Чтение онлайн

Легко рассуждать моему другу Баччо д'Аньоло, который все еще продолжает советовать мне покинуть Флоренцию.

– Пойми, что ты прежде всего художник, - увещевал он меня сегодня. Твое место с теми, кто дает тебе работу.

– Нет, мое место здесь, и я буду трудиться для блага нашей республики.

– Но тогда тебе придется заниматься делами, которые никак не должны касаться художника.

Всякий раз, когда я слышу подобные разговоры о художниках, у меня начинается чуть ли не зубная боль. Неужели люди искусства должны жить в отрыве от происходящих вокруг событий, от жизни своей страны? Ведь они обитают в том же, а не каком-то ином мире.

– Я уже решил. И Медичи никогда не заполучат меня к себе в Рим!

– Стало быть, ты отказываешься от лестных предложений, с которыми они продолжают к тебе обращаться?

– Такие предложения я даже не рассматриваю.

– Время еще терпит... Одумайся... Мы могли бы вместе отправиться в Рим, - не унимался Баччо.

– Оставь! Скоро начну работать на республику.

– Твое решение ошибочно, и ты еще не раз пожалеешь.

Своими разговорами Баччо разбередил мне душу, и на меня вновь нахлынули сомнения. Но я все же нашел в себе силы сказать ему, чтобы эти советы он приберег для кого-нибудь другого. Уходя из моей мастерской, Баччо сказал на прощанье:

– Кстати, мои советы вполне отвечают желанию твоего отца. Не далее как вчера старый Лодовико сказал мне, что был бы очень рад, если бы ты внял его советам и прямиком отправился в Рим... к самому папе.

Моему мудрому папаше, который до сих пор не сделал ничего путного, следовало воздержаться от таких советов и помалкивать. Но оставим его в покое.

* * *

Вернувшийся из Франции Луиджи Аламанни * начал всюду ратовать за союз с Карлом V, что еще более усилило и без того немалую сумятицу среди членов нашего правительства. Знать и сторонники Медичи выступают именно за такой союз, а "бешеные", часть "плакальщиков" и наиболее дальновидные граждане настаивают на укреплении связей с французским королем. К счастью, несмотря на различие мнений и позиций, все же берет верх идея спасти во что бы то ни стало республику.

* Аламанни, Луиджи (1495-1556) - флорентийский поэт, ревностный сторонник республиканского правления.

Недавно подавляющим большинством Большой совет постановил запретить Каппони вступать в переговоры с папскими эмиссарами. Правительство было вынуждено принять такое решение, дабы оградить себя от махинаций папы Климента, который посулами и угрозами старается посеять рознь среди флорентийцев и облегчить тем самым осуществление своих замыслов. Ни для кого уже не секрет, что папа горит единственным желанием - поскорее вернуть своим племянникам власть во Флоренции.

Если бы мне пришлось записывать все события последних месяцев, я бы сидел постоянно за этим столом, не разгибая спины. Я же берусь за перо, когда вспомню вдруг о существовании моих записок. Да и то мне кажется, я пишу слишком много, а тем временем незавершенные статуи совсем заждались меня. Все мои работы по заказу Медичи так и остались незаконченными; строительная площадка опустела, ее покинули даже сторожа.

И вот наконец правительство дало мне ряд поручений по защите республики. Дни напролет встречаюсь и разговариваю с людьми, которых не знавал ранее. Флорентийцы полны решимости защитить свою республику от любого посягательства.

* * *

На полях Ломбардии идут жаркие схватки между испанцами, французами и венецианцами, а Флоренция тем временем живет тревожным ожиданием. Кое-кто начинает сомневаться в победе Франции. Еще более мрачные вести пришли из Рима, где Карл V посулил папе полную поддержку в борьбе против Флоренции, которая, кстати, никому из своих соседей не угрожает и ни от кого ничего не требует. Но причина, толкающая папу Климента на столь опасный шаг, вполне ясна. Униженный врагами, разуверившийся в друзьях и преданный вассалами, он жаждет на ком-нибудь отыграться, и его выбор пал на Флоренцию.

Папа не останавливается ни перед какими обещаниями, желая заполучить побольше сообщников и склонить к предательству некоторых флорентийцев. Не пожелавший прислушаться к голосу Большого совета Каппони отстранен от должности гонфалоньера. Теперь он лишен возможности снабжать секретной информацией агентов Ватикана; в награду за такую услугу его сыну была обещана кардинальская шапочка. Ему пришлось отчаянно защищаться, хотя знать была на его стороне; его витиеватые разъяснения и речи кое-кого тронули, но не убедили. Пусть благодарит бога. Если бы не великодушие Кардуччи, произнесшего страстную защитительную речь, не сносить бы ему головы.

Чума несколько утихла и теперь не так страшна. Чтобы предотвратить голод, в город направляются большие обозы с продовольствием. Растет число людей в шлемах и латах. Вскоре все взрослое мужское население города окажется закованным в железо.

* * *

С той поры, как меня назначили генеральным инспектором фортификационных сооружений Флоренции и подвластных ей территорий, разъезжаю по всей Тоскане, обследую состояние наших крепостей, руковожу работами по сооружению оборонительных рвов и бастионов вдоль дорог, на которых может объявиться неприятель в случае внезапного нападения.

Только что вернулся из инспекционной поездки в Феррару, но вопреки надеждам нашего правительства она не принесла особой пользы. То, что я увидел там: несколько превосходных пушек и новейших бастионов, сооруженных с учетом современных требований, - отнюдь не преумножит количества и мощи нашей артиллерии, да и вряд ли от этого станут неприступнее флорентийские оборонительные валы. Правда, по моему распоряжению здесь трудятся тысячи горожан и окрестных крестьян. Хочу укрепить наши крепостные стены, дабы они были в состоянии выдержать натиск современной артиллерии, чья пробивная сила неизмеримо возросла в последнее время.

Фортификационные работы давно бы продвинулись вперед, если бы Каппони не препятствовал осуществлению моих замыслов. У этого человека всегда находились самые невероятные причины, лишь бы помешать мне и сдержать ход работ. То он говорил мне, что денег в обрез и они предназначены на другие, более неотложные дела, а стены, мол, стояли не один десяток лет и еще могут выстоять; то он заявлял, что-де крайне опасно заниматься оборонительными сооружениями, поскольку все это может насторожить и вызвать разного рода подозрения у папы, императора и т. д.

Мне всегда виделось что-то противное интересам нашей республики в упрямстве, с каким Каппони старался свести на нет любое мое предложение, в его плохо скрываемом опасении, что Флоренция может укрепиться, как никогда. Последние факты подтвердили, что я был недалек от истины.

Зато теперь новый гонфалоньер Франческо Кардуччи ревностно печется о боевой готовности наших крепостных стен. Когда я предложил построить фортификационные сооружения на холме Сан-Миньято, он понял целесообразность этой идеи и тут же ухватился за нее.