскисай. Ты не баба, чтобы лить сопли. Да, родителей этой малявки ты не спас — но ее-то ты в состоянии защитить… герой?

— Заткнись, — пробормотал Данте.

— Что?! — раздался над его головой изумленный голос Кэт. Данте вздрогнул:

— Черт… Я говорил это не ей. — Не позволяя Кэт что-то ответить, он протянул ей ребенка: — Держи. Я не могу быть нянькой.

Кэт молча наблюдала за тем, как Данте, осторожно минуя ее и остальных, выходит из автобуса прямо к трапу. Хоуп спокойно спала, ее лицо разгладилось. Девушка посмотрела на младенца — и знакомое ощущение прохлады вновь посетило ее, чуть кольнув сердце.

Интересно, разве Данте ничего подобного сейчас не ощущал? Нет, вряд ли — для него Хоуп была всего лишь ребенком. Человеческим ребенком. Стал бы он с ней возиться, будь она порождением ангелов или демонов?

Вполне возможно. Кэт вспомнила, как осторожно Данте укачивал Хоуп. Действовал он, с точки зрения девушки, неумело, но нежно — старался не повредить малышке, хотел успокоить ее. Со стороны это выглядело очень мило, но самому Данте наверняка было неловко.

Но, несмотря на это, он все же вел себя вполне нормально. Совсем как человек.

Слегка прижав к себе сверток с Хоуп, Кэт вышла из автобуса. Насколько она помнила разговор с майором Горски, предстоящая поездка через океан предполагалась долгая.

*

Несмотря на то, что лайнер не располагал количеством кают, как у «Титаника», члены Паствы смогли расположиться на нем с максимальными удобствами. Не было толкучки, не было споров. Как будто все отправлялись в долгий круиз, не заботясь ни о чем.

Хоуп сразу же была перенесена в медпункт под неусыпным присмотром Кэт, Чарли и корабельного врача — чернокожего здоровяка по имени Сэм. Последний, невзирая на протесты Кэт, взял у нее ребенка и бережно расположил на койке. Спустя несколько минут осмотра, Сэм вынес вердикт:

— Выносливая малышка. Жить будет, но надо побольше ее кормить. Ее мать?..

— Умерла, — покачал головой Чарли. Сэм вскинул брови, а Кэт пояснила:

— Девочку мы кормим сами. Но у нас не слишком много продуктов.

— Это дело поправимое, — мягко улыбнулся врач. — У нас найдется, чем ее угостить. Смотрите-ка! — Он кивнул на Хоуп, которая, выпутавшись из одеял, радостно бормотала, протягивая ручки к темнокожему гиганту над своей головой:

— Ням! Ням!

— Господи… — Чарли медленно сполз на соседнюю койку. — Она… начинает говорить? Но ведь слишком рано!

— Все в жизни бывает, — жизнерадостно отозвался Сэм, беря Хоуп на руки. Та улыбалась беззубым ртом и пыталась дотронуться до его щек. — И чем бы тебя покормить, малышка?

— Ка… — заявила Хоуп, сжимая кулачки и протягивая их ко рту. — Ка…

— Что? — приподнял брови врач. Кэт подошла поближе, не веря своим ушам. Неужели…

— Кафа, — заявил младенец, делая гребущие движения руками, словно отправляя что-то себе в рот. — Ессь кафа.

Кэт вздрогнула, увидев, как Сэм меняется в лице, и поспешила взять у него Хоуп. Ребенок с готовностью прижался к ее груди и, посмотрев на девушку ярко-голубыми глазами, повторил:

— Ессь кафа.

— Мой боже… — прошептал тем временем Сэм. — Как… как это возможно?