Чтение онлайн

В вопросах купли – продажи клиента никогда не смущает совесть. Купить дешевле – это святой закон во всём мире! В воскресенье Антон привёл с собой такого же юношу, который желает взять у меня напрокат видеомагнитофон на одну ночь. А я удивился, почему Антон не хочет дать другу свой такой же магнитофон ВМ-12 за 3 руб. Ведь он подрабатывает сторожем, и ему не помешает заработать 3 руб. Антон ответил, что ему жалко свой аппарат.

Когда я рассказал Олегу, что я им отказал, он согласился, что я правильно сделал, и что тому парню аппарат наверняка нужен, чтобы крутить для компании какую-нибудь порнографию, потом ко мне же и придерутся. Уроки бизнеса в первую очередь освоила молодёжь.

21 января 1989 года, суббота.

Я стал шахматным наркоманом. Некоторые люди увлекаются кроссвордами, – они поймут меня. В субботу в газете «Труд» приходит очередная шахматная задача. Весь горю нетерпением взяться за её решение… Но! Удовольствие надо заслужить! Я назначаю себе урок: сначала прочитать «Правду», «Комсомолку», «Труд», а потом уж браться за задачу. Особенно, если доклад Горбачева или материалы совещания в ЦК. Проходит час-другой, пока я доберусь до десерта. А вообще надо кончать с этой наркоманией! На днях списал около 30 миниатюр Лойда. Книгу с задачами Лойда (1841 – 1911) приносила мне Гоноровская, у неё муж перворазрядник. Я эти очень трудные задачи не стал решать, а просто посмотрел ответы, предварительно немного поломав голову над каждой задачей. И шахматные задачи отвлекают, и этот дневник, и философия перестройки отвлекает. А между тем, пора браться за КС-2. В 1984г на теорию КС-1 ушло полгода, а КС-2 труднее, а пока имеются только неясные цели. Пора!

22 января 1989 года, воскресенье.

Последний Учёный совет был 17 января. Было 2 защиты. Первая в 1430.. Рыбаков Ф. В. из НИО-3, руководитель Гришин, оппоненты: Ильичёв и Мазур. Рыбаков – молодой выпускник МФТИ. Его тема: определение оптимальной формы переходных узлов конструкций с минимальной концентрацией напряжений.

Многие не поняли, в чём принцип оптимизации, в том числе Фомин и Селихов, что вызвало бурную дискуссию. Меня клонило в сон, но я всё же разобрался. Задача весьма изящная, а решение классическое. Я решил выступить в защиту диссертанта, но меня опередил Белоус, так что мне осталось только добавить пару замечаний. Я сказал, что миллиарды авиационных заклёпок во всём мире делали круглыми, а теперь стало ясно, что эллиптические лучше. Голосовали с таким счётом: 15-за, 1-против, 3-недействительные.

Вторая защита началась в 1630 (с опозданием). Диссертант Андреев (1938г) – тоже из НИО-3. Тепловые испытания. Учёный совет тоже перегрелся. Рядом со мной сидели Райхер и Пархомовский. За ними сидела Знаменская, но она со второй защиты ушла. Я занялся шахматной 4-ходовкой, которую я решаю 2-й месяц (из Социндустрии). Этой же задачей занялись Райхер и Пархомовский. Кстати, я не раз замечал, как легко поддаются люди на участие в решении кроссворда, но меня в кроссворд не втянешь. Не втянешь меня и в компьютерные игры. А вот в шахматные задачи я втянул массу народа!

Приступили к голосованию. В счётную комиссию предложили тех же: Буньков, Беклемищев, Миодушевский. Но встал Галкин и заявил, что Миодушевского нельзя, так как он является руководителем диссертанта (на самом деле он был оппонентом, но в такой жаре всё перепуталось). Все тут же согласились, и думаете, кого назначили дополнительно? Конечно, Галкина – ведь инициатива наказуема.

Я как член счётной комиссии обратился ко всем: «Прошу аккуратно заполнять бюллетени, в прошлое голосование было три испорчено».

Посмеялись, но всё-таки при подсчёте голосов снова оказалось три испорченных. Причём, пока считали, Галкин по близорукости один испорченный не заметил, но у меня дальнозоркость, и я всё вижу в чужих руках ещё лучше, чем в своих.

Итак, результат голосования 16-за, против – нет, недействительных – 3. Пока утверждали, все волновались, почему столько испорченных и как испорчено. Я объяснил: один совсем чистый, в двух других зачёркнуто всё: и «согласен», и «не согласен».

Защита кончилась в 18 час. Я успел ещё сунуть шахматную задачу Фомину, так как ему предстоит вечерний поезд в Киев – выбивать договорные деньги. С ним едет Чижов.

23 января 1989 года, понедельник.

После обеда звонит Ира Мизинова с завода и спрашивает, можно ли руль делать Г-образным. Я насчёт геометрии не сомневаюсь, а за аэродинамику не уверен: надо спросить Эдуарда. А он только что вернулся с обеда и, наверное, пошёл в коридор покурить. Тогда я прошу Мизинову подождать у телефона, а сам побежал в коридор. В коридоре Набиуллина не видно. Я крикнул: «Набиуллин!» Слышу слабый голос издалека: «Здесь я, здесь!» Не могу понять, откуда. В коридоре нет, в курилке на лестничной площадке нет. Ага! Догадался, он в уборной! Захожу в уборную, – там обе кабинки заперты, за одной из дверей слышен Эдуард. Я быстренько выяснил, что меня интересовало, вернулся в комнату, где телефонная трубка всё ещё лежала в ожидании ответа, и всё объяснил Мизиновой, что «можно». Однако когда вернулся Набиуллин, подумав, как следует, то оказалось, что «нельзя». Но повторный разговор с Мизиновой мы отложили до её приезда.

24 января 1989 года, вторник.

«Техническая эстетика», №10 за 1988г – в этом журнале описана система стереовидения, основанная на электронных оптических затворах (жидкие кристаллы) в Японии. Частота 60 гц – 30 миганий. Я же всё ещё раздумываю о механических очках. У меня в доме стоит в бездействии стереопроектор, который мы делали с Осовиком из НИИП на базе двух проекторов «Киев-6». Стоит в бездействии также экран, который мне делали в ЦАГИ, но он цилиндрический – это не то, что надо. Нужен сферический экран, какие применяются в видеопроекторах. Так проходят годы, а моя мечта о сферическом экране постепенно угасает. Кончится, наверное, тем, что на мировом рынке появятся японские стереотелевизоры, и останется только купить готовое.

Я любитель, но есть профессионалы, для которых это основная работа. Они сидят в НИКФИ, и я с ними дружу около 20 лет (а может больше). Началось это в 1960-х, когда студия «Диафильм» находилась ещё в Старосадском переулке в бывшей церкви. Тогда ещё был жив Иванов Семён Павлович – изобретатель растрового стереокино. И это кино действовало на площади Свердлова в 1950-х. Помню, Семён Павлович умел рассматривать стерео-картинки без очков (это могут только те, кто постоянно занимается стерео).

Потом после Иванова ведущим в стерео и растровой съёмке стал Федчук Игнатий Ульянович. Он до 45-летнего возраста работал в военной области, а потом перешёл в НИКФИ (…кино–фото…) и умер в 72г в прошлом году. С Федчуком мы провели множество исследований по стерео-проекции. Он как-то даже приезжал ко мне домой. Федчук не знал ни выходных, ни отпусков. Он был не просто профессионал, он был страстным энтузиастом, ведущим в стране. Но при социализме всё зависело от постановлений правительства, от выбивания фондов. Короче говоря, он не смог продвинуть это дело дальше растровой фотографии в малой форме. Его цветные растровые фотографии размером 30х40 см (на просвет) – это было лучшее, что я видел на всесоюзных фотовыставках в Москве. Также и лазерные фотографии, которые изготавливались в исключительно трудных условиях: трёхчасовая экспозиция с двух до пяти часов ночи, когда в здании наступает полная тишина.

Однажды его лазерные и растровые картины возили на выставку в Италию. Его самого не пускали за рубеж, потому что на нём висела бессрочная осведомлённость, и поэтому его стеклянные пластинки туда повёз чиновник из министерства. Чиновник на обратном пути нечаянно раздавил в своём тесном портфеле самую лучшую работу.

Шли годы. Растровое стереокино на площади Свердлова закрыли, а уникальные растровые экраны 3х4 метра пылились в церкви в Старосадском переулке. Там мы с ним и экспериментировали с проекцией моих стереопластинок на эти экраны. Эффект был потрясающий! Поскольку эти экраны вообще стали никому не нужны, то Федчук предлагал мне один из них забрать к себе в Жуковский. Но куда я его дену? Экраны сделаны на пластинах 3х4 метра из оптического стекла толщиной 3 см. Они были доставлены из Бельгии ещё до войны по приказу Сталина. Растр наносился очень сложным фотографическим способом. А Вы догадываетесь, какой вес у этих экранов? Умножьте на удельный вес стекла, и Вы получите 1000 кг, а с рамой 1200.